Черные начала. Том 4 (СИ)

По мне, это было чем-то вроде принятия самого себя. Я конечно это нигде не читал, но мне кажется, что мир каждого человека соответствовал тому, что он из себя представляет. Исходя из этого было даже интересно посмотреть, что получится из меня самого.
Постройка внутреннего мира отличалась от вечных внутренних потоков. Если там мне приходилось в буквальном смысле тянуть потоки, пробивая им русло, а потом ещё и наполнять их энергией, расширяя и углубляя, то, здесь надо было… просто пропитывать внутренний мир своей Ци. Как… как наносить аэрозольным баллончиком краску.
Именно так для меня выглядело то, что я делал — выпускал во внутренний мир, в пустоту свою Ци, наблюдая за тем, как она то ли оседает, то ли притягивается, давая примерные очертания для объектов, после чего начиналось самое интересное. Чем больше я выпускал Ци, тем сильнее она оседала, и тем плотнее становилось окружение. Самым важным было не перестараться, чтобы не получилось, что одна часть слишком сильная, а другая будет хрупкой. Это как наносить… штукатурку или осторожно отсыпать из песка формы, что-то в этом духе.
По-настоящему объяснить, на что было похоже прокачка по уровням, было невозможно по одной простой причине — пока не сам не попробуешь сам, то не узнаешь. Это как объяснять, на что по вкусу похож банан. Вот на что он похож? Да хрен объяснишь же, пока не попробуешь. Можешь объяснить лишь примерно и образами.
Вот здесь так же: я мог лишь примерно объяснить, как это выглядит, но другой человек мог спокойно сказать, что всё хрень, это выглядит иначе.
Но четырнадцать ступеней… блин, у меня это заняло едва ли не две недели. Я не буду врать, что иногда я вставал, чтобы размяться да и поесть, так как, к сожалению, без еды рисковал сдохнуть, но так или иначе большую часть времени всё же занимала медитация. Просто сидел на камне и медитировал, пытаясь отстроить все двадцать три с половиной часа свой внутренний мир.
И ведь забавно, что для меня время в медитации действительно летело гораздо быстрее, чем во внешнем мире. Нет, меня, конечно, отвлекал иногда внешний мир: дождь, как из ведра несколько дней подряд или птица, которая пытается свить у меня на голове гнездо, но даже с этим я старался не отвлекаться.
Так что две недели и…
Мой внутренний мир был похож на сраные руины.
Нет, серьёзно, мой внутренний мир стал похож на руины какого-то старого греческого здания. Полуразрушенные стены, колонны, часть из которых уже осыпалась, потрескавшийся пол из квадратного камня и небольшой фонтан, который уже не работал.
Честно говоря, читая и слушая о том, какие бывают внутренние миры у других, мой выглядел как-то слишком… уныло. У меня и так в жизни говна хватает, а теперь я погружался в свой мир и наблюдал разруху, как после войны.
Здесь я мог даже побродить, оглядеться, но куда бы я не пошёл, чувствовал, что знаю каждую трещинку этого мира.
— Мда… — протянул я. — Охерительно получилось…
Я прошёлся вокруг круглого фонтана, проведя рукой по твёрдом шершавому и холодному камню, которым тот был выложен. Коснулся воды и понял, что это совершенно не вода — Ци. Визуализированная Ци. Прикольно…
Хотя было бы прикольнее, будь место чуть пожизнерадостнее, а не сраные руины. Уж лучше бы было бескрайнее озеро, в идеале храм или квартира на сто квадратных метров. Чтобы можно было в случае чего просто юркнуть в неё и насладиться комфортом. А здесь разве что голову на камень положить вместо подушки можно.
Внутренний мир блин…
Ладно, хрен с ним, главное, что теперь он у меня был, а остальное уже не имело никакой разницы. В конце концов, я предпочитаю реальность, а не иллюзию.
Куда важнее была последняя стадия, на которую у меня осталось всего лишь одно ядро.
Очищение.
А вот оно вызвало у меня определённые неприятные ощущения. По идее очищением было именно очищение организма — как от вредных шлаков, так и от грязной энергии, и чем чище организм, тем ты становишься сильнее. Почти как фишка с чистота драгоценных камней. Я должен был сам выдавливать это из себя, что походило на то, когда ты на унитазе тужишься, только в раз десять больше усилий.
