Карра для Лаки (СИ)

«Оккер снова довел Мухомора. Только профессор не просто краснел пятнами, а всех разогнал. Придурок, наверное, ничего не выучил, поэтому просто сорвал нам контрольную.
Я ушла к Агнети. Как закончатся занятия, приходи»
Улыбнулась, срывая записку, и направилась к себе. Сверлить по пути дверь четыреста семнадцатой комнаты стало для меня обычным явлением. При всем желании я не справлялась с собой — затаив дыхание каждый раз ждала, что Лаки появится на пороге. Я не знала, чего хотела бы дальше. Если бы он действительно вышел... Если бы он объяснил свою ложь, простила бы я его? Определенно, да. Смогла бы доверять снова? Не успела бы, даже если бы постаралась. В конце месяца меда он вернется к невесте и забудет про меня. Больно осознавать, что Лаки всего лишь пользовался моей ненормальностью, балуя целительскую гордость. Однако я ничуть не лучше. Просто я с самого начала не скрывалась под лживыми словами.
Как часто наши тайные желания исполняются? Редко. Как часто мы боимся результатов их исполнений? Никогда. Именно так я думала до этого мгновения. Дверь распахнулась и оттуда вышел улыбающийся Лаки. Мне надо было идти дальше, но меня сковал страх, и я остановилась, не имея сил отвести взгляд. Дыхание сбилось, а сердце заныло. Его улыбка сходила, и он поспешно отвел взгляд от меня. Наш дворник вышел из комнаты, проговаривая:
— Вот благодарствую, сынок! Хоть пару монет прими, — протягивал он холщовый кошель Акферду.
— Не надо. Зря тянули столько, — улыбался целитель, накрывая ладонью руку мужчины. — Говорил ведь, чтобы приходили после каникул.
Он вновь на секунду повернул голову ко мне, убедился, что я еще на месте, и заговорил быстрее, уже делая шаг в мою сторону. Из-за грохота сердца мне было сложно расслышать его слова. Я сорвалась почти на бег, но через несколько метров заставила себя распрямить спину и пойти спокойнее. Обернулась, когда отошла достаточно далеко. Лаки стоял возле своей комнаты, прислонившись спиной к стене, и смотрел на меня. Не останавливайся, Карра! Никогда не останавливайся.
Я не смогла отправиться к Агнети, чувствуя нарастающую истерику. Я вновь кричала, но всего пару раз. Даже соседку не довела. Опустилась на колени посреди комнаты и прижала руки к груди, желая унять сводящую боль. Не физическую, но отчего-то она давила сильнее. Я вспомнила его улыбку, его доброту к мужчине, и ощутила тягучий ком в горле. Нельзя оставаться одной! Ни секунды одиночества. Оно поглотит меня. Нужно было срочно бежать хоть к кому-нибудь. Вскочила и босиком бросилась из комнаты прочь. Я побежала к двери, в которую никогда еще не вламывалась. Распахнула, перепугав присутствующих.
Уол сидел на кровати Тэи, а она за ним, массировала его плечи. Мой жених поднялся. Я порадовалась, что Тэя не одна. О чем я могла с ней поговорить? Квинф не успел задать вопросы. Беседа уже не помогла бы мне. Уол явно растерялся, прижимая меня к себе, пока я рыдала, уткнувшись в его грудь.
— Тебя кто-то обидел, Карра? — спросил он.
Я попыталась ответить, но рыдания превращали слова в несуразное мычание, поэтому просто покачала головой.
— Тогда что случилось?
Как объяснить, если сама не понимаю? Почему моя влюбленность изменилась? Почему она не прошла, если я знаю множество недостатков Лаки? Как понять себя?
В груди от рыданий до боли сжимались легкие, а глаза уже щипало от слез. Место Уола вскоре заняла Тэя. Она усадила меня к себе на кровать, сама села рядом, обняла, заставляя положить голову на ее плечо, и гладила по волосам. Сейчас я не злилась на нее. Наоборот, чувствовала благодарность. Ее жалость и ласка успокаивали:
— Ну что ты, Карра? Никогда не плакала, а тут разрыдалась, — бормотала она. — Выпей воды.
Я приняла стакан из рук Уола. Осилила только треть и вернула, отворачиваясь. Еще минут десять я пыталась собрать мысли в кучу, но мои рыдания совместными усилиями мы все же победили. Сначала я все рассказывала им по порядку и только фактами, начиная с нашего знакомства. Вскоре мой рассказ заполнился описаниями моих эмоций, а к концу, если его так можно назвать, меня хватало лишь на жалобы. В итоге, получилось к лучшему. Никто так и не услышал, что я ездила в столицу к Лаки и о том, что у него есть невеста.
 
