Ржавое поле (СИ)

— Вижу, — остановившись, ответил Мирон. — Такой же бункер, что на поляне. Только… больше.
В ста метрах от них, слева от железной дороги, из высокого поросшего сухой травой холма торчали бетонные стены бункера.
Вдруг, из кустов справа от них донесся какой-то шорох. Все вздрогнули и обернулись на шум, замерев в нерешительности. Продираясь сквозь густо поросшие, колючие кусты, к ним выбежала собака Сони. Шерсть на ней свалялась, покрылась грязью и обросла колтунами. Собака, высунув язык, подбежала к хозяйке и уткнувшись ей в ногу, подставила голову для поглаживания.
— Она как здесь? — спросил Мирон.
— Я отправляла ее с Олегом. — сказала Соня, почесав собаку за ухом. — Приказала не отходить от него. Если она здесь, значит и он где-то рядом.
— Понятно где. Там! — Мирон указал в сторону бункера. — Сколько их здесь понастроили? И зачем?
— Кто его знает. — протянул Сергей. — Если они еще тоннелями между собой связаны, представляете, сколько это сил и денег? Капец!
Они медленно подошли к бункеру, остановившись пере распахнутой дверью, точно такой же, как та, что закрывала проход в бункер на поляне.
— Мы вдвоем, с Сергеем, внутрь пойдем, а вы тут подождите. Если не вернемся через тридцать минут — бегите домой и приведите сюда полицию, когда та объявится. — командным тоном сказал Мирон.
— Я тут не останусь! — сказала Вероника. — Там мой парень, я пойду его спасать! И вы меня не остановите!
— Я тогда тоже не останусь! — сказала Настя.
— И я! — поддержала их Соня.
— Так, ты точно никуда не идешь! — строго сказал Мирон Соне. — Ты вон, на ногах еле стоишь. Тебя вообще нужно домой отправить! Если нам убегать придется, ты чего делать будешь? — он повернулся к Насте с Вероникой и добавил. — Останьтесь с ней, не глупите. Сейчас не как в прошлый раз, когда мы думали, что никого не встретим. Он точно там.
— Я все равно пойду! — настаивала на своем Вероника. — Настя останется, да?
— Хорошо, — недовольно сказала Настя. — Но, если через полчаса не вернетесь, я за вами полезу.
Мирон, обреченно, вздохнул. Все-таки ему не хватало авторитета, чтобы заставить их делать то, что он говорит. Он решил, что спорить дальше бессмысленно и сказал:
— Ладно, Вероника пойдет с нами. Но, Настя, если что, беги в деревню. Прошу.
Поколебавшись мгновение, Настя, нехотя, согласилась.
— Соня, веди сюда собаку, у меня для нее колбаса есть. — сказала она, сняв рюкзак. — Чего стоите? Быстрее войдете, быстрее выйдете.
Всем было страшно, но никто не хотел этого показывать.
Мирон собирался пойти первым, но Сергей остановил его.
— Лучше, пусть меня сначала увидит. — сказал он и вошел в бункер.
Прошло уже двадцать минут, как ребята Сергей, Мирон и Вероника скрылись в бункере. Соня сидела перед дверью, обнимая собаку за шею, и всматривалась в длинный, темный тоннель.
— Чай хочешь? — спросила ее Настя.
Соня покачала головой.
— Для кого тащила только его, спрашивается? — заворчала Настя.
— Я, думала, для Олега и участкового? — повернулась к ней Соня.
— А, ну да.
Настя начла ходить взад-вперед за спиной у Сони и, нервно, щелкала пальцами.
— Перестань, пожалуйста. — попросила ее Соня. — Я так ничего не услышу.
— Что ты хочешь услышать? — не поняла Настя.
— Скорее, боюсь услышать.
Настя остановилась за спиной Сони и пристально посмотрела на ее затылок. Она понимала, насколько неподходящий сейчас момент для тех слов, которые собиралась сказать, но ревность, разъедающая ее изнутри, не оставляла ей выбора.
— Соня, как ты относишься к Мирону? — стараясь звучать беззаботно, спросила она.
— Он хороший. — ответила Соня, не почувствовав угрозы. — Помогает нам, хотя Машу даже не знал. И с Олегом познакомился совсем недавно. Его ничто не обязывает быть здесь, но он с нами. Это смело.
— Хромов, возможно на его деда напал. — напомнила Настя.
— Да, но дед Егор в порядке, а Мирон не похож на человека, который будет рисковать жизнью ради мести. Он делает это, чтобы больше никто не пострадал. Мне так кажется.
 