 
И выглядело это со стороны так, что я тупо покрывался какой-то чёрной слизью, как мазутом, которая выделялась буквально из каждой поры.
Я слишком поздно об этом подумал, но когда вынырнул обратно из медитации, вся моя одежда воняла гнилью и была тёмной от грязи, которая выделялась с меня.
— Да чёрт! — выкинул я одежду в реку. — Вот сука…
Так, тихо, тихо, это всё последствия ядра. Подумаешь, одежда, у меня ещё есть…
И сука всё равно, как же неприятно! Всё липкое, вонючее, слизкое, аж в каждой щели! А ведь такое после каждой ступени будет! При каждой ступени будет выделяться из тела вот эта грязь, которая тонкой плёнкой будет меня покрывать.
Буэ-э-э…
Но мне это не грозило в ближайшее время, так как я докачался только до четвёртой ступени стадии Очищения уровня Расцвета, когда ядра кончились.
Весь камень, на котором я сидел, сверху был покрыт тёмной слизью, которая на жаре начинала безбожно вонять. Вот тебе и поднялся по уровням… Но это всё лучше, чем ничего. По крайней мере я поднялся немного вверх и оставалось не так много, прежде чем я дойду до барьера между четвёртым и пятым уровнями.
— Как ты? — спросила Люнь.
— Не очень… — фыркнул я и спрыгнул в воду, чтобы смыть с себя всю грязь.
От меня сразу пошли как мазутные пятна, которые медленно сплавлялись ниже, растворяясь в течении.
Я поднял руки к глазам.
Они как дрожали, так и продолжают дрожать то ли от переизбытка энергии, то ли от шокового состояния самого организма. Дыхание тоже частое, будто бегал. Иначе говоря, всё как в прошлый раз, но теперь свой гнев я контролировал куда лучше. Столь долгое использование демонических ядер совсем никак не сказалось на моём состоянии вроде как, но хуже точно не стало.
Да, оставалась сильная раздражительность, но теперь я более-менее держал себя под контролем, не скатываясь в полный беспредел. В первый раз я вовсе пошёл всё громить, а сейчас просто немного срываюсь, при этом удерживая всё дерьмо, которое готово излиться на бедную Люнь, внутри.
Можно сказать, что начал привыкать к использованию демонических ядер или же с повышением уровня росла и резистентность к ним.
Пришлось потереть себя камнем и песком, чтобы хоть как-то снять эту слизь после каждой ступени очищения. А ещё пришлось подстричься, так как за это время я успел обрасти, почему волосы из-за слизи свисали сосульками и отказывались отмываться. Подстригся как мог под ёжика, покороче, но так как здесь жарко, это даже к лучшему.
— Ты… как себя чувствуешь, Юнксу? Ты здесь медитируешь уже почти месяц, — Люнь облетела меня по кругу.
— Не очень… Раздражения как такового нет, но… — я похрустел шеей. — Просто не трогай меня пока, окей? Немного приду в себя и всё будет нормально. Как там Зу-Зу?
— Он недавно прибегал, сегодня утром.
— Стал больше?
— Немного, — кивнула она. — Ты же знаешь, он…
— Да знаю я, — слишком громко ответил я, но тут же выдал себе ментальную пощёчину и сбавил тон. — Да, знаю, он избранный. Стыбзил прямо перед носом священный амулет, который предназначался мне прямо из-под носа. Не напоминай, а то и так больно думать об этом.
— Хорошо, хорошо, прости, я молчу…
— У меня ещё не отошло это всё просто. Каждый шорох раздражает, но особенно бесит эта сранная присохшая слизь, которая никак не оттирается!
Я с таким остервенением теранул шершавым камнем по коже, что оставил на ней ссадину.
Поморщился, плеснул водой смывая кровь и продолжил оттирать всё тело от этой мерзости. Могу представить, какого девушкам проходить через это. Длинные волосы, нежные создания, а они воняют, как будто в свинарнике ночь провели. Это же после каждой ступени надо так конкретно отмываться.
Я покосился на Люнь.
— Что такое, Юнксу?
— Ты тоже проходила через это, да?