Цена двуличности. Часть 1 (СИ)

— Если откроется правда о том, что произошло в особняке Килира… Я неслабо так подставлю род Мэба.
— Значит нужно сделать так, чтобы правду никто не узнал, — спокойно ответил подселенец. — Тогда всем будет проще.
Легко сказать. Меня снова окатило волной дурного предчувствия и тошнотворного ощущения неотвратимой беды. Впрочем, ничего нового.
— Так… Уже вечереет, — заметил Альд. — Самое время заглянуть к коменданту. Ты определилась с телом?
— Да, вполне.
Мне удалось соврать прежде, чем в голове возникли мысли о том, что из-за разговора с Мэбом и спешного погружения в восстановительный транс я напрочь об этом забыла. Тем более, что отчасти это было правдой — по крайней мере, относительно отдельных частей тела.
— Хорошо, — то ли подселенец не уловил слабый всполох тревоги в моих эмоциях во время ответа, то ли предпочел его проигнорировать. — Тогда чего сидим?
Я медленно подняла свои кости в воздух. В общих чертах мне было более-менее понятна суть предстоящей процедуры, но от слабо объяснимого волнения меня разве что только не трясло. Как хорошо, что в таком состоянии мне не придется самой работать над созданием иллюзии.
Вылетев из комнаты, я неторопливо направилась по коридору, добралась до лестницы, спустилась на первый этаж. И не встретила по дороге ровным счетом никого. Но это, пожалуй, было даже к лучшему. Перелетев через порог, я окинула взглядом внутренний двор крепости. В дальнем его конце туда-сюда сновали зомби — видимо, канцелиар Милех готовил к отправке первую в этом году партию своего товара. Присмотревшись, я убедилась, что так и оказалось — мертвецы выносили из здания и грузили на телеги туго свернутые ковры. Самого Милеха видно не было.
— Похоже, спешит к отправке по Кольцу первого каравана, — заметил подселенец.
Я молча пожала плечами, выражая свою неосведомленность в этом вопросе. Все мои путешествия между шестью мирами Кольца ограничились короткой боевой вылазкой в центральный — Среднемирье. И итогом этого стал отчаянный прыжок в портал, выбросивший меня в месте заточения Альда. Потом я умерла, явился подселенец, сделал из меня лича, и за этим последовали несколько мучительных месяцев, вспоминать о которых мне совершенно не хотелось.
Отмахнувшись от непрошеных воспоминаний, я наискось пересекла двор и толкнула входную дверь в дом коменданта. Она была не заперта, поэтому я беспрепятственно перелетела порог и невольно удивилась тому, что передняя комната оказалась освещена, а вот через приоткрытую дверь в кабинет было видно, что там царил полумрак. Еще одной деталью, привлекшей мое внимание, стало напольное ростовое зеркало. Прямоугольное, лишенное каких-либо украшений, оно стояло возле стены по правую руку от меня и казалось огромным — навскидку, даже поднявшись еще выше в воздухе, я могла отразиться в нем целиком. И оставалось только догадываться, с каким трудом и осторожностью эту хрупкую громадину проносили через дверной проем. И где зеркало до этого хранилось. Наверняка где-то в закромах Милеха…
— Я попросил канцелиара одолжить мне зеркало. Так легче калибровать иллюзию.
Голос коменданта из кресла слева от меня, хотя я точно была уверена в том, что буквально с полминуты назад там никого не было. Как и сейчас.
— Правда, — в голосе из пустоты послышалась сдержанная усмешка, — при условии, что переносить его туда и обратно мне придется самому.
— Почему я его не вижу? — хоть у меня не было ни единой причины опасаться сэра Алонта, я все равно чувствовала себя не в своей тарелке. — Даже ауры нет!
— Потому что он — мастер иллюзий, — вздохнул Альд. И мне этот вздох почему-то показался завистливым. — И похоже, что с уничтожением кое-каких артефактов к нему начали возвращаться силы.
Видимо, сжалившись надо мной, комендант наконец-то позволил себя увидеть. Суровый, неподвижный, будто высеченный из такого же серого камня, из которого была сложена его крепость, сэр Алонт сидел в кресле и, чуть прищурившись, смотрел на меня. Я поприветствовала его коротким кивком и удостоилась аналогичного жеста. Не говоря ни слова, комендант встал и неторопливо направился к зеркалу.