— Я знаю, что он плохой, — ходила я по комнате, стараясь не думать, как выгляжу сейчас со стороны. — У него тяжелый характер и хроническая грубость. А еще у него юмор ужасный! Но я все равно хочу к нему!
Остановилась, глядя на притихшую и рассевшуюся на кровати парочку. Не дождалась от них ничего, кроме хмурого, задумчивого взгляда, и продолжила жаловаться:
— Он снится мне. И пусть бы снился, но проблема глубже, — прошептала я, только сейчас осознавая, насколько все плохо. — Я просыпаюсь и сразу пытаюсь уснуть, чтобы сон продлить! Даже, если это кошмар. Я понимаю, что была ненормальной. Но сейчас вообще... — развела руками, не сумев подобрать слов.
— Это не влюбленность, — качая головой, заверила Тэя.
— А что тогда?
Горячий похититель и смелая пленница
— Хочешь сказать, что Карра любит его? — спросил Уол у нее.
— Люблю?
— У тебя есть другие объяснения?
— Вы меня слышите? — спросила я.
— Карра и любовь к парню...
— Скорее удивительно ее постоянство, — оборвала Уола Тэя.
А я больше не слушала. Молча покинула комнату, чувствуя злость. Не на парочку — к ним только благодарность за поддержку. Со всей уверенностью Карра Скойлок готова была заявить всему миру, что любовь мерзкое чувство. У меня бы нашлась тысяча аргументов для доказательства. Я ненавижу любовь.
Поздно вечером я впустила в комнату Ялси, подготавливая себя к очередному изливанию души. Если горестями с кем-то делиться, то становилось немного легче. Главное, потом не забыть поделиться счастьем с теми, кто готов был выслушивать жалобы. Однако Ялси меня опередила. Она прошла к моей кровати, уселась и вкрадчиво сказала:
— Ты не поверишь в то, что я тебе расскажу.
Я уже поверила и готова была поверить во что угодно, но, закрывая дверь, кратко выдавила только одно:
— Рассказывай.
— Помнишь помощника дяди Бэя?
— Их двое, — напомнила я, ощущая облегчение, что речь пошла не о Лаки. В последнее время, мое подсознание всегда все связывало с ним.
— Тот, который симпатичный.
— В которого я влюбилась когда-то? — уточнила я, припоминая стройного, улыбчивого парня.
— Да! — подскочила Ялси. — Точно. Так вот. Он без вести пропал. Как оказалось, он всю неделю на работе не появлялся.
Я рухнула в кресло, не находя слов.
— Тебе Агнети сказала?
— Нет, — обиженно надула губки она и улеглась на кровать. — Она бы и дальше скрывала. Просто второй помощник заглянул к дядюшке, чтобы о здоровье спросить и новости рассказать.
— А Бэй как? — поинтересовалась я, задаваясь другими вопросами.
Причастен ли убийца к исчезновению молодого сыщика? Не угрожает ли опасность отцу Агнети? Она, наверное, тоже переживает.
— Все также охрипший. Пьет дешевые зелья и шарф не снимает. Заметно расстроился, когда Мадвен новости сообщал, но потом разозлился. Я поэтому ушла от них. Не люблю, когда люди злятся.
Мы просидели еще пару часов, строя догадки и просто перебирая сплетни Ленвера. Когда Ялси ушла, я вновь вернулась мыслями к Лаки. Сегодняшняя его доброта к дворнику, подкосила мою убежденность, что он плохой парень. Он многогранен. Есть ли у него оправдания для меня? Для нашей с ним истории. Я взглянула на полочку, к которой прицепила два браслета. Вспомнила, как Лаки надевал мне один. Тот, что тоньше. Встала и сняла второй, который он подарил на Ледяной карнавал.
 
— Карра, нехорошо следить за людьми! — пробормотала я, сжимая браслет, но почти сразу застонала, опрокидывая голову назад.
Через десять минут я сидела на кровати и наслаждалась, отчетливо ощущая присутствие Лаки в общежитии. Тепло исходило от его комнаты. Я свернулась калачиком и вспоминала наши с ним беседы, прогулки, его признания. Так и уснула в одежде, забыв погасить свет.