Лови ведьму!

Маркус окинул все это сомнительное великолепие долгим взглядом и выразительно поморщился. Затем подошел к ближайшему столу и уселся за него. Поманил меня пальцем.
Если честно, я готова была развернуться и немедленно рвануть прочь. Вся моя интуиция не просто говорила – кричала в полный голос, что мы нарываемся на неприятности.
– Не бойся, – шепнул мне на ухо Шейн, взяв под локоть, как будто опасаясь, что я действительно сбегу. – Уж как-нибудь мы тебя защитим.
Скрепя сердце я повиновалась и заняла место поодаль от Маркуса. Шейн уселся напротив меня.
Компания за соседним столом постепенно вернулась к своему разговору. Правда, теперь там говорили не в пример тише, и меня это тревожило.
Так и кажется, что они шепчутся про нас.
Между тем из кухни выглянула дородная женщина в заляпанном жирными пятнами фартуке, кое-как повязанном поверх дешевого неопрятного платья. Увидев нас, скривилась, но все-таки подошла.
– Че будете? – гаркнула без приветствия.
– Скажите, а где Дорн? – поинтересовалась я, назвав имя прежнего владельца постоялого двора.
– Дык помер уж почти год как. – Женщина осклабилась, показав гнилые пеньки зубов. – А вы че, его знакомые али приятели какие?
– Нет, просто я тут бывала раньше, – ответила я. – Когда Дорн еще был жив.
Хотела было добавить, что смерть прежнего хозяина не пошла постоялому двору на пользу, но прикусила язык.
Странно. Насколько я помню, Дорн на здоровье не жаловался. Крепкий мужчина лет пятидесяти. Очень радушный и вежливый.
Почему-то мое замечание чем-то не понравилось женщине. Она с остервенением почесала затылок и неприветливо фыркнула:
– Дык заказывать будете че? Некогда мне с вами трепаться.
– А что есть? – спросил Маркус, морщась все сильнее и сильнее.
– Капуста тушеная, колбаски охотничьи, яичница на сале, картошка толченая, – принялась бойко перечислять незамысловатое меню женщина. – Квас, пиво, самогон.
– Может быть, потерпишь до дома родителей Тессы? – почти не разжимая губ, поинтересовался Шейн. – Если взять карету прямо сейчас, то до вечера доберемся.
– А, так вам еще и карета нужна? – невесть чему обрадовалась женщина, услышав слова блондина. – Дык это, тогда вам и комната понадобится. Ща с этим никак. Утром все будет.
– Почему? – полюбопытствовал Маркус.
– Дык вон наш конюх. – Женщина кивнула на мужичка, мирно сопевшего в самом дальнем углу зала. – Ему проспаться сначала требуется. Куда он щас поедет?
Маркус мученически закатил глаза, но удержался от каких-либо замечаний.
– Так подавать вам чего или обойдетесь? – вновь спросила женщина и выудила из-за кармана фартука рваный блокнот с огрызком карандаша.
– Картошку и колбасок, – распорядился Шейн. – На всех.
– Не тебя спрашиваю, пигалица! – вдруг резко осадила ее хозяйка. – Мужик должен говорить.
Глаза Шейна сухо и страшно блеснули, и я поторопилась наступить ему на ногу под столом.
– Картошку и колбасок, – повторил Маркус.
– А пить че?
– Воды, – попросила я.
– Воды? – с таким изумлением протянула женщина, как будто впервые услышала это слово. Глянула на Маркуса, но тот просто кивнул.
Видимо, не желает рисковать здоровьем и пробовать сомнительного качества алкогольные напитки в этой дыре.
Женщина многозначительно хмыкнула и поторопилась на кухню. Когда она проходила мимо соседнего стола, здоровенный верзила с косым шрамом через все лицо вдруг смачно шлепнул ее по заду, туго обтянутому платьем. Хозяйка, вопреки моим ожиданиям, не рассердилась, а мерзко захихикала и кокетливо подмигнула обидчику. Тот в ответ притянул ее к себе и что-то прошептал, как-то нехорошо зыркнув в нашу сторону. Та понятливо кивнула, опять хихикнула и отправилась дальше.
– Не нравится мне здесь, – пробормотал себе под нос Шейн, ни к кому, в сущности, не обращаясь.
– Ой, да ладно! – ответил Маркус. – Я сам не в восторге, но что поделать? Как-нибудь ночь перетерпим, а с утра пораньше двинемся в Грег.
