Новая жизнь 5 (СИ)

— Извините ее, что она в вас револьвером тыкала! — вставляет рыжая девчушка, которая обнимает бледную Бьянку: — у нее с головой не всегда все в порядке! Творческая личность!
— Да уж понимаю … — говорит Широ и бросает быстрый взгляд в мою сторону. За моим плечом стоит Косум сложившая руки на груди, и совершенно не собирающаяся извиняться. Косум — молодец. Команды «отставить боевую тревогу» не было, потому, едва окно разбилось и к нам влетело чудо, размахивающее револьвером и косплеящее Капитана Япония из комиксов 70-х — Косум тут же, пользуясь суматохой — разбила «фарфоровые колокольчики» обоим помощникам Широ. Хорошо так разбила — один до сих пор на полу валяется, слюни пускает. А что вы хотите, титул «Охотница за фамильными драгоценностями» просто так на дороге не валяется, это заслужить надо. Это ж надо так колено всовывать… брр… вроде и не друзья мы с ними, а все равно, как гляну — так передергивает. Кстати, Широ отнюдь не торопится оказывать своим приятелям первую помощь… так что удар не только болезненный, но и коварный… челюсть сломали — так друг поможет, или руку там — шину наложит, но с «колокольчиками»… просто посочувствуют.
У меня в руке все еще ножницы со стола, двое-из-ларца господина начальника службы безопасности мэра (или как он там себя называет) Широ-сана — на полу валяются, оба обезоружены и обезврежены… ну ничего у них и не было с собой, если не считать складного ножа и кобуры под … смартфон. Ну да, нравилось дядьке свой телефон в кобуре под мышкой таскать, вот и выхватил от Косум первым. Так что ситуация повернулась в нашу пользу, ведь я могу смело зачислить Бьянку и ее подружку в свои союзники… наверное. Трудно сказать, чего именно она хотела добиться таким вот … эффектным появлением, но то, что ситуация разрядилась — это точно.
И все-таки великая штука — народная любовь. Вот только что мы с Широ-саном друг друга на кусочки хотели порезать, адреналин и кортизол выброшены в кровь, зрачки расширены, мозг бешено работает, просчитывая ситуацию и тут… Бьянка. Вывалилась через окно, порезалась нахрен, да еще хорошо так порезалась, сразу пятна по одежде расплылись и по лицу бегут струйки, трясущимися руками сжимает револьвер, слава богу, что ненастоящий. Был бы настоящий — я бы серьезно озаботился как собственной безопасностью, так и безопасностью окружающих… не всех, но частично.
Широ-сан не будь дураком, наверняка ситуацию прокачивал в плане «ну нет, так нет, тащите мешки для трупов, жалко, но куда деваться», однако появление Бьянки сильно смешивало ему карты. Теперь он не мог сделать из нас трупы… вернее теоретически — вполне мог. Он опасен и если бы был еще и глуп, то ему ничего не стоило бы, например взять Бьянку в заложницы, или там внезапно напасть на Косум, как самую боеспособную из группы, а потом взяться за меня. Бьянка и ее подружка в такой ситуации просто корм для рыб. Однако Широ не был глупым. И он понимал, что даже если он сможет разобраться и с Косум и со мной — ну и что тогда? Закатывать в бетон всех? Потому что Бьянка молчать не будет, а договариваться с ней бесполезно — даже если под страхом смерти и увечий пообещает, что не расскажет — все равно никакой уверенности. Скорее даже наоборот — вот как выйдет, так сразу в полицию и позвонит. И если пропажу Тройки Та никто и не заметит, пропажа Косум и меня — уже серьезная проблема и придется переждать, очень сильно сжаться, а возможно и уехать из страны, то пропажа Бьянки — это катастрофа. Камера эта тут еще… и уверен, половина ее съемочной группы где-то рядом, вон и рыжуля ее нарисовалась… в общем «вариант Б» отныне можно не учитывать.
Так что адреналин и кортизол отхлынули, легкая дрожь в руках еще осталась, но на жизнь я уже смотрел немного по-другому, заталкивая своего темного попутчика вглубь подсознания и обещая выгулять его … как-нибудь. На соревнования по рестлингу сходить, например, или у Кумы на Медвежьем Круге выступить пару раз как любитель, за просто так.
