Ржавое поле (СИ)

— Честно сказать, — начал говорить Сергей. — Я вообще не уверен, что ружье выстрелило. Видимо из-за воды в стволе его разорвало. А голова этого чудища, может, от грохота лопнула?
Сергей посмотрел на стоящего с опущенной головой отца.
— Что? Теперь, когда тварь сдохла не хочется меня убивать, папа? — зло крикнул он ему.
— Если я не валяюсь на полу кучей гниющего мяса, — прохрипел Хромов. — Значит, он еще жив.
Все в зале, кроме Вероники и Чарли, которые по-прежнему были без сознания, посмотрели на неподвижное тело Маши. Сначала они услышали низкий гул, идущий из глубины. Затем из горла Маши, с куском нижней челюсти на нем, начала сочиться черная болотная жижа, шипя и вспениваясь. На краях разорванного в клочья горла, появилось слабое голубое свечение. Крохотные огоньки отрывались от горла и повисали в полуметре над ним, собираясь в светящийся, пульсирующий комок.
— Сваливаем! — закричал Олег. — Соня, Мирон, хватайте Чарли, Сергей помоги мне нести Веронику, Настя, сама сможешь идти?
— Смогу! — перестав плакать сказал девушка.
— В темпе!
Быстро поцеловав Настю в лоб, Мирон освободился от ее объятий и встал на ноги. С опаской, он подошел к Чарли и, взяв его за руку, вытянул ребенка из-под тела Маши. Комок в воздухе над ней, успел вырасти до размера теннисного мяча. Гул из глубины, становился громче, вместе с ним Мирон начал слышать шум крови в ушах. Закинув руку Чарли себе на плечо, Мирон поднял его с пола, ожидая, когда Соня возьмет ребенка с другой стороны.
Комок перестал расти и начал сжиматься. Сжавшись до размера горошины, он вспыхнул и быстро полетел в сторону Чарли с Мироном.
— Нет! — крикнула Соня, подошедшая к ним, и закрыла собой тело ребенка. Светящаяся горошина, ударила ее в грудь, и пролетев сквозь куртку проникла в девушку. Соня покачнулась и упала на пол.
— Соня? — хором сказали ребята.
Девушка выгнула спину в конвульсии, поднялась над полом, опираясь на него только пятками и затылком. Глаза, ноздри и рот Сони засветились ярко голубым светом. Это продолжалось пару мгновений, после чего свечение замерцало и погасло. Девушка, обмякнув, упала на пол.
— Соня? — неуверенно сказал Мирон, легонько толкнув плечо подруги ногой.
— Бегите! — прокричал сказал Хромов.
— Что? Нет, мы без Сони никуда не пойдем! — запротестовал Мирон.
— Бегите! — повторил Владимир еще громче.
Гул из глубины, стал настолько громким, что от него кружилась голова. Стены бункера затряслись, бетонная крошка посыпалась на пол. Растущий в углах мох, засветился ярче, часто мерцая.
— Бежим! — прочитал Мирон по Настиным губам, когда та, подбежав к нему, закинула вторую руку Чарли себе на плечо. Спорить было бессмысленно. Они первыми выбежали в коридор, ведущий к выходу, Олег и Сергей, с Вероникой на руках, бежали следом.
В круглом зале, Соня открыла глаза, которые сверкнули голубым светом. Она села на полу, отряхнула свою одежду, и поднялась на ноги.
— Интересно! — сказала она.
Посмотрев на стоящего перед ней Хромова, девушка нахмурилась.
— Предал меня, значит?
Соня подняла руку перед собой и резко сжала кулак. Тело Хромова начало сжиматься, жуткий гул заглушил громкий хруст костей. Девушка махнула рукой в сторону, Хромов, влекомый этим движением полетел через весь зал и врезался в стену, оставив на ней темное, мокрое пятно.
— Очень интересно! — усмехнулась Соня. — Раньше, я такого не умел!
  
Глава 16
 
Настя не могла больше нести Чарли. Девушку продолжало тошнить, голова ее кружилась, все силы уходили на то, чтобы оставаться на ногах и продолжать идти вперед. Мирону пришлось закинуть мальчишку на плечи, просунув руку ему между ног, как это делали пожарные, вынося пострадавших из горящих зданий. К счастью, Чарли был тощим и весил не больше тридцати килограмм.
— Быстрее! Быстрее! Шевелитесь! — поторапливал ребят Олег.
— Что происходит? — простонала, начавшая приходить в сознание, Вероника.
— Не вовремя ты просыпаться надумала. Поспи еще, солнце. — прошептал Олег ей на ухо.
 