Слова Сони окончательно убедили Настю, она набрала воздуха в грудь и быстро произнесла:
— Соня, я хочу, чтобы, когда все это закончится, ты больше не виделась с Мироном.
Соня, прищурившись, посмотрела на Настю.
— Ревнуешь? — спросила она. — Зря. В этом плане, он мне совсем не нравиться.
— Он мне тоже самое говорит. Но, я вижу, что это не так. Он мне нравиться, и…
Из бункера донесся страшный металлический звук.
— Что это? — вздрогнула Настя. Она направилась ко входу в бункер, с явным намерением войти внутрь.
— Стой! Ты же обещала Мирону, ждать их здесь. — сказала Соня. Она поднялась чтобы перегородить путь, но пошатнувшись упала на землю.
— Что с тобой? — склонилась над ней Настя. — Это из-за ритуала?
— Да, и нет. — скривившись ответила Соня. — Это место… Оно какое-то темное. Оно, будто, высасывает из меня силы.
— Как нож Хромова?
Соня кивнула.
— Прости, но я должна посмотреть, что там случилось. — сказала Настя и направилась к бункеру.
— Стой! — крикнула Соня. — Не оставляй меня одну.
— Ты с собакой, она за тобой присмотрит. — ответила Настя. Войдя в бункер, она обернулась, чтобы бросить последний взгляд на девушку, которую считала соперницей, и замерла на месте.
За спиной Сони, из леса, вышла фигура в грязной оборванной одежде. Собака вскочила на лапы и занялась истошным лаем. Фигура медленно двигалась в их сторону. Ноги у Насти онемели, и отказывались слушаться. Её передернуло, когда она смогла разглядеть изуродованное, искривленное злобной ухмылкой лицо Хромова. Девушка стукнула кулаком себя по бедру, пытаясь снять охватившее ее оцепенение. Она выбежала из бункера и встала между сидящей на земле Соней и, приближающимся к ним, убийцей.
Собака сорвалась с места и кинулась на Хромова, пытаясь зубами добраться до его шеи. Тот, резким движением отбросил ее в сторону. Раздался хруст ломающихся костей. Упав на шпалы, собака попыталась подняться на лапы, не смогла и, жалобно, заскулила.
— Не подходи! — закричала Настя. — Мирон! Мирон, он здесь! Сергей! Вероника! Кто-нибудь!!! Не подходи!
Соня, лежащая у ее ног, что-то быстро зашептала, чертя на земле незнакомые Насте символы. Хромов, увидев это, ускорил шаг и уже через мгновение оказался прямо перед ними. Он схватил Настю за горло и, подняв воздух одной рукой, отбросил в сторону.
— Знакомые рисунки, — прошипел он, склонившись над Соней. — Давно не виделись.
— Помогите! — успела прокричать Соня, перед тем как грязные, мозолистые руки с сорванными ногтями, закрыли ей рот. Она впилась в них зубами, и отчаянно задергала ногами пытаясь пнуть Хромова. Силы быстро покидали ее. Соня чувствовала, что теряет сознание.
С момента, как Сергей, Мирон и Вероника зашли в бункер, прошло ровно полчаса.
  
Глава 12
 
— Лучше, пусть меня сначала увидит. — сказал Сергей и первым вошел в бункер.
Мирон пропустил вперед Веронику и вошел в тоннель последним.
Этот бункер мало чем отличался от того, что был на поляне. Тот же длинный, темный тоннель с бетонными станами. Мирон направил, включенный не телефоне фонарик под ноги, и увидел широкие кривые борозды в пыли на полу.
— Тащили кого-то… — тихо сказал он.
Вероника всхлипнула.
— Давай быстрее! — прошептала она Сергею. — Я чувствую, Олег где-то там.
Они ускорили шаг. Вскоре, лучи света от их фонарей, вырвали из темноты еще одну стальную дверь в конце тоннеля. Сергей остановился перед ней, не спеша браться за толстую, стальную ручку.
 
— Чего там? — нетерпеливо спросил Мирон. — Заперто?
— Нет. — сказал Сергей. Он повернулся к своим спутникам. — Мирон, достань нож и иди сразу за мной. Как встретим отца, я попробую с ним договориться. Если почувствуешь, что что-то идет не так, представляй нож мне к горлу, и требуй отдать Сланцева с Олегом в обмен на меня. Понял?