Водители фрегатов. О великих мореплавателях XVIII — начала XIX века
На этот раз ему дали не один корабль, а два, причем каждый из них был больше «Усердия».
Первый из этих кораблей, на котором должен был плыть сам Кук, назывался «Решение», а второй, находившийся под командой подчиненного Куку капитана Фюрно, — «Отвага».
Куку поручили обойти вокруг земного шара, стараясь держаться возможно ближе к Южному полюсу. А зимой, когда ему волей-неволей придется возвращаться к тропикам, он может продолжать свое исследование тихоокеанских островов.
Новые спутники должны были сопровождать теперь Кука, так как хирург Монкгауз и астроном Грин умерли в первом плавании, а здоровье Бэнкса навсегда было подорвано злокачественной малярией, которой он заболел у островов Индонезии.
Теперь с Куком плыли два естествоиспытателя — отец и сын Форстеры, два астронома — Уэлс и Бэйли и художник Вильям Годжс, для того чтобы зарисовывать обитателей дальних стран. Кук особенно подружился с младшим Форстером, молодым талантливым ученым.
13 июля 1772 года «Решение» и «Отвага» вышли из Плимута. 29 октября они прибыли к мысу Доброй Надежды, южной оконечности Африки.
На мысе Доброй Надежды Форстер-сын встретил шведского ботаника, доктора Спармана, который занимался изучением южноафриканской растительности. Форстер предложил ему примкнуть к экспедиции Кука, и Спарман с удовольствием согласился. Таким образом, на «Решении» появился еще один пассажир, чрезвычайно полезный своими научными познаниями.
Ледяные горы
Прикупив съестных припасов и дав отдохнуть матросам, Кук покинул Африку и пошел прямо на юг.
С каждым днем погода становилась все холоднее и пасмурнее. Начались дожди, которые мало-помалу сменились снегом. 10 декабря под 50°40′ южной широты были встречены первые плавучие льдины.
Многие из этих льдин были необычайно велики. Однажды «Решение» чуть было не столкнулось в тумане с ледяной горой, которая была в четыре раза выше самой высокой его мачты. Столкновение с подобной льдиной неминуемо кончилось бы гибелью судна.
Отважные мореплаватели, напряженно вглядываясь в беспросветную пелену падающего снега, продолжали свой путь на юг.
Кук заметил, что все ледяные горы плывут с юга на север, несмотря на то что ветер дует северный. Это заинтересовало его, и он стал предполагать, что их несет какое-то сильное морское течение. Форстер-отец и астроном Уэлс вызвались измерить скорость этого течения.
Захватив с собой измерительные инструменты, они вдвоем сели в шлюпку и отъехали от корабля. Волны бросали шлюпку, как мячик. Липкий снег застилал им глаза. Но они мужественно работали.
— Где «Решение»? — внезапно спросил Уэлс, поднимая голову.
Форстер поглядел по сторонам. Действительно, судна нигде не было видно. Всюду, куда ни кинешь взор, плыли льдины. Они обступили шлюпку.
— «Решение» вон за той ледяной скалой, — сказал Форстер. — Эта громада заслонила от нас корабль. Придется обойти ее.
Они налегли на весла. Вот льдина обойдена. Но за ней, чуть-чуть раскачиваясь, оплескиваемая волнами, плывет такая же.
Где же «Решение»?
Они обогнули и вторую льдину, и третью, и четвертую. Мудрено ли потеряться в этом безмерном движущемся однообразном лабиринте?
Корабль исчез бесследно.
Они гребли с лихорадочной торопливостью. Несмотря на холодный, пронизывающий ветер, пот катился по их спинам.
Проходили часы. Весла уже выпадали у них из рук.
Наступили сумерки. Уэлс лег на дно лодки лицом вниз и закрыл глаза. Одни, без пищи, в неведомом бушующем океане!
Но вот сквозь сумрак до них донесся далекий, еле слышный звон. Они вскочили и схватили весла. Льдину за льдиной огибали они, крича в летящий снег, в ветер. Уже опять не хватает сил грести, уже из горла рвется хрип, а не крик…
И вдруг перед ними выросла черная корма «Отваги»!
Капитан Фюрно напоил полумертвых от усталости и холода ученых горячим пуншем и уложил спать.
