Хайд

– Ля? Разве я такая? – Она посмотрела на своих адептов. – Вернее, могу ли я быть иной, если провела в темных безднах человеческого разума столько времени, что успела найти и впитать в себя память целого народа – не индивидуальную, а коллективную? Сэмюэл Портеус верил в то, что это возможно. Он полагал, что две Элспет заключены в одном теле, в одном мозге.
– Потому ты и убила Сэмюэла Портеуса?
– Портеуса убила самонадеянность, капитан Хайд. Моя, а не его. Сеансы терапии он проводил в большинстве случаев с той Элспет, но постоянно норовил выманить меня на поверхность. Как говорится, чтобы пленить дьявола, надо сперва встретиться с ним. Так вот однажды я, проявив беспечность, поведала ему о своем брате Джозефе – о том, как я столкнула его с крыши, чтобы завладеть универмагом Локвудов. Я рассказала, что Джозеф, падая, был охвачен ужасом и одновременно безмерной печалью. Знаете, я думаю, он тогда не закричал, потому что не хотел, чтобы люди посмотрели вверх и увидели меня. Последним деянием Джозефа стало спасение от виселицы любимой сестры, которая его убила. Портеус, выслушав меня, заявил, что именно тогда мое сознание и раскололось – я, дескать, отделила часть своей личности от того события, чтобы чувствовать себя невиновной. Но я ему на это самонадеянно ответила, что существовала отдельно от другой Элспет гораздо дольше и целую вечность строила собственный мир в темных безднах ее разума, где меня держали в заточении. Глупо было говорить с ним о Джозефе. Портеус меня спровоцировал и выведал то, что я должна была скрывать. Заглянул туда, куда не следовало, и увидел слишком много. Поэтому я забрала его глаза.
– А Фаркарсон?
– С Фаркарсоном разобрались мы, – вмешался Лоусон. – Он следил за Элспет и Баллором, а в результате раскопал историю о шантаже. Но главной причиной, по которой ему пришлось расстаться с жизнью, было то, что он узнал в Данлопе полкового фотографа, служившего в Афганистане. А через Данлопа вышел на меня.
– Но сердце Фаркарсона вырезала я. – Элспет заулыбалась. – Хотела оставить себе сувенир. Он теперь хранится в одном особенном месте.
– А вы, Демпстер? – взглянул Хайд на детектив-сержанта. – Давно вы с ними связаны?
– С самого начала.
– Стало быть, вот почему сержант-знамёнщик, – Хайд кивнул на бойца со шрамом, – так и не нашелся в гарнизоне, когда вы просматривали там списки дежурных. Я послал в замок не того человека.
– Или как раз того, – сказал Лоусон. – Иначе для нас все осложнилось бы.
– Вы все безумцы. – Хайд покачал головой. – Но этот факт не спасет вас от виселицы. Вы будете болтаться в петле. Все до единого.
– Ничего подобного, – отозвалась Элспет. – Никого тут не повесят. Когда все закончится, Демпстер окажется единственным уцелевшим из маленького отряда спасателей доктора Бёрр. Он сообщит, что, как только вы сюда приехали, капитан Хайд превратился в Зверя, явил свое альтер эго, оказавшееся Деканом. Демпстер скажет, что они с Маккендлессом пытались вас задержать, но вы со своими подручными из Темной гильдии убили Маккендлесса, а он, Демпстер, чудом уцелел. К тому времени как сюда доберутся другие полицейские, капитан Хайд, вас уже здесь не будет, останутся только ваши жертвы. Ваши коллеги легко сложат два и два – вспомнят и о ваших провалах в памяти, описанных в дневнике Портеуса, и о том, что по удивительному совпадению именно вы обнаружили тело Фаркарсона, добавят сюда трупы доктора Бёрр, сержанта Маккендлесса и Фредерика Баллора, а также ваше таинственное исчезновение в ночи в тот самый момент, когда все улики указывают на вас… – Элспет рассмеялась. – Легенда о Темной гильдии и лже-Декане будет жить в веках, передаваясь от поколения к поколению, а фамилию Хайд навсегда свяжут с двойственностью человеческой природы. Вы станете знаменитым, капитан, возможно, даже превзойдете самого декана Броуди. Вы станете новым Деканом, новым демоном нового века. А мы позаботимся о том, чтобы никто и никогда не нашел ваши останки, – таким образом слава ваша не иссякнет, ибо вы обретете бессмертие. – Элспет многозначительно взглянула на Лоусона. – Они скоро будут здесь. Пора.
 
