Хранительница дверей (СИ)

Я достала баночку с лекарством, обильно смазал синяки, замотала легким шарфиком. Объемный бант привлекал к себе больше внимания, чем скромная блузка и юбка – то, что нужно.
Спустилась на кухню. Огляделась, но так и не заметила следов пребывания Рика.
– Кассия! – пропищал Мик. Бросился мне на шею, заставив поморщиться. – Я так испугался за тебя вчера!
– Я тоже рада тебя видеть.
Благодарно улыбнулась зверьку, посадила на руку, почесала за ушком. Он вцепился лапками в большой палец, блаженно прикрыл глаза. Будь Мик котом, а не мышью, должно быть, замурчал от удовольствия.
– Я тоже сильно испугалась. В какие только неприятности не попадала, но не дома. Нужно будет обновить защиту, забить окно в купальне или лучше заложить его совсем. Кто вообще придумал там делать окна? Глупость какая-то!
– Рик забил, – произнес мышонок, сразу сникнув.
– Надо будет сказать ему спасибо, – отозвалась преувеличенно бодро, но в душе уже зашевелилось нехорошее предчувствие. – Что-то его не видно и не слышно, а преступник, между прочим, еще на свободе.
– Рик сказал, что тебе не стоит беспокоиться об этом.
– Мик, где он? – глупо было надеяться, но я ждала, что мышонок успокоит меня.
– Дверь, наконец, открылась, он ушел.
________
[1]По местным поверьям, мир, в который попадают души людей после смерти.
  
Глава 17
 
Кофе получился невкусным. Снова. Я задумалась и пропустила момент, когда джезву нужно снимать с огня. Потом высыпала слишком много сахара. Пришлось вылить напиток и есть булочки всухомятку. Настроение испортилось еще сильнее.
– Кассия, ты грустишь? – спросил Мик. Сел на стол, рядом с тарелкой, на которой лежала выпечка.
Некоторые не меняются, улыбнулась я. Покачала головой, желая успокоить того, кто всегда был и остается рядом. Мы могли спорить, даже ссорится, но всегда находили пути к примирению. Это и есть настоящая дружба, и не важно, в чьих телах живут души друзей.
– Значит, за лавкой сама присмотришь! – снова уточнил мышонок. Получив кивок, добавил:
– Это хорошо. А то я вчера совсем замучился с твоими покупателями. Еще и заказов набрал.
– Ты умничка! Расскажи, кому, что и сколько мы обещали. Нужно отправить все покупки как можно скорее. Я долго зарабатывала свою репутацию и не могу позволить, чтобы все рухнуло в один день.
Как произошло с моей жизнью, добавила мысленно. Вспомнила, как потеряла родителей во время налета команды зачистки, как едва избежала насилия и оказалась в новом мире, как едва не погибла от рук сумасшедшего мага, как потеряла доверие Элладана и надежду на совместное будущее. Каждый раз мне казалось, что жизнь кончена, но я, словно феникс, снова и снова восставала из пепла.
Сегодня не произошло ничего из того, что могло бы нарушить мое душевное равновесие. Подумаешь, пропал мужчина. Он мне не родственник, не друг, даже не любовник. Так что выше нос, Кассия Оли-Миера, все лучшее ждет тебя впереди!
Я вылила безнадежно испорченный кофе, заварила чай с мелиссой и снова задумалась. Был ли в моей жизни Рик? Зачем он появился и так внезапно пропал? Действительно ли избавил меня от угрозы, или это лишь красивые слова? Имел ли он какое-то отношение к кражам артефактов или это совпадение?
В совпадения я давно не верила. Единственным, кто мог пролить свет на прошедшие события, был Мик, но он снова пропал. Оставил мне список заказов и исчез, будто чувствовал, что серьезного разговора не избежать.
Скучно тебе было, Кассия? Хотела снова прикоснуться к тайне, окунуться в интриги, провести расследование? Пожалуйста! Мечты сбываются, но у судьбы дурные шутки.
Я посмотрела список, который набросал мышонок. Чтение его закорючек не составило для меня труда. Не сложно, когда привыкаешь.
Я разложила черный и бирманский перец, посолочные смеси и смеси для глинтвейна, цветочные чаи. Подписала каждый из бумажных пакетиков, перевязала ленточкой. Про упаковку часто забывают, но именно ее видят первой, по ней оценивают товар. Только потом решают, стоит ли пробовать вкус.
 