– Да я не про удобства местные, – пробурчал Шейн. – Хотя сильно сомневаюсь, что нас тут клопы не загрызут. Я про ту компанию. Слух-то у меня получше, чем у вас. И мне очень не нравится то, что они сейчас обсуждают.
 
– Пф-ф! – Маркус легкомысленно фыркнул. – Нашел кого бояться. Не беспокойся, рядом со мной ни тебе, ни Тессе не о чем волноваться.
Я метнула заинтересованный взгляд на забулдыг, сидевших неподалеку. Они по-прежнему о чем-то перешептывались, то и дело косясь на нас.
Сдается, я тоже догадываюсь, о чем они там разговаривают, хоть и не обладаю таким острым слухом, как Шейн.
В этот момент из кухни опять выплыла хозяйка, неся на подносе здоровую оплетенную бутыль и три кружки. Подошла к нам и сгрузила все на стол.
– Непохоже на воду, – заметила я, с сомнением приглядываясь к содержимому бутылки. Там плескалась какая-то подозрительно мутная алая жидкость.
– Вино. – Женщина неумело растянула губы в гримасе, должной, видимо, означать приветливую улыбку. Правда, в итоге получился скорее оскал. – Свое. Домашнее. От того столика вашему. Как подарок для прекрасных дам.
– Спасибо, но все-таки принесите воды, – с нажимом проговорил Шейн.
– Э, пигалица, не торопись и на рожон не лезь. – Хозяйка неодобрительно покачала головой. – Зачем мужиков обижаешь? Они же от чистого сердца.
Шейн нехорошо прищурился. Будь он в своем обычном облике – то, не сомневаюсь, хозяйка уже рассыпалась бы в извинениях. Но сейчас это выглядело очень забавно.
– Шейн… – Маркус замялся на неуловимый миг и тут же исправился: – Шейла, не горячись.
После чего привычным движением откупорил бутылку и принюхался к содержимому. Судя по довольной усмешке, промелькнувшей на его губах, аромат ему понравился.
– Не случится ничего страшного, если мы примем сей дар от славных мужей, – продолжил Маркус. – Тем более пахнет приятно.
И щедро плеснул вина в кружки.
Как ни странно, но Маркус не обманул. Пахло вино и впрямь замечательно – чем-то неуловимо цветочным с отчетливыми яблочными нотками.
Судя по всему, вкус у него тоже был неплохой. По крайней мере, Маркус, сделав глоток, так и замер с блаженным выражением на лице.
Шейн последовал его примеру. Одобрительно цокнул языком. А вот я отодвинула свою кружку подальше. Знаю я эти якобы бескорыстные подарки в трактирах. Зуб даю, что все это неспроста.
Тем не менее некоторое время ничего не происходило. Хозяйка не торопилась вынести нам еду, и Маркус с Шейном в отсутствие прочего налегли на вино. Я сидела голодная и злая, наблюдая за тем, как содержимое бутылки неуклонно уменьшается.
– А ты чего не пьешь? – вдруг обратился ко мне Маркус. – Тесса, давай, присоединяйся.
– Я воздержусь, пожалуй, – холодно проговорила я, неодобрительно покачав головой.
Удивительно. Вчера Маркус пил не вино, а что-то явно покрепче. Но выглядел абсолютно трезвым. А сейчас алкоголь ему быстро ударил в голову. Раскраснелся, язык заплетается, глаза какие-то мутные сделались.
– Или боишься, что опять наберешься? – Маркус глупо хихикнул. – Ничего, я уже привычный. В беде тебя не брошу.
– Между прочим, это неприлично, – вступил в разговор Шейн и укоризненно покачал головой. – Маркус, настоящий мужчина никогда не должен припоминать женщине ее ошибки и пьяные выходки.
Я нахмурилась и внимательно посмотрела на блондина. Как-то странно он тянет слова. Неужели тоже набрался?
– А вам не кажется, что пора притормозить? – резко спросила я. – Маркус, Шейн… тьфу ты, Шейла, по-моему, вам достаточно.
– С чего бы это? – удивился Маркус. – Тесса, это же вино. Да мне бочку надо выпить, чтобы опьянеть!
– А мне две бочки, – фыркнул Шейн. – Я же этот… как его… полуде…
– Да цыц ты! – осадила я его, заметив, как соседняя компания словно по команде насторожила уши. – Не ори во все горло!
– А я разве ору? – удивился Шейн. И вдруг икнул. Прикрыл рот руками, вытаращившись на меня с таким изумлением, что мне невольно стало смешно. Как будто сам от себя такого не ожидал.