Во власти тумана (СИ)

– Мне просто стало жалко её, потому что она женская особь и вся в язвах от вашего жгучего тумана.
– Уходи, я не хочу тебя.
– Ответь мне только одно и я уйду.
Дракон напрягся.
– Ты любишь меня?
– Нет.
– Ясно, – она не смогла уже сдерживать слёз, которые градом потекли по щекам.
Мирослав даже стоя спиной, осознал это и, открыв окно, выпрыгнул, не расправив крылья. Линда испугалась и, подскочив к нему, выглянула в пропасть, где уже летел синий дракон, выпуская вокруг себя ещё больший туман.
«Почему меня разъедает её непринятие моих законов? Огневицы это мрази, которых нужно истреблять, они бы нас не пощадили», – его душа обливалась слезами, но мужчины не плачут, а что с ним сейчас происходило он и сам не понимал. Долетел до границы и в ярости затуманил всю так, что долго не единый волос огневиц не просочится. Драконы в дозоре выскочили, услышав приближающегося хозяина. Он опустился возле них.
– Притащите клетку с пленником! – проревел.
Они метнулись за крепость и приволокли огненного дракона, тот сидел в углу клетки, немного гасившей его силы.
Мирослав открыл пасть и дунул в него густейшим туманом, огненный затрепетал от боли, боевой туман разъедал даже его броню.
– Обращайся, собака!
Но огненный держался, тогда он показал взглядом своим присоединиться к пытке. Двое воинов обратились в синих драконов, только чуть светлее повелителя и без белых шипов отличия династии повелителей, и также дунули в пленника, тот затрепетал, но так и не обратился в получеловека.
– Говори, где мы можем поймать герцога?
Но огненный посмотрел взглядом полным ненависти и на глазах у них воспламенился. Туманные пытались его потушить, но тщетно, когда огненные сами воспламеняются, отдаваясь смерти, этот процесс не обратим.
– Он решил сдохнуть, чем разговориться.
– Бывают и среди них отверженные.
– Ну что ж, у нас ещё есть огневица, – рявкнул Мирослав и полетел в замок.
Линда надела платье и прошмыгнула мимо теней во двор, сказав, что идёт как обычно в конюшни, полюбоваться лошадьми. Здесь прошла мимо, пригибаясь, чтобы не нарваться на слуг – драконов и на носочках пробежала к клетке с пленницей. Та лежала полумёртвая и еле дышала.
– Ау, ты меня слышишь?
Огневица медленно открыла глаза и уставилась на девушку.
Линда, сама не понимая, что делает, начала открывать клетку, любовь к животным сделала своё дело с её душой.
– Не бойся меня и не вреди мне, я тебя выпущу, не хочу видеть, как над тобой издеваются, – шептала, пытаясь, справится с замком.
Огневица пошевелилась, затем подползла и резко схватила её за руку.
– Горячо! Не надо, я не причиню тебе вреда, – быстро проговорила Линда, но огневица ничего не делала, а только понюхала руку. Девушка справилась с замком и открыла клетку.
– Уходи, ты можешь летать?
Она кивнула и расправила маленькие перепончатые крылья.
– Змея, королева… – проскрежетала и, прошмыгнув мимо, взлетела, уносясь от замка.
«Почему королева? А! Наверное, потому что я дочь древнего василиска».
И только хотела уйти, как столкнулась с воинами – драконами.
– Что вы наделали? Повелитель разгневается, вы сильно пострадаете, – их глаза затуманились. Они стояли напротив, буравя туманным взглядом.
– Я должна была так поступить! Ну, не убьёт же он меня!
Они отступили, учуяв запах хозяина и расступились. Линда опешила, за ними стоял он, весь его вид, находясь в тумане, не предвещал ничего хорошего.
– Я же говорил тебе оставаться в замке и не выходить сюда, – его голос совсем изменился и полоснул, будто ножом.
– Я не узница! А это существо тоже женщина и ты не можешь постоянно издеваться над нами!
– Могу! И ты пожалеешь, что ослушалась меня!
Драконы отошли, а он приблизился и, схватив её, взлетел, но полетел не в замок.
– Куда ты меня тащишь? – взвизгнула.
