Обмануть пророка (СИ)
Пашка влез:
- Ты пойми, взяв власть мы будем воевать только с тварями. А сейчас нам приходится ещё и от власти отбиваться. Да и ситуация в этом городе благоприятная.
- Ты про безвластие? - уточнила Бабка.
- Не только. Тут, во первых, государственность в зачаточном состоянии. А новое делать легче чем сначала ломать старое, и только потом что-то изобретать…
- А во вторых?
- А во вторых - тут народ легче сплотить. Народ объединён одной идеей - защитой от тварей. Вон какую стену отгрохали... В принципе, ничего сложного в управлении Полисом я не вижу.
- Паша, - усмехнулась Бабка, - если ты такой политик, почему ты не был во власти "там"?
- "Там" страна была слишком большая, слишком большой кластер. Что делать с Полисом я знаю. Что делать с огромной Россией - не знаю. По хорошему-то надо подробить её на мелкие эти…
- Анклавы, - подсказал Короткий.
- Да… Но только никто на это не пойдёт. Народ будет против. Ну как же! Мы же - великая страна! Империя! Мало кто понимает, что чем меньше страна, тем больше у народа возможности повлиять на правительство.
Беда подсказала:
- Северная Корея очень маленькая страна… А там такое…
- Маша, я же говорю про возможности…
- Ну , ладно, ладно. Мне это кажется достаточно разумным… Да и план действий у вас хороший… Давайте завтра и начнём… Только надо бы за вакцинами сгонять, а то Несска у меня бабулька нетерпеливая. Сама отправится.
- Мила, давай мы вопрос с захватом власти решим, а потом всё остальное, - успокоила Ванесса.
- Ну тогда - до завтра занимаемся своими делами.
И все потянулись на выход.
Когда Пашка с шефом остались одни, Мила подошла к нему, прижалась:
- Паш. Мне страшно.
- Золотце, мы же не скреббера валить собрались, а просто навести порядок, в месте, в котором живём. Всё будет хорошо. Вот увидишь.
Постояли так немного, потом Мила отстранилась:
- Так… Ладно… Мне ещё надо с Янкой поговорить… Пойду.
- А я к себе в мастерскую. Тоже, кое-что доделаю.
Они ещё раз обнялись и пошли решать свои вопросы. Бабка утрясать вопрос с перенесением запасов. А Пашка отправился доделывать обойму под десять патронов на свою ОэСВэшку.
Дела!
Глава 44. Цезарь и его Фея
Дугин довёл до ума обойму. Хотел начать ещё одну, но решил сначала испытать - как эта работает. Заколотил в самодельный магазин десять патронов, вщёлкнул в гнездо - нормально встал, как родной. И Пашка пошел в канаву стрельбища, опробовать новинку. Точности ему не занимать, а вот механизм подачи может дать сбой. Хоть, на первый взгляд, он всё предусмотрел.
Отстрелял десяток патронов и убедившись, что новинка работает превосходно, отправился в Приют.
Из дверей выскочила Янка:
- О! Скорый! Тебя шеф зовёт! Прямо - бегом!
Пашка полетел наверх через две ступеньки. Ворвался в кабинет. Там уже сидели Короткий, Шило, и Ванесса с Машей.
- Что стряслось?!
- Паша, на город идёт колонна бронетехники. Насколько я поняла, это из Сосновца. Это Цезарь прётся. Явно не в гости.
- Сколько до них?
- Около двадцати километров.
- Это сколько у нас времени?
- Минут сорок - полчаса.
- К стенам они не подберутся?
- Нет. Там минное поле.
- Мужики, надо снять "Корд" и "Владимировца" с машины и поставить на стену.
Короткий подсказал:
- Там есть. В двухэтажке у ворот на первом этаже КПВ-спарка, а в окне второго этажа Корд.
- Ну тогда пошли… Я на второй этаж, а Шило не первом эту двустволку ворочать.
Бабка подняла телефон.
- Соня, дай мне Савву… Савва, тревога. Переведи Приют в осадное положение. Всех в подвал. А сам с Дедом на чердак с трубами. Всех чужих - мочить… Нет… Нет, я говорю!… Это Сосновец на нас бочку катит… Хорошо, действуй…
Шило сносился на чердак, приволок две трубы с чернотой. Пока он бегал туда-сюда, Бабка убежала к стоянке луноходов и притащила два мегафона.