— Это было неожиданно — киваю я: — но интересно... В следующий раз — сперва разбиваете окно, а только потом прыгаете в него. Вы могли серьезно пораниться. — рана на бедре у нее была довольно глубокой, хорошо, что артерию не задела, несведущие люди не понимают, что в ногах куча крупных кровеносных сосудов и глубокий порез ноги запросто может быть смертельным. Ткнули ножом в ягодицу или ляжку, вроде и не страшно, а он пошел, лег и помер. А эта самопровозглашенная супергероиня через окно, как в боевиках с Джеки Чаном прыгнула! Дуракам везет — разрез на бедре и парочка порезов волосистой части головы, можно сказать отделалась легким испугом. Да еще об пол ударилась коленкой, вон как ее разбарабанило, надо бы лед приложить.
 
— Я … учту, мой Пуддинг… — говорит Бьянка и блеск в ее глазах начинает меня пугать. Как говорил один мой знакомый, такой вот блеск в глазах у девушки обычно означает что ее тараканы запускают фейерверки.
— Ээ… — все что я могу ответить. Мой пуддинг? Неожиданно. Кулинарные какие прозвища. Это типа — мой пирожок?
— В любом случае — я поворачиваюсь к Широ и куртуазно улыбаюсь. Где-то глубоко внутри разочарованно щелкает языком мой темный попутчик. Ему было интересно посмотреть, каков этот Широ в деле. В настоящем деле, а не эти ваши поединки по правилам. Он все еще смотрит на него как на добычу и сейчас крайне недоволен, что ему не дали мяса. Ничего, перетерпит, я здесь хозяин. Загонять своих внутренних драконов под плинтус нельзя, они все равно вернутся, но и давать им в лапы рули управление — дурацкая затея. Одному надо всех убить, другому всех перетрахать, как жить потом? Все вокруг мертвые и перетраханные… как там говорила Бетани подружке «— он мог тебя изнасиловать, а потом убить… ну или сперва убить, а потом изнасиловать». Некоторым людям удивительно мало нужно для счастья.
— Я так полагаю, что у нас отняли возможность сыграть в увлекательную игру — улыбаюсь я, уже не испытывая того безудержного веселья. Веселье ушло, теперь рутина. Переговоры — это тоже конфликт, тоже соревнование и соперничество, но здесь все по-другому. Даже немного жаль. Остатки адреналина все еще бьют мне в голову…
— Но мы можем назначить день и место — в случае, если Широ-сан сочтет себя неудовлетворенным… — сдерживай себя, сдерживай, хватит психа давить…
— Что-то серьезно не так с вашим поколением — качает головой Широ: — вы все ебанутые как енот, нашедший пачку стирального порошка.
— Это эйджизм. — подает голос Бьянка, которая сидит на стуле и придерживает руками свою пострадавшую голову: — феномен так называемого «Патриархального восприятия». Надо сказать, что еще в Древнем Египте находились рукописи, которые гласили, что молодежь от рук отбилась.
— Вот-вот! Вы на себя посмотрите! — говорит ее рыжая подружка: — под сраку лет, а все кулаками машете! Бедного Большого Та уделали так, что я его едва узнала… он же не на человека, а на гедза с начинкой из синего варенья похож.
— В мою молодость мы такого не творили! — парирует Широ: — да, было кое-что… и бурная была молодость, но вот так… и второй раз за несколько дней! Совсем жизнь не цените!
— Жизнь сама по себе не имеет ценности, пока сам человек не наполнит ее смыслом — отвечает Бьянка, держась за голову: — только когда у человека есть зачем жить — у него есть за что умирать! А вообще, чего мы его слушаем, убей уже его, мой Пуддинг и мы домой пойдем.
— Кента-кун, пожалуйста не слушайте ее, она головой ударилась и у нее потеря крови большая! — тут же вступает рыжуля: — не надо его убивать!
— Извините — раздается голос из-за спины. Косум. Она продолжает говорить: — Бьянка-сама, я ваша преданная поклонница. К сожалению, пока не могу выразить всю глубину и … в общем — может автограф дадите, а? Мой брат от зависти облезет! — говорит Косум и в ее голосе я слышу искренний восторг. Понятно, она там стоит двоих-из-ларца контролирует, да и голос ей подавать вроде как не с руки, но не выдержала душа поэта…
— Обязательно! — кивает Бьянка: — союзники Пуддинга — мои союзники. Враги Пуддинга — мои враги! А Широ-сан — твой враг, Пуддинг! Убей его, а то он потом растреплет всем. Он же тебя настоящего видел… а я потом куплю парочку машин бетона и мы всю эту комнату бетоном зальем. А потом я тебе автограф дам. У меня в машине большие плакаты есть. Десять тысяч иен штука.