14 декабря льды сомкнулись перед кораблями. Смерзшиеся глыбы превратились в холмистое ледяное поле и преградили дальнейший путь на юг.
В течение двух недель Кук пытался обогнуть это поле то с востока, то с запада, но безуспешно: в ледяном поле не было ни одного прорыва, ни одного канала. Быть может, Южный материк находится еще южнее, за этими льдами. Но доступ к нему был невозможен.
Кук повернул на север и направился к далекой Новой Зеландии. Если ему удастся запастись там провизией, можно будет посвятить зиму исследованию тропической части Тихого океана. А следующим летом ему хотелось снова вернуться на юг и попытаться проникнуть как можно дальше к полюсу.
Нужно же, в конце концов, либо открыть Южный материк, либо доказать, что он не существует.
Когда корабли уже выбрались из льдов, случилась новая неприятность: они ночью разошлись в океане. Напрасно «Решение» бороздило волны взад и вперед, напрасно палили из пушек.
Впрочем, Кук не очень беспокоился. Он знал, что капитан Фюрно пойдет в Новую Зеландию и подождет его в проливе Кука.
Страшные слухи
Наступил март. Март в Южном полушарии — осенний месяц. Кук торопливо шел к северу, убегая от полярной зимы.
25 марта 1773 года мореплаватели заметили берег Новой Зеландии. Они покинули Африку около пяти месяцев назад. Почти полгода провели в океане, не видя суши.
«Решение» бросило якорь в удобной бухте, расположенной в юго-западной части южного острова Новой Зеландии. Кук назвал ее Мрачной.
Но Мрачная бухта оказалась мрачной только с виду. Для измученных путешественников она была раем. Отыскав удобную якорную стоянку, Кук тотчас же разделил матросов на отряды охотников, рыболовов и ботаников. Охотники отправились в лес за дичью, рыболовы закинули сети, а ботаники под начальством Форстера-младшего разбрелись по берегу в поисках растений, пригодных для пищи.
Новозеландцев на берегу было мало, и, должно быть, поэтому они отнеслись к англичанам весьма миролюбиво. Их вождь приехал вместе с дочерью на корабль и в знак учтивости непременно хотел вымазать голову Кука каким-то вонючим желтым жиром. Куку стоило огромного труда увильнуть от этой любезности. Но тогда настойчивый вождь стал приставать к офицерам, и добросердечный швед Спарман, не умевший никому ни в чем отказать, кротко предоставил ему свою голову; вождь расщедрился и под хохот всей команды вымазал его с головы до ног.
Рыбы моряки наловили много, набрали всяких дикорастущих овощей, но дичи не нашли. В густых лесах не было зверей, и даже птиц, годных в пищу, было мало. Новозеландцы жили впроголодь. Они промышляли рыболовством, но сети их были так плохи, что и рыбы им не хватало.
18 мая «Решение» снялось с якоря и направилось в пролив Кука, где, по условию, его должна была дожидаться «Отвага». Путешествие вдоль берегов южного острова Новой Зеландии было вполне благополучно, и неделю спустя мореплаватели вошли в пролив.
Капитан Фюрно дожидался их здесь уже больше месяца. Ему удалось установить с новозеландцами хорошие отношения, и они каждый день привозили на корабль несколько корзин с рыбой в обмен на топоры и бусы.
— Это воинственный народ, — рассказывал Куку Фюрно. — У них не только племена постоянно воюют друг с другом, но и деревни и даже отдельные семьи. И при этом все голодают. Да и мудрено ли — из домашних животных у них есть только собаки. Мне даже рассказывали… Впрочем, я этому не верю…
— Что вам рассказывали? — спросил Кук.
— Один новозеландец говорил мне, будто они едят человечье мясо. Но я, должно быть, просто не понял его.
— Вы его не поняли, — сказал Кук. — Никогда не верьте россказням о людоедах — это глупые басни. Я изъездил немало здешних островов и нигде не встречал людоедов.
«Маленькое солнышко»
Вокруг Таити расположено много небольших островков. Каждый из них с моря кажется пышным плавучим садом. Все они похожи на Таити: на каждом такие же горы, такие же леса и луга, такие же прозрачные речки, только меньше. Живут на них тоже таитяне. Островки эти расположены так близко друг от друга, что туземцы легко переплывают с одного острова на другой в своих пирогах.