Черные начала. Том 4 (СИ)

— А, понятно…
И я отвернулся.
Но эта левая красивая девка даже не собиралась отставать. Зачем-то (и я прекрасно знаю, зачем) она обошла медленно стол, за которым я сидел, и величественно присела напротив. Даже будучи неслабо так взволнованным, её красота продолжала манить меня к себе, обещая, что я не забуду её внешность ещё очень и очень долго.
— Я давно не видела подобных вееров, — тихо продолжила она. — Удивительно было встретить один из них в этой библиотеке у человека, который едва достиг уровня Расцвета. Потому я и подошла к вам.
— А…
Мой богатый внутренний мир теперь выдавал односложные звуки и предложения.
— Меня зовут Алая Лилия из клана Розового Знамения, но вы можете звать меня Пань Шан.
— Пань Шан, — повторил я.
— Верно, вы обо мне, наверное, слышали.
— Не-а, ни разу не слышал.
Её брови удивлённо приподнялись, и выглядело это необычайно красиво. Хотя на таком лице любая эмоция будет необычайно красивой. Кого-то природа наделила отличными генами, а кто-то прохватывает звизды от всего, что может их раздавать, по умолчанию.
Я иногда думал, как же повезло всем этим богатым удачно родиться. И как бы мне хотелось посмотреть на всех этих людей, если бы они прошли тем же путём, что и я.
— Что ж, теперь вы слышали обо мне. Позвольте мне узнать ваше имя?
— Юнксу.
— Просто Юнксу?
— Гуань Юнксу.
Я не видел смысла придумывать новое имя, так как какая разница, под каким представляться, если могу в любой момент придумать другое.
— Гуань Юнксу, — повторила она, кивнув и одарив едва заметной улыбкой.
Сука, это был удар ниже пояса, у меня даже привстало неслабо так. Аж сердечко забилось прямо сладко-сладко, как в школьные годы, когда я увидел препода по математике сразу после универа. Странно, что всего одна улыбка смогла вызвать у меня приступ школьной влюблённости.
Но я мужик! Буду держать глухую оборону и не поддамся на женские чары! К тому же, я не верил её улыбке, как бы организм не реагировал на неё. Девушка была явно не моего уровня, так что все эти улыбки и прочие ужимки не больше, чем попытка меня прогнуть.
Кто-то делает это напором, кто-то соблазнением, а кто-то вот так, давая почувствовать себя нужным и значимым в глазах такой девушки.
Но у меня уже есть Зу-Зу, так что плевать на всё! 
— Вы всегда прячете своё лицо, Юнксу? — спросила она.
— Да.
— Вы прямолинейны.
— Прямолинейность — уважение к собеседнику, — придумал я на ходу. По смыслу бред, но звучит пафосно.
— Я запомню это, — кивнула эта Пань Шан и наконец перешла к делу. — Позволите посмотреть на веер?
— Зачем? — тут же спросил я и уже во второй раз увидел в её глазах удивление. Девушка явно не привыкла к подобному.
Сейчас я чувствовал какое-то нереальное волнение, из-за чего был дёрганным. Просто сама девка ни много ни мало была уже на уровне Адепта Вечных, и я понимал, что это, конечно, не мастер, но размотать меня на вермишель хватит с головой, а бежать здесь некуда.
А ещё этот веер…
Млять, да кто же знал?! Мир огромен, библиотека почти пустая и тут просто… ох, млять… Чё за непруха-то такая?
Девушка поправила волосы, от чего аромат стал ещё сильнее, после чего спокойно продолжила.
— Когда я была ребёнком, точно такой же веер был у моей матери. Я давно её не видела, и веер, что у вас — он заставил почувствовать в сердце тепло. Мне дорого это чувство, и мне бы хотелось прикоснуться к точно такой же вещи, которая была у неё, чтобы хотя бы на мгновение вернуться в прошлое. Я прямолинейна, как вы и любите, Юнксу. Быть может, если вас не затруднит и не обидит, пойдёте мне навстречу?
Вот так как на духу всё и выложила. Поверил ли я ей? Не знаю, было сложно сказать, так как рассказать чужому человеку часть своей истории… А с другой, что ей было скрывать? Возможно, это и никакой не секрет.