Он молчал, а вскоре она поняла, что он летит к озеру, где они купались однажды. Подлетел и швырнул в траву. Девушка больно ударилась спиной. Мирослав, находясь в боевом тумане, подошёл, он начал стелиться по земле и окутал сначала её ноги, девушка не ожидала, что это так больно, кожа горела, как от крапивы, о которую она обожглась в детстве.
 
– Больно!
Но он, будто не слышал, туман выходил из него слоями и уже окутал выше груди. Соски начало выкручивать от боли, вся кожа горела, а в мозгу встали страшные язвы, какие она видела от такого же тумана на коже огневицы.
– Остановись! Мне очень больно! Мирослав, пожалуйста! Не надо, – кожа уже горела так сильно, что девушка подсознательно, пытаясь ослабить ожог, сняла платье, в страхе оглядев себя, ничего не заметила, язвы не проявлялись. «Но почему же так больно?», – пронеслось в мозгу, а в следующее мгновение туман внезапно пропал, Мирослав обратился в дракона и улетел, оставив её у озера.
Линда не понимала, надолго ли он её здесь бросил. Кожа гореть перестала, надела обратно платье и прислонилась к стволу дерева, размышляя о своём незавидном сейчас положении. Прошло несколько часов, но дракон не появлялся. Стало смеркаться, девушке стало страшно, встала, озираясь по сторонам и пошла, куда глаза глядят. Через какое–то время наступила ночь, а она всё ещё шла, не зная куда идёт. Тут внезапно над головой пронеслись тени от крыльев, взглянула наверх, драконы.
– Наверное, меня ищут, но как же увидят в темноте и тумане? – и начала прыгать, махая руками. – Я здесь! Здесь! Мирослав! Забери меня!
Дракон опустил голову, она заметила, что его глаза как–то странно блеснули в темноте.
– Огненные глаза, но такого не может быть, у него глаза не горят. Странно, – но тут к не пришло осознание, что это вовсе не Мирослав, и даже не его воины, замолкла и побежала. – Господи, огненный дракон, но как? Здесь? Этого не может быть!»
Однако вскоре её схватили когтистые лапы и понесли высоко от земли.
– Отпусти! Я – невеста Мирослава, он убьёт тебя! – кричала и брыкалась, но дракон держал крепко. Они летели так долго, что у неё сначала закружилась голова, а потом от голода, страха и неудобного положения тела потеряла сознание.
Прошло несколько часов, как она очнулась, распахнула глаза, уставилась в алый потолок, попыталась встать, но как оказалось, крепко связана и лежала на соломе.
– Помогите! Где я?
Послышался звук отпирающейся решётки.
– Не ори, это бесполезно, – тяжёлый голос болезненно врезался в сознание.
– Где я? Кто вы? Я – невеста…
– Мы знаем кто ты, закрой рот и побереги силы, в полнолуние через трое суток тебя казнят, а повелителю тумана отправят твою сочную грудь, в качестве подарка на память.
– Вы – садисты и извращенцы! Он убьёт вас!
– Заткнись, змея! – получеловек подошёл и наотмашь ударил по лицу. Линда почувствовала, что голова чуть не оторвалась, такой сильный удар обжёг лицо, вкус собственной крови во рту заставил содрогнуться. – Ему не пробраться сюда, а твоя участь предрешена.
– За что? – прошептала.
– Он убивает нас, а мы его, и ты – золотая находка, невеста повелителя тумана, единственная их надежда, с твоей смертью им всем конец.
– Ему может родить другая змея наследника, я всего лишь полукровка.
– Так ты не знаешь? Твой дракон даже не посчитал нужным рассказать тебе правду?
– О чём вы?
– Ты чистокровная змея, и не простая, а дочь рубиновой кобры и какого–то василиска, которая не только бы родила самого сильного будущего повелителя тумана, но и омолодила бы этим всех на пять тысяч лет, и им не надо было бы каждые пятьсот лет стареть и бояться за собственную шкуру. Может, твой тупой дракон и сам не знает этого, что бросил такую ценную невесту ночью в туманной пустыне, – голос рассмеялся басистым смехом и вышел на светлое место, освещаемое горящим факелом. Линда увидела очень высокого мужчину, в алой одежде и таком же плаще, с длинными тёмно–красными волосами и горящими глазами, с тонкими классическими чертами лица. От него исходил огненный ареол и некая величественность.