Ржавое поле (СИ)
На обед бабушка приготовила для внука всё. Тут был и суп с фрикадельками, и вареная картошка, присыпанная укропом, соленые огурцы и помидоры, крабовый салат, нежнейшая курочка из духовки с яблоками, сыр, колбаса, ватрушки и апельсины, и даже консервированные ананасы. Бабушка сетовала на то, что картошка за зиму подряхлела и совсем не вкусная, но Мирон не помнил, когда в последний раз он ел с таким удовольствием. Все было очень вкусно и очень сытно. Когда Мирон, наконец, вырвался из-за стола он почувствовал, что ремень стал сильно давить ему на живот и пришлось ослабить его на две (ДВЕ!) дырки. И все равно бабушка была недовольна и ворчала, что он «совсем ничего не поел».
Усевшись на диване перед старым кинескопным телевизором JVC, Мирон взял в руки телефон и с тоской посмотрел на букву «Е» в правом верхнем углу экрана.
— Тут сеть не ловит — сказал он.
— Как не ловит? — удивилась бабушка. — У меня все ловит. Три палки все время показывает.
— Связь есть, интернета нет. — пояснил Мирон.
— Интернетом не пользуемся. На почте есть интернет. Ой, там такая девочка хорошая работает, Настя, ровесница твоя, подружись с ней, хорошая девочка. — сказала бабушка Поля.
Пока бабушка объясняла Мирону как добраться до почты, отец с дедом решили, что встречу нужно обмыть.
— Я сбегаю за бутылочкой? А, Полина Николаевна?
— Ох, вы алкаши окаянные, не можете сидеть без бутылки своей проклятой? — заворчала бабушка. — Ладно. Но только одну. А то мой опять упьется. Он как выпьет, так ему гулять надо. Я потом ищи его по всей деревне. Стыдоба!
— Да нам и одной много будет. Мы чисто символически. За встречу. Заодно Мирону покажу, где почта. Пошли, сын.
Когда Валерий был уже в дверях бабушка окликнула его.
— Мне красненькой возьми тогда. Тоже за встречу выпью с вами.
— Будет сделано, Полина Николаевна. — ответил Валерий. Он задержался на пороге что-то вспоминая. — Кстати. У вас в деревне никто не пропадал? Нас на въезде мент остановил, спрашивал не видели ли мы кого.
— Это Володьку-маньяка ловят. — ответила бабушка.
— Маньяка? — переспросил Мирон. — Какого маньяка?
— Да был тут у нас один. Валера, ты его знаешь, Володька Хромов. Его в прошлом году посадили за то, что он Машеньку нашу загубил. Такая девица красивая была. Добрая, никогда от нее злого слова не слышала. Все ее любили. А он, мразь такая загубил девчонку. А недели две назад, говорят, сбежал. Вот его наш участковый и ищет по округе, людей пугает.
Мирону хотелось поподробнее расспросить бабушку, но взглянув на отца он увидел, как того обеспокоило услышанное.
— Пап? Все норм? — спросил он.
— Да. — растеряно ответил отец, глядя прямо перед собой, но будто бы не видя ничего вокруг. — Да, все нормально. Полина Николаевна, Володька, это тот, что с Викой вместе учился?
— Он самый. — сказала бабушка. — Такой видный был мужик, а оказалось вон как.
— Ладно Мирон, пошли.
Они вышли во двор, и Валерий, взяв Мирона под локоть, притянул к себе.
— Слушай — тихо сказал он. — Не нужно тебе оставаться у бабы с дедом, погостим, а завтра домой поедем.
Мирон не понимал, что происходит. Еще вчера он убеждал отца, что сможет позаботиться о себе сам, пока тот будет в разъездах по работе, но тот и слушать не хотел. А сейчас отец предлагает ему вернуться в город с ним. Неужели все это из-за того маньяка, что когда-то учился с его матерью?
— Пап, что случилось? — спросил он.
— Этот Хромов, — Валерий огляделся и наклонившись к Мирону заговорил еще тише. — Я переживаю. Что если он и правда объявится? Как я могу тебя оставить одного? Старики, если что, тебя не защитят.
— Так, а зачем им? Я по ночам гулять не буду, и вообще буду осторожен. А маньяк этот… Ну не дурак же он сюда возвращаться, тут его искать в первую очередь будут. Не переживай. — попытался успокоить отца, Мирон. — Я не ребенок уже. Все хорошо будет.