Аллан Лоусон с сожалением посмотрел на Хайда, затем кивнул Демпстеру.
Хайд услышал за спиной лязг взведенного курка револьвера.
  
Глава 71
 
Капитан Хайд резко развернулся, чтобы атаковать Демпстера, прежде чем тот успеет выстрелить, но в этот же миг увидел, что предатель поднял обе руки, а его оружие направлено в небо. Прямо за детектив-сержантом стояла Келли Бёрр, дуло ее короткоствольного револьвера уткнулось ему в затылок.
И еще Хайд увидел Саласара, кагота, который шагнул к Демпстеру, чтобы завладеть оружием сержанта. Капитан бросился было на перехват, но Келли сказала:
– Все в порядке, Эдвард. Саласар с нами. Забери у Демпстера пушку.
Хайд сделал, как она просила. Келли подтолкнула Демпстера к остальным, и теперь они с Хайдом вдвоем держали их на мушке.
– Здесь есть еще их люди? – спросил капитан.
– Я больше никого не видела, – отозвалась Келли, – но это не означает, что нет. Предлагаю запереть их пока. Я знаю тут один маленький погребок…
– Руки вверх, – приказал Хайд, но мужчины не шелохнулись, а Элспет Локвуд смотрела на него с нарастающей яростью. – Я повторять не буду, – рявкнул он.
Пронзительный, звенящий крик заставил его вздрогнуть. Элспет Локвуд бросилась к ним, издавая нечеловеческий, душераздирающий вопль, и на секунду Хайд усомнился, действительно ли он в ту ночь у берегов реки Лейт слышал скорбные причитания горских женщин. Он замешкался – инстинкты не позволяли ему выстрелить в безоружную девушку, – и в следующий миг она уже накинулась на него, вереща, кусаясь и царапая ногтями. Загремели выстрелы – он понял, что Келли отстреливается, отшвырнул Элспет, и ее схватил Саласар. Хайд развернулся, вскинув револьвер, но Лоусон и его люди исчезли.
Уильям Демпстер лежал на траве, уставившись в темное небо невидящим взором. Черная, бескровная точка на бледном лбу обозначила место, где вошла смертоносная пуля.
– В укрытие! – крикнул Хайд Келли.
Теперь бой был бы неравным – Саласар пытался справиться с Элспет, а Хайд и Келли остались вдвоем против двух вооруженных профессиональных военных. Капитан переложил револьвер в раненую руку и помог Саласару вытащить Элспет из кольца факелов.
– Надо укрыться за менгиром, – сказал Хайд. – И погасить факелы. Тогда мы будем в темноте, и тем двоим придется подойти ближе.
Они бросились бежать. Элспет вдруг перестала сопротивляться, и капитан подумал, что контроль над ее телом снова взяла другая ее личность. Возле Темного Человека Хайд с Саласаром раскидали торчавшие из земли факелы и затоптали пламя. Все вокруг погрузилось во тьму, лишь луна выглядывала в прореху облачного покрова, проливая тусклый свет.
Элспет внезапно опять разразилась диким воплем, и Хайд увидел, как в лунном свете сверкнуло лезвие кинжала. Саласар издал короткий стон, и лезвие сверкнуло снова. Келли была к ним ближе, чем Хайд, – она ударила Элспет рукояткой револьвера. Заваливаясь на бок, та ударилась головой о выступ посередине менгира, упала к подножию камня и затихла.
Келли наклонилась над ней осмотреть голову, насколько это было возможно в темноте.
– Она… – начал Хайд.
– Жива, – отозвалась Келли, – но травма серьезная. – И переключила внимание на Саласара.
Тот показал ей руку – лезвие кинжала насквозь пронзило бицепс. Хайд услышал треск – девушка оторвала от подола юбки полоску ткани для перевязки.
– Саласар в порядке. Крови потерял совсем немного – похоже, плечевая артерия не задета. Я наложу ему повязку, но обоих надо будет отвезти в больницу, как только выберемся отсюда.
– Если выберемся, – уточнил Хайд. – Лоусон и его подручный свое дело знают.
В тот же миг раздался выстрел, и пуля взрыхлила землю слева от него.
– Ложитесь! – прошипел капитан. – Они будут стрелять только прицельно. Элспет Локвуд для них что-то вроде верховной жрицы, они не станут рисковать из страха случайно попасть в нее. Надеюсь, эти двое все-таки решат подойти поближе…