Огонь и ветер (СИ)

— Надевай! — требовательно приказал Огнарев, высокомерно задрав подбородок вверх.
Я испугано замотала головой и положила платье обратно в пакет.
— Живо!
Алекс совсем не шутил, он стоял в метре от меня и излучал смертельную опасность. Он был похож на разъяренного дьявола, его черные зрачки источали лютую неприязнь. Я оторопела, мое сердце бешеного заколотилось, а тело покрылось мурашками. Я все ждала, что он сейчас рассмеется и мы снова вступим в привычную словесную перепалку, соревнуясь кто кого сильнее уколет. Но он был настроен решительно.
— Немедленно надень свою форму! — крикнул он и я вздрогнула.
Перепутанная до ужаса, я смотрела, как он переполнялся яростью и превращался в настоящее чудовище с горящими, красными глазами. А потом, как по щелчку, ему совсем сорвало крышу.
Огнарев подлетел ко мне, схватился руками за края рубашки и резко рванул их в разные стороны, пуговицы тут-же посыпались на пол. Я хотела прикрыться, но он больно зажал меня и резким движением сорвал с меня рубашку. Наступив на один рукав ногой, он потянул второй рукав вверх, превращая мою одежду в рваную тряпку.
Я испуганно попятилась, закрываясь руками, и не могла произнести ни слова. Я не сводила с него глаз, в них все так же плясали искры адского пламени.
Развернувшись, я быстро бросилась в спальню, в надежде закрыться на замок, но замка на двери не было. Понимая, что я не смогу убежать из квартиры в таком виде, я рванула к шкафу и застыла на месте. Шкаф был абсолютно пустой, черные полки сияли от чистоты. В нем не было совершенно ничего! Даже моя грязная одежда, лежавшая с утра на пуфике, тоже куда-то пропала. В панике я замотала головой по сторонам. Пустая кровать, нет одеяла и простыни, подушки без наволочек… Алекс спланировал это заранее и убрал совершенно все, чем можно было прикрыться. Осознавая свое бедственное положение, я дрожала все сильней.
Я беспомощно стояла посреди комнаты в одном нижнем белье и чувствовала, что Огнарев вот-вот сюда войдет. Что у него было на уме известно одному дьяволу.
— Тук-тук! — послышался холодный голос по ту сторону двери.
Дверь стала медленно открываться, я затаила дыхание и молилась, чтобы остаться в живых. Алекс остановился в проеме, облокотился плечом об дверной косяк и принялся внимательно меня разглядывать. Его наглые, высокомерные глаза плавно скользили по моему телу. Я хотела сгореть со стыда, провалиться под землю, улететь на другую планету- все, что угодно, лишь бы не стоять перед этим чудовищем беззащитной и почти обнаженной.
— Принести тебе твое платье? — с издевкой спросил Огнарев.
Я молча кивнула, продолжая закрывать тело руками. Блондин неспешна вышел из комнаты и через пару секунд вернулся с костюмом для взрослых в руках. Он бросил его на кровать и встал неподалеку от меня, все так-же неприлично изучая мою фигуру. Дрожащими руками я потянулась к платью.
Огнарев не собирался отворачиваться, с огромным удовольствием он наблюдал за моим смущением и агонией.
Я очень быстро натянула на себя короткое черное платье с белым пышным подьбником и мой приступ паники потихоньку начал отступать.
— Не забудь фартук, — шепотом произнес Алекс.
Я смотрела на него с огромной обидой и осуждением, но ничего не могла сделать. От моей решительности и былого желания дать ему отпор, не осталось и следа. Он снова запугал меня, унизил и заставил ощущать свою безропотность и покорность.
Я молча надела фартук и сломлено опустила голову вниз.
— Тебе очень идет, — ехидно сказал Алекс.
— Как же я мог забыть! — показушно вскрикнул Огнарев и полез в задний карман джинс.
Блондин извлек из кармана какую-то широкую черную резинку и я не сразу поняла, что это. Первая мысль была про ошейник и мое сердце кольнуло от щемящей жалости к себе. Но когда он развернул в руках этот подозрительный предмет, стало ясно, что это всего лишь подвязка на ногу.
— Позволь за тобой поухаживать, — Огнарев ухмыльнулся.
Сначала он присел на корточки, а потом опустился передо мной на одно колено. Я послушно приподняла ногу и Алекс натянул подвязку на щиколотку, медленно поднимая ее вверх.
