999999999 маны. Том 4 (СИ)
— Тише, я сказал! — Рубан сделал страшные глаза. — Я тебя понимаю, Ротт. И поверь, если бы дело ограничивалось одним тобой — давно бы уже умотал куда подальше. Но и ты пойми: лес буквально нашпигован людьми. Они даже не прочёсывают его: они просто сидят тут повсюду, как сардины в банке, и ждут!
Я пожал плечами.
— Тогда мы можем плутать тут всю ночь и дальше, но так никуда и не выйдем.
Рубан молчал. Он понимал, что я прав, но, кажется, встречных предложений у него не было. Я тоже молчал, пытаясь отдышаться и временно сгрузив с себя тело. Наконец, Рубан заговорил:
— Да, ты прав. Если их столько уже здесь — то сколько же их будет на месте, у мемориала? Вся армия Империи?
— Бесполезно, да? — я поглядел на него.
— Совершенно, — кивнул Рубан. — Видимо, лучшее, что мы можем сейчас сделать — это бросить труп здесь, чтобы не мешал, и попытаться удрать отсюда подальше, а потом посадить тебя на самолёт… ну, скажем, до полюса. Северного или южного — решай сам.
Ну, да, небывалая щедрость.
— Там ты стрельнешь в себя — и обратно на самолёте…
— Это вряд ли, — хмыкнул я. — Обгорелые обломки не летают.
Рубан покачал головой.
— Значит, пешком. Похер, это проблема номер два, решим, когда выберемся отсюда. Главное — к Мемориалу Вечной Славы нам не попасть…
Мои глаза внезапно расширились.
— Стоп, — заметил я. — А кто сказал, что нам к нему нужно?
— Ты сказал, — резонно возразил Рубан.
— Я сказал, да, — я лихорадочно припоминал, какими именно словами старуха говорила о необходимых условиях. Воссоздать всё как в тот раз, значит?
История, которую я знал из уроков, фильмов и прочего, гласила, что Император получил свои силы во время Кайзербергской бойни, увидев, как гибнут его товарищи. «В последнее мгновение, когда надежды, казалось бы, уже не оставалось…» и прочее.
Патриотическая хрень, в которую никто не верил. А тем более — я, после того, как выслушал подробный рассказ о том, как это было на самом деле.
Мемориал был расположен на том месте, где Кайзербергская бойня завершилась. Но Люций-то получил свои силы не там! Дюбуа говорила, что он был брошен в кучу трупов, а до того места потом долго добирался…
— Ты сказал, что нам нужно место, где Император получил свои силы, — кивнул Рубан. — А Мемориал находится прямо на месте тех траншей, где…
— Да нет же, — морщась от того, что сам сообразил это слишком поздно, пояснил я. — Император получил свои силы не там, совершенно не там! К моменту, когда битва дошла до этих траншей, Люций уже добрые сутки гнил в куче трупов на передовой.
Рубан поглядел на меня странным взглядом, словно пытаясь понять, не свихнулся ли я от перенапряжения.
— Это он тебе сам сказал? — даже шёпотом его голос не терял ехидства.
Я поглядел на труп Люция, лежащий на траве.
— Что? — я быстро перевел взгляд на пустое лицо Императора. Нет… Почти.
…самым сложным было определиться с направлением. Пересказав Рубану «лекцию по истории» от Мадлен Дюбуа, я предположил, что два дня уходить вглубь не придётся.
— В конце концов, — заметил я, — шла война. Всё было перерыто — окопы, траншеи, дыры от разрывов. Прибавь сюда заграждения, минные поля, да и попросту врагов вперемешку с разбросанными повсюду телами — и получится, что путь, занявший у Императора с командой полтора-два дня, сейчас уложится в куда меньший срок.
— Возможно, — кивнул Рубан. — Но мы всё ещё не знаем, куда идти. И это вообще при условии, что Дюбуа не солгала тебе насчёт всего этого.
Я пожал плечами.
— Может, и солгала — охотно поверю в это, со старухи станется. Но если я что-то и понял про Императора, так это то, что он никогда не стал бы ставить огромный, пафосный памятник на том месте, где он чуть не захлебнулся в крови своих врагов и друзей.
Рубан молча кивнул, признавая мою правоту.
— Если я правильно помню школьные карты и уроки истории, — заметил он, — то битва двигалась оттуда. В ту сторону и пойдём.