 
— Если готовы, можете раздеваться.
— А это обязательно? — мне пришлось сделать усилие, чтобы во время этого осторожного уточнения не запнуться из-за внезапно раздавшегося ехидного смешка подселенца.
— Это ускорит…
—…создание иллюзии.
Альд и сэр Алонт произнесли одну и ту же фразу настолько слаженно, что я даже не сразу поняла, к кому из них прислушиваться. Но спокойный и ровный тон коменданта мне нравился куда больше, чем ехидно-ироничная интонация подселенца. Правда, раздеваться мне все равно не хотелось что в присутствии одного, что под наблюдением другого. А от мысли о том, что по-настоящему неловко станет тогда, когда я обзаведусь внешне нормальным женским телом… Я растерянно пощелкала челюстью, не решаясь отстегнуть даже поясную сумку. А потом поймала взгляд коменданта в зеркале и увидела, что он едва заметно улыбнулся. Понимающе.
— Иллюзия, даже осязаемая — это не настоящее тело, — произнес он, взглянув на меня через плечо. — Относитесь к ней, как будто это всего лишь одежда. Так будет легче.
— Тем более, мы будем воссоздавать иллюзию живого тела без анатомических подробностей, — вкрадчиво добавил Альд. — Тебе они все равно без надобности.
Как хорошо, что кости не краснеют. Хотя я была уверена, что успею еще настесняться на пару сотен лет вперед.
Сопровождая свои действия долгим шипящим вздохом, я расстегнула пояс и вместе с сумкой забросила его в ближайшее кресло. Следом отправилась и мантия — чуть ли не полностью скрыв под собой не слишком габаритную мебель.
Комендант отступил в сторону, уступая мне место перед зеркалом. Поняв, что от меня требуется, я подлетела и остановилась перед потемневшей и переставшей что-либо отражать поверхностью. Видимо, пока я раздевалась, сэр Алонт уже наложил на зеркало какие-то чары. И стоило мне приблизиться, как комендант осторожно опустил руки на мои ключицы, и повинуясь этому давлению, я ослабила чары левитации. А затем и вовсе деактивировала их, едва коснулась стопами пола.
— Альдауар, Шиз, сосредоточьтесь.
— Мне нужно представлять свое тело таким, каким я хочу, чтобы его видели окружающие? — на всякий случай уточнила я.
— Да.
— Да.
Снова они ответили настолько одновременно, что я начала подозревать налаженную ментальную связь, созданную в обход моего сознания. С другой стороны, если это позволит им легче и быстрее создать иллюзию, то и ладно. Мне же легче, хотя посидеть в уголочке и послушать разговор двоих серьезных магов было бы интересно.
— Не отвлекайся, — приказал Альд.
— Альдауар, по моей команде перехватываете контроль над телом и вплетаете нужные чары, привязывая их к себе, — произнес сэр Алонт, а затем положил ладонь левой руки на мою макушку, а правой накрыл верхнюю часть грудины.
В темной глубине зеркала я увидела отражение своего скелетированного тела, позади которого… никого не было. Комендант не отражался.
— Шиз, в отражении придайте своему телу те формы, которые желаете обрести.
Легкое, едва уловимое тепло рук коменданта распространилось от мест прикосновения по костям. Оно было явно магической природы, ведь обычного холода и жары я попросту не чувствовала из-за того, что была личем. Тепло постепенно переходило в покалывание. Пытаясь перестать обращать внимание на это ощущение на грани неприятного, я сосредоточилась на том, чтобы увидеть в зеркале свое тело таким, каким оно было при жизни. Ну… почти.
Внезапно навалившаяся тяжесть отозвалась слабостью в ногах. Благо, поддержал комендант, но каждое его прикосновение причиняло неожиданно жгучую боль.
— Альдауар, — отстраненно произнес сэр Алонт, — пора.
Моя аура — обычно ядовито-зеленая — дополнилась холодным оттенком зимнего неба в ясный день. Вместе со сменой цвета на переливчатую ледяную зелень притупились и ощущения. Подселенец забрал контроль над телом и завел какой-то монотонный шипящий речитатив на Шаларанне — священном языке, принесенном в наш мир Суртазом.