Девушка, словно послушавшись своего парня, снова отключилась. Ее маленькая голова, с растрепанными волосами, покачивалась из стороны в сторону, в такт с шагами парней, несущих ее на руках.
Ребята, быстро шли по длинному тоннелю к выходу из бункера. Темные коридоры, так пугавшие их, когда они оказались здесь впервые, дрожали, осыпаясь пылью и бетонной крошкой, от низкого гула, поднимавшегося из-под земли.
В лесу начинало светать. Солнце готовилось подняться над горизонтом, в небе, над бункером, кружили, поднятые гулом со своих мест, птицы. Отойдя на пару десятков метров от входа в бункер, Мирон, аккуратно положил Чарли на железнодорожную насыпь, и, тяжело дыша сел рядом с ним. Сняв галоши, он вылил скопившуюся в них воду. Настя присела рядом с ним и обняла, прижав его голову к своей груди.
— Промокнешь. — сказал Мирон, оттянув, прилипший к груди, мокрый свитер.
— Не страшно. — ответила Настя.
Сергей с Олегом, принесли Веронику и положили ее рядом с Чарли.
— Сейчас. — буркнул Сергей и пошел обратно к бункеру. Закрыв металлическую дверь, ведущую внутрь, он подпер ее стальной трубой, которую подобрал в круглом зале.
— Смотри, пригодилась, таки! — усмехнулся он, взглянув на Мирона.
— Ты чего делаешь? — заговорил Мирон. — Нужно вернуться за Соней!
— Дурак? — с удивлением посмотрел на него Сергей. — Не видел, что ли, как в нее та фигня залезла? Нету больше Сони.
Мирона взбесили слова Хромова младшего, он попытался подняться, чтобы подойти к нему и, хорошенько, стукнуть, но Настя удержала его.
— Он прав, Мирон. Мы все видели, как та тварь влетела в Соню. Теперь он управляет ее телом. — сказала Настя.
— Нет! — Мирон замотал головой. — Паразит сказал, что ему не подойдет никто кроме Чарли! Он пробовал залезть в наши тела, но у него ничего не получилось.
— Все верно. — кивнул Олег. — Но с Соней он не пробовал. Веронику, Сергея и Настю проверял. Я видел, пока притворялся что в отключке. Меня тоже проверил, скорее всего, потому что я, как очнулся, жижей его блевать начал. А Соню не успел. После каждой попытки, он выглядел слабее, надолго улезал под воду. Я надеялся, что сам помрет, скоро.
— И что нам делать? — Мирон обвел взглядом друзей.
Олег почесал затылок.
— Ментов же, должны были в деревню прислать… Надо их звать. — сказал он.
— Нельзя! — возразил Мирон. — Если Паразит на них нападет, они начнут стрелять и убьют Соню.
— Может она уже… Мертва. — тихо сказала Настя, шмыгнув носом.
— Нет. — твердо ответил ей Мирон. — Паразит говорил, что, когда залез в лягушку, ее сознание пыталось с ним бороться. Уверен, с Соней сейчас происходит тоже самое. Нужно как-то вытащить Паразита из нее.
Повисла напряженная тишина. Мирон, заметил, что гул, донимавший их все это время, прекратился.
— Может, Сонина бабка, сможет вытащить его из нее? — робко предположила Настя.
— Может. — вздохнул Мирон, — Если еще не сдохла.
— В смысле?! — удивилась Настя.
— Потом. — Мирон поднялся на ноги, и подошел к Чарли. Мальчик тихо дышал, слегка посапывая. Дотронувшись до его лба, Мирон, почувствовал жар, исходящий от ребенка. — Нужно, срочно, отнести его в деревню.
— Потопали! — громко сказал Олег, жестом подозвав к себе Сергея.
— Мирон, вода есть? — спросил Сергей. — Пить хочется, сил нет.
Мирон отрицательно покачал головой, закинул Чарли на спину, и пошел по железной дороге в сторону деревни.
— Не мог догадаться воды взять? — крикнул ему вслед Хромов младший. — Мы же тут больше суток проторчали, блин!
 
— Рот закрой! — грубо оборвала его Настя. — Он нам жизнь спас.
Сергей, раздраженно отмахнулся от ее слов и подошел к Олегу. Вместе они подняли Веронику на руки и пошли за Мироном. Настя, бросив прощальный взгляд на бункер, поспешила следом.
Дойдя до поворота железной дороги, ребята услышали, как что-то сильно ударило в стальную дверь бункера. Обернувшись, они замерли, ожидая, что будет дальше. Тяжелая, металлическая дверь, с громким хлопком, слетела с петель, пронеслась над железной дорогой и срубила толстую сосну, растущую напротив входа в бункер.