Объяснила:
- Попробую поговорить с Цезарем.
Они прыгнули в луноход вчетвером и отправились к воротам.
Беда, конечно, скандалила и требовала взять её с собой. Но её успокоили, мотивировали отказ тем, что, в случае войны, она нужна здесь, в Приюте.
По дороге Бабка щурилась и постоянно посматривала в правую сторону. Оттуда приближался противник.
Подъехали к КПП, выскочили и, почти бегом, рванули в двухэтажку. Пилот забеспокоился:
- Что случилось? Куда вы несётесь?
- Сосновские на нас войной прут…
- А ты откуда...
Бабка рассердилась, аж ножкой топнула:
- Пилот! Мать твою! Я сенс! Я их уже вижу!
И потом спокойней:
- Закрывай ворота.
Караульные бегом захлопнули створки и заложили их брусом засова.
Шило залез на сиденье зенитной спарки, проверил коробки с лентой, приложился к плечевым упорам, пошевелил стволами, Удовлетворённо покивал. Рядом, за стеной, присел Короткий, приготовил следующие короба. Рядом поставил свою грозную трубу.
Пашка с Бабкой поднялись на второй этаж. Цыкнули на дежурного бойца. Тот высунулся во двор:
- Пилот!! Тут это!!…
- Всё нормально. Пусть готовятся. Ты беги на правую сторону, на свой "Корд".
Боец исчез. А Пилот закрутил телефон, заорал в трубку, вызывая миномётную группу. В условиях безвластия он действовал достаточно грамотно.
Корд на пехотной треноге производил хорошее впечатление. Только стрелять из него придётся лёжа. Пашка оттащил свою нелетальную трубу в сторону, и аккуратно, чтобы никого не задеть лучом, положил на пол. Вернулся и рядом с пулемётом положил свою сайгу. Выглянул в узкую амбразуру.
Бабка крикнула:
- Пилот! Ты готов?!
- Готов.
- Стрелять только по моей команде! Я с ними сначала поговорю!
- Договорились, - согласился Пилот. - Ну, что - продадим свою жизнь подороже?
- Нет. Никто ничего продавать не будет. Ты слышишь меня, Пилот?
- Ну… Ладно… Как скажешь.
Вроде - всё. Замерли.
Над Ульем нарастал гул, как от эскадрильи самолётов. Из-за камышей, на перекрёстке показались первые машины колонны. Серьёзная техника - два восьмиколёсника, вооружённых крупным калибром. Следом потянулось всякое самодельное хламьё, гремя навешанным железом. Транспорт всё прибывал и прибывал. Головные броневики уже подошли на расстояние метров пятьдесят и остановились, а из за поворота всё тянулись и тянулись громыхающие бронёй машины.
Наконец выкатились все. Двадцать шесть штук "брони". Серьёзная сила.
Из верхнего люка первого бронетранспортёра, за башенкой, вылез мужик, опустил руку вниз, пошарил и вытащил студийный микрофон.
Перед пулемётной башней высунул голову в люк ещё кто-то, и, перед бэтээром, замерцал переливами мыльного пузыря прозрачный плоский щит. Видимо разговор вести будет некто важный, предусмотрительно, неслабо ограждённый от опасностей.
Все ждали.
Наконец переговорщик пощёлкал по микрофону, как заправский вокалист и протараторил:
- Раз, раз, раз. Нормально…
- Жители Полиса! - прогремело по округе. - Я Цезарь, глава города Сосновец. Я узнал, что у вас уничтожено всё руководство страны. В городе царит анархия и произвол…
- Бестолочь, - шептала Бабка, - теперь все подумают, что это его рук дело…
Покрутила расстроено головой.
- Так... Ладно… Надо искать точки соприкосновения. Я с Цезарем… Ну… Знакома, будем говорить. Не думаю, что он меня прямо сразу попытается убить… Не чужие же. А ты не ревнуй, понял. Это было давно, задолго до тебя.
- Момент не подходящий для ревностей… - успокоил Пашка. - Ты хочешь выйти и поговорить с ним?
- Наверное, придётся… - Бабка выглянула в свою амбразуру.