Я принялся снова взваливать труп себе на спину.
— Плюс, — продолжал Рубан, — в том, что мы пойдём в противоположную от патрулей сторону. Минус в том…
— Знаю, — страдальчески сморщился я. — Идти придётся всю ночь.
— И это в лучшем случае, — согласился Рубан. — Плюс, поиски нужного места — а это, считай, иголка в стоге сена. Надейся, что оно хоть как-то отмечено, иначе шансов у нас нет.
— Отмечено, — выдохнул я. — Уверен, что отмечено, Император бы не оставил такое важное место… просто так.
Оставалось лишь настроиться на долгую ходьбу с грузом. Усохший за годы Император был значительно легче среднего взрослого мужчины, но всё же и не невесомым. А ведь если бы я сообразил насчёт места сразу — не пришлось бы бросать машину!..
Впрочем, долго горевать по этому поводу мне не пришлось. Ведь совсем скоро мы вышли к кладбищу.
— Это ещё что? — вытаращился я на скромные деревянные кресты — всего около трёх десятков — попорченные временем. Они наполовину утонули в густой траве, и вообще производили впечатление чего-то, заброшенного давным-давно.
— Не обращай внимания, — махнул рукой Рубан. — Мало ли тут таких осколков войны. Не один Император тут сподобился умирать…
— Нет, — я покачал головой, поражённо остановившись. Мысль о том, что так не бывает, такого везения не должно существовать в принципе, выбила меня из колеи. — Это… оно.
— Оно? — Рубан снова оглянулся на кресты. — Ты уверен, Марк?
Я вдохнул прохладный лесной воздух. В нём было что-то; что-то ещё, кроме запаха осенней травы и мха. Что-то… сильное. Вообще не относящееся к материальному миру.
— Это то самое место, — раздельно выговорил я. — Готов поклясться.
Снаружи я был спокоен, но скверна внутри меня устроила настоящую бурю. Я подумал о том, что здесь мне будет куда сложнее контролировать её долго.
— Знаешь, — неожиданно признался Рубан, — я тоже это чувствую. Не знаю, так ли, как и ты, может, слабее… но чувствую.
Я только кивнул, молча сгружая с усталых плеч мёртвое тело.
Да уж. Я-то думал, здесь будет хотя бы какой-нибудь пьедестал или плита, на которую можно будет возложить Императора, однако красивые картинки в моей жизни попадаются разве что на экране смартфона, поэтому будем работать с тем, что есть.
Пока я возился с телом императора, Рубан прошел вперед, к небольшой поляне в центре кладбища, и почесал подбородок.
— Кажется, Его Величество обманул всю страну с этой байкой про получение силы, — УБИшник оглянулся. — Вот только зачем? Чтобы сюда не лез, кто не надо? Но почему тогда здесь нет никакой охраны…
Я выпрямился, уложив Люция на небольшой пригорок между могилами.
Говорят, что если хочешь что-то хорошо спрятать, то положи это на самое видное место. Кажется, Император пошёл ещё дальше.
— Ну, отсюда не так уж и далеко до мемориала, около которого охраны как раз предостаточно. Никому в голову не могло прийти, что невзрачные кресты посреди лесной глуши могут иметь хоть какое-то отношение к Императору, когда он рядом отгрохал такую инсталляцию. Сейчас меня больше волнуют те ребята, которые рыщут по лесу в наших поисках.
— Да, — Рубан сощурился, вслушиваясь в тишину. — Стоит им понять, что на подходах к мемориалу нас нет, как они начнут продвигаться дальше. Не знаю, какой там у тебя план, Ротт, — он повернулся ко мне и серьезно посмотрел прямо в глаза, — однако позаботься о том, чтобы первой его частью было «закрыть пасть и приступать», времени не так много.
Ни сил, ни желания спорить с Рубаном у меня не было. Да и это было ни к чему, я прекрасно понимал, что в тот момент, когда я начну переливать скверну в Люция, сюда сбежится вся округа. И лучше бы нам никто не помешал… по крайней мере, до того момента, когда я начну это делать.
Правда, был один момент который я не предусмотрел.
У меня не то, чтобы много опыта в таких делах. Конечно, сам процесс переливания не был сложным (в отличие от попыток контролировать скверну во время него), однако кто знает, какие ещё приготовления нужны, чтобы всё прошло гладко?