Валерий пристально посмотрел на сына. Перед ним стоял сильный, широкоплечий юноша, но видел он маленького и беззащитного ребенка с выпавшими молочными зубами. Сделав над собой усилие, Валерий отпустил локоть Мирона и сказал:
— Хорошо. Я верю тебе, сын. Если ты не боишься, то и мне нечего бояться.
Мирон очень хотел расспросить отца о Владимире Хромове, но боялся, что если эту тему не замять, то тот передумает и заберет его с собой обратно в город. Поэтому шли они молча и у Мирона было время подумать почему ему так хочется остаться в деревне. Быстро ответить на этот вопрос у него не получилось и он просто начал глазеть по сторонам, чтобы лучше познакомиться с местом, где ему предстояло жить.
Вдоль улицы, по которой они шли росли высокие тополя, со стволами покрашенными известкой у корней. Тротуара не было и идти проходилось прямо по дороге. Большинство домов на улице были не деревянные, как у бабушки, а кирпичные на две квартиры. Отличались дома друг от друга только забором и палисадниками. У некоторых был красивый, резной штакетник, покрытый морилкой или краской, и аккуратные клумбы, засеянные цветами, которые только-только взошли, а у других покосившийся забор, наскоро сколоченный из горбыля, и заросли крапивы под окном.
Они дошли до перекрестка, не встретив по пути ни души. Валерий показал рукой в сторону большого здания из кирпича и бетона с большими ржавыми буквами на крыше, которые складывались в слова: ПОЧТА ТЕЛЕГРАФ ТЕЛЕФОН.
— Тебе туда. — сказал он. — Я пройду дальше по улице, до магазина, а ты назад один не иди. Подожди меня, хорошо?
Мирон кивнул.
У здания почты росла густая черемуха и несколько кустов сирени, а напротив стоял большой памятник Ленину. Владимир Ильич был изображён на нем прижимая кепку к груди и задумчиво глядя в даль. Проходя мимо памятника, Мирон увидел Соню, девушку, что приходила к бабушке за молоком. Она стояла впереди в ста метрах от него. Рядом с ней был высокий худой парень, в серой майке и грязных джинсах, он кричал на девушку и размахивал руками, а та пряталась от него за своей огромной собакой.
Не думая о том, что он делает, Мирон побежал к ним. Через мгновение он уже стоял между Соней и парнем в майке и тяжело дыша смотрел прямо ему в глаза.
— Что происходит? — спросил Мирон.
— Ты кто? — обратился к нему парень. — Рожа вроде знакомая. Иди куда шел. Не твое дело.
Парень оказался намного крупнее Мирона, кожа на его руках сильно загорела, а лицо было испачкано машинным маслом. Он потянул руку за спину, как будто собирался достать что-то из-за ремня. Но тут собака зарычала и выбежав вперед встала перед Мироном оскалив зубы на хулигана. Парень опустил руку и сделал шаг назад.
— Спокойно. — сказал он собаке, разведя руки в стороны.
— Ко мне. — скомандовала Соня, но собака ее не слушала и продолжала рычать.
— Уходи пока она на тебя не кинулась. — сказал Мирон парню.
Тот начал отходить спиной вперед, стараясь не делать резких движений.
— Ладно — сказал он, глядя на Мирона, затем перевел взгляд на девушку и добавил — Еще увидимся, ты так просто не отделаешься от меня, крыса.
Когда он ушел, Мирон обернулся к Соне, чтобы спросить, как она, но обнаружил, что та быстрым шагом уходит в противоположенном направлении. Мирон перевел взгляд на собаку, которая с обиженным видом смотрела на уходящую хозяйку.
— Спасибо тебе — сказал он и наклонившись почесал ее за ухом. Собака, не ожидавшая от него этого, сначала вздрогнула и отстранилась от него, но поняв, что происходит, завиляла хвостом и, как показалось Мирону, улыбнулась ему.
— Ко мне! — услышал Мирон крик Сони, и через секунду собака была уже рядом с ней, продолжая все так же задорно махать хвостом.
Мирон проводил их взглядом и пошел на почту. Ему не понравилось, что Соня, ничего не сказав, просто ушла. «Могла бы и спасибо сказать» — думал он. Но все же он был доволен собой. Доволен тем, что не испугался заступиться за Соню, хотя он даже не знал ее, а тот парень был очень здоровый. Мирон еще раз порадовался тому, что собака так вовремя решила показать свои клыки и ему не пришлось мериться силой с тем здоровяком. «Интересно, почему тот парень решил, что знает меня?» — подумал он. Но долго ломать голову над этим он не стал.