 
— Вот видишь как бывает, Катя, — с насмешкой говорил он, — на коленях стою я, а унижена и расторопна сейчас ты.
Огнарев тянул резинку все выше, пока она не оказалась так высоко, что ее не стало видно из под платья. От мысли, что его руки в этот момент находятся у меня под юбкой, я сжалась и поникла еще сильней. Алекс отпустил подвязку и она звонко хлопнула по моей голой ноге. Хорошо, что я не почувствовала его пальцев на моей коже. Огнарев поднялся с пола и уставился на меня пронзительным взглядом.
— Мне нравится, когда ты так смиренно молчишь и повинуешься, — сказал он стальным, жестким тоном, — а тебе нравится, когда я так себя веду?
Я отрицательно замотала головой и была готова разрыдаться.
— Я надеюсь, теперь ты поняла, что тебе не стоит меня злить. Если ты решила со мной воевать, будь готова к последствиям и помни, я сильнее, умнее, расчетливее и опасней тебя… Поняла?
Я робко кивнула и по моему лицу потекли большущие соленые слезы.
— Вечером у нас будут гости… Сегодня ты прислуга, поэтому будь добра вовремя подавать напитки и закуски, а так же убирать со стола. Выкинешь хоть один фокус или не станешь слушаться- снова останешься в одних трусах, но уже на публике. Будешь хорошей девочкой- получишь одежду назад.
Мне казалась, он топчет мою душу грязными ногами. Слезы никак не хотели останавливаться и уже текли по подбородку и шее. Я не всхлипывала, я безропотно терпела то, как он глумится надо мной, и презирала себя за слабость и страх.
— Можешь идти, — все так- же высокомерно сказал Огнарев и я на трясущихся ногах поплелась в ванну.
После того, как я вдоволь нарыдалась, я несколько раз умылась ледяной водой, в надежде, что лицо перестанет быть таким красным. Но холодная вода не спасла. Я смотрела на себя в высокое зеркало: потухшие глаза, красный нос, бледные губы и дрожащие пальцы превратили меня в запуганного зверька. Но самым отвратительным был мой унизительно короткий костюм, его длина заканчивалась ровно под задницей, если я стояла прямо, нижнее белье скрывалось под юбкой, но стоило хотя бы немного наклониться или приподнять руку- моя пятая точка вульгарно оголялась.
Я услышала звонок в дверь и мое сердце ушло в пятки. Я автоматически схватилась за подол платья и потянула его вниз, готовясь к предстоящему тяжелому испытанию. Алекс напористо затарабанил в дверь ванной комнаты и приказал мне выходить. Я сделала глубокий вдох и открыла замок. Я уговаривала себя, держаться изо всех сил и не провоцировать Огнарева. Что бы не произошло, я должна стерпеть и стойко принять это.
Когда я вышла, в гостиной был только Алекс, он вытаскивал из крафтовых бумажных пакетов контейнеры с едой.
— Разложи на тарелки и накрой стол на четверых, — вскользь бросил блондин, не поднимая на меня головы.
На четверых… Снова четыре всадника апокалипсиса. И я в костюме горничной.
Я принялась монотонно выкладывать на тарелки разноцветные канапе, нарезки, брускетты и панини, Огнарев не поскупился, стол получался отличным. Я сложила салфетки в горизонтальное саше и вложила внутрь приборы, чтобы сервировка получилась, как в ресторане. Еще один звонок в дверь раздался в ту же секунду, как я поставила на стол последний фужер, как будто с той стороны ждали, когда я закончу. Алекс поднялся с дивана, бегло оглядел расставленные тарелки, подошел ко мне и дал мне в руки поднос с тарталетками.
— Встречай гостей и улыбайся, — требовательно сказал он, наградив меня взглядом полным презрения.
Огнарев заспешил в прихожую и уже через пару секунд я услышала скользкие мужские смешки, обрывки фраз и хохот. Сердце рухнуло в пропасть, ноги затряслись и я изо всех сил вцепилась в поднос.
Голоса приближались, от чего я волновалась еще сильнее. Первым в гостиную вошел верзила Эд, он посмотрел сквозь меня и обернулся в сторону входящего следом за ним Марка. Мартышка и Огнарев шли последними. Я тряслась, как побитая собака.