Она протянула руку вперёд, и только сейчас я заметил, что девочка оказалась с сюрпризом. Нет, у неё не член между ног, хотя утверждать это я не брался, так как не проверял. Просто на левой руке, которую она протянула, не хватало целых трёх пальцев от мизинца до среднего включительно. И увидеть подобное у такой красотки было… странно, мягко говоря.
 
Но даже моё внимание не смутило её ни на секунду.
Давать ей веер или нет? С одной стороны, посмотрит и отстанет, с другой — а если что-то увидит, какой-нибудь отличительный знак или что-то типа этого? Хотя сказать «нет, не дам» тоже как-то подозрительно и странно.
Я давно понял, что, если тебя прижимают с вопросами, делай всё невозмутимо, будто тебе нечего скрывать. Чаще всего это и помогало, а вот если жаться и юлить, то тогда есть шанс спалиться по полной.
К тому же, если об этих веерах написано в книге, и их ещё при всём при том несколько разновидностей, то это явно не единичный экземпляр.
Поэтому…
— Прошу вас…
Она кивнула, одарив меня ещё одной улыбкой, от чего я покраснел, и осторожно взяла его в руки, прикрыв глаза.
И тут я увидел её правую руку, на которой не хватало двух пальцев — указательного и мизинца. Боже, да ей, кажется, пальцы обкорнали конкретно так.
Пань Шан взмахнула веером, заставив его раскрыться и чуть-чуть засветиться, после чего сделала пару взмахов, будто прислушиваясь к чувствам.
— Прекрасный веер, точь-в-точь, как у моей матери, — тихо произнесла она, сделав взмах, от которого воздух не просто засвистел, а запел, будто звук флейты. — Я помню эти ощущения, когда была ещё маленьким ребёнком…
Девушка встала, после чего крутанулась, сделав пару выпадов веером, который жутковато поблёскивал в её руках, после чего сложила его.
Мне кажется, если бы она что-нибудь заподозрила или поняла, то не стала бы его возвращать. Смысл, если она может раскатать меня в сухую прямо здесь и сейчас? Скрутить и сдать куда следует кому следует, отобрав то, что принадлежит её матери, учитывая, что для неё это, судя по всему, важно?
— Прекрасный веер… Такие ведь встречаются редко и стоят дорого. Откуда он у вас?
— От моего мастера.
На этот раз я решил смягчить голос и представил себе Чёрную Лисицу, от которой остались приятные воспоминания. Да, она гоняла меня и не брезговала рукоприкладствовать, но сейчас всё это воспринималось как-то… иначе.
Чувства — это то, что нередко заставляет людей поверить, что ты говоришь правду.
И Пань Шан это, кажется, устроило.
— У вас, должно быть, великий мастер, Юнксу.
— Вы даже не представляете, насколько, Пань Шан.
— Можно обращаться просто Шан, Юнксу. Не сочтите за попытку оскорбить, но как вы смотрите на то, чтобы продать его?
— Отрицательно.
— Я могу заплатить вам за него. Много заплатить.
— Боюсь, такая вещь не продаётся.
Она задумчиво покрутила его в руках.
— Быть может я смогу предложить что-нибудь взамен? Как вы смотрите на это, Юнксу? Что-нибудь равноценное? Веер — это прекрасное оружие, но быть может я найду для вас что-нибудь подходящее.
Я уже было открыл рот, но она поспешила протянуть его обратно.
— Не спешите отвечать, Юнксу, не спешите. Я, Алая Лилия, даю слово, что не разочарую вас, если всё же вы решите продать этот веер, не посмею обмануть или дать меньше, чем положено.
— Почему вы так щедры?
— Потому что ничего дороже нет для меня, чем эти воспоминания. Если решитесь, то обратитесь к любому члену нашего великого клана Розового Знамения и скажите, что Алая Лилия хотела вас видеть. Надеюсь, вы обдумаете мои слова.
— Конечно, — согласился я с готовностью.
— Тогда я не буду вам мешать. Спасибо, что показали веер, и буду надеяться на нашу скорую встречу.
Она ушла, заставив меня облегчённо выдохнуть.
Так вот что ей было нужно, купить веер. Блин, я, честно говоря, в какой-то момент думал, что всё, жопа, но девчонка просто увидела веер и захотела приобрести его, так как точно такой же был у её матери. У… Пань Сянцзян.
Значит, вот по какому ребёнку ты скучаешь…