Вышла на улицу. Пахло морем: бризом, солью и той неповторимой свежестью, которую можно ощутить только на побережье. Море напомнило о Рике, кворки его подери! Мне же следовало подумать о себе и собственной безопасности.
Я нашла Матиаса. Он с серьезным видом рассматривал пойманную птицу. Ее глаза были прикрыты, крылья безвольно висели. Первой мыслью было, что мальчик замучил бедняжку. Дети порой так жестоки, что становится страшно. Но стоило только присмотреться к нему, чтобы понять: Матиас здесь не при чем.
– Я нашел ее на берегу. Она едва дышит. Ты можешь ее спасти?
Необыкновенно-яркие синие глаза горели надеждой, которую я просто не могла убить. Присела рядом, коснулась серых перьев. Жизнь едва теплилась в этом крошечном тельце.
– Госпожа Олбанс держит лекарню для животных, на углу улицы Ядов и Дворцовой набережной. Поспеши, пока не поздно.
– Знаю, но у меня… мне нечем заплатить ей, – признался Матиас. – Тетка не дала денег. Сказала, что проще ей свернуть шею, пока она еще жива, и сварить суп.
Я в очередной раз поразилась жестокости людей. Не потому ли в детях не было жалости, что взрослые показывали именно такой пример нетерпимости и равнодушия к чужим страданиям?
– Поступим так. Я дам тебе денег, не спорь, – произнесла, не дав ему отказаться, – а ты поможешь мне отнести заказы. Только обещай прежде умыться и вымыть руки, иначе тебя не пустят ни в лекарню, ни на порог дома, а я лишусь покупателей.Что скажешь?
Матиас расплылся в широкой улыбке. Не спрашивая, отдал мне птицу. Сбегал в дом и вернулся через десять минут другим человеком. Серая рубашка была застиранной, но чистой, причесанные волосы не торчали в разные стороны, с лица исчезли грязные разводы.
Я с трудом сдержала улыбку, чтобы не смутить мальчика. Достала из кошелька несколько серебряных монет, вложила в его ладонь. Матиас забрал птицу, спрятал за пазуху и ураганом сорвался с места. Я вернулась в магазин, взяла заказы, сложила их в корзину. Придется снова закрыть лавку, пока не доставлю все специи.
***
День, наполненный делами, пролетел незаметно. Главным его достоинством было то, что он не оставил времени на размышления. Когда бегаешь по всей улице Ядов, разнося заказы и попутно записывая новые, потом пытаешься обслужить тех покупателей, которым посчастливилось застать меня на месте, думаешь о чем угодно, только не о мужчинах.
Странным образом, стоило исчезнуть Рику, как и Элладан потерял по мне интерес. Сговорились они что ли? Может быть, только дух соперничества заставлял их действовать, пусть ни один не знал о существовании другого? Глупость, конечно, но другого объяснения я не находила. Наверно, переоценила собственную значимость в жизни обоих или просто страдала от недостатка внимания. Бильяладжи не в счет. Этот был всегда готов, но вряд ли сумел бы удивить меня. Слишко многое о нем рассказывали женщины, побывавшие в его постели. Хотя стоит заметить, ни одна не осталась недовольной.
– Касси!
Стоит вспомнить, как эльф появился. Еще и опять зовет меня сокращенным именем, будто имеет на это право. Я же не называю его Эллом. Пора бы и ему научиться разделять профессиональные и личные отношения.
– Для тебя Кассия или госпожа Оли-Миера. На кофе тоже не рассчитывай, он получился отвратительным.
– У кого-то плохое настроение? А я принес шоколадные пончики и “Серебряную зарю”.
Вот же гад! Знал, чем подкупить. Этот цветочный напиток мог поднять настроение даже в самой безвыходной ситуации, хотя в нем не было ни капли алкоголя или других пьянящих веществ. Его готовили только эльфы. Они скорее умерли бы, чем открыли рецепт приготовления “Зари”. То, что Элладан принес его, о многом говорило.
– Подкупить меня хочешь? – улыбнулась ему, чувствуя, что не смогу устоять.
– Почти, – эльф опустил глаза, чтобы скрыть удовлетворение. Маленькая победа доставила ему истинное удовольствие.