Бисцион. Книга 2
Стефано Висконти возглавил поход в Геную, но все его мысли были во Флоренции. А еще слова старухи не давали покоя. И как только он их вспоминал, то перед ним сразу возникало прекрасное лицо Изабеллы.
Кто мог не желать его земель? Таких людей не существует! Кстати, даже Изабелла говорила о соединении их земель. Значит, она не подходит под описание того, кто выкрал Диану.
«Завистливых людей много, – сказала старуха, – а влюбленных завистливых – уже меньше. Того, кто украл твою жену, не интересуют твои земли».
Доменико Фоскари? Он завистлив и влюблен в Диану, если верить сплетням. Но оторвать кусок земли Миланского герцогства – мечта всей его семьи.
Очень странно, что Доменико до сих пор не нашел герцогиню, значит, она не у Медичи. Или он что-то скрывает.
Кто еще может быть? Кажется, старуха сказала, что тому, кто выкрал Диану, не нужен даже Алидози, им нужен миланский герцог. Точно, это она говорила! Стефано размышлял, гордо восседая на Неро впереди всех. С левой стороны его догнал Маурицио:
– Что надо было от тебя Изабелле?
– Скорее всего, мое тело, – тут же ответил герцог, ни капли не смущаясь своих слов, – горячее мужское тело. – Он засмеялся и взглянул на Маурицио: – Тело ее мужа уже не горячее, как ты понимаешь.
– Странно, что вдова ездит к мужчине, у которого пропала жена, ты не находишь?
– Нахожу. Но доказательств ее причастности к похищению нет. К тому же не думаю, что она способна на такое. Слишком глупа для этого.
– Ты не знаешь, на что способна ревнивая женщина, – с сочувствием произнес Маурицио, и взгляды мужчин пересеклись.
Больше они не обсуждали Изабеллу, но у каждого из них вертелись в голове эти мысли. Стефано вспоминал слова старухи, их разговор, пытаясь воспроизвести все, что она сказала. Нет, он не верил ей, но внутри как будто что-то говорило обратное – можно не верить, но прислушаться стоит.
Неро резко затормозил, это герцог потянул его за поводья, внезапно вспомнив кое-что еще: по мнению старухи, Диана должна быть на юге. Там, где вода.
Он ведет свое войско на юг! Там сейчас начнется ад и резня!
– Что-то случилось? – спросил Франческо Сфорца, подъезжая к герцогу ближе. Тот встал и парализовал все движение войска. Все остановились и ждали его дальнейших действий.
– Ничего. – Стефано вновь пустил коня вперед, погружаясь в свои мысли. Он никому не признается в том, что слова какой-то старухи-колдуньи, которую изгнали из города, плотно засели в его мыслях.
Путь был неблизкий, приходилось останавливаться, чтобы дать рыцарям отдохнуть. Их и без того тяжелые доспехи каждому приходилось тащить на себе, при этом все шли пешком. Его армия самая сильная! Но за все то время, что они воевали, солдаты так и не отдохнули. Не успели. Стефано верил в благополучный исход, хотя умом понимал, что домой вернутся далеко не все.
– Мы выиграли несколько дней, – Сфорца подъехал ближе к герцогу. – Думаю, что наш противник будет шокирован тем, что увидит армию миланцев в Генуе. Дурни.
– Дурни или нет, но у них большой плюс – арагонцы, армия на воде, перед которой мы не так сильны, – ответил Стефано, смотря вдаль, боясь думать о будущем.
– Мы тоже не слабые, с нами генуэзцы, а они отличные морские разбойники.
Сфорца был прав, с генуэзцами у миланцев отличный шанс на победу.
Они прибыли в Геную на следующий день, пришлось заночевать в лесу, чтобы дать рыцарям отдохнуть.
Следующий день станет тяжелым, развяжется война, будут кровопролития и смерти. Надо постараться такого избежать, а для этого желательно выбрать верную стратегию. Стефано всю ночь обдумывал план боевых действий, потом опять вспоминал, что сказала старуха, и, наконец, уснул. Ему тоже надо было набраться сил.
В Генуе их встретил сам губернатор Изнардо Гуарко, которому уже доложили о прибытии в его воды врага – арагонцев, а на земли – флорентийцев. Он ждал помощи миланского герцога Стефано Висконти, которому, по сути, принадлежали все земли Генуи.
– Упоминания о двадцати шести галерах наводят на моих солдат смуту. Не помню, чтобы нас атаковали по воде в таком количестве, – произнес он, сложа руки за спиной и шагая по своему кабинету. Именно в нем он принимал миланцев, а во главе его стола сидел сам герцог.
Изнардо Гуарко явно не знал, как дрались его предки с сарацинами. Стефано был уверен, что в те времена на Геную шло больше сотни галер.
– Мне нужны самые лучшие руководители для морской кампании. – Герцог взглянул на Сфорца, понимая, что он отличный кондотьер, но на суше. На воде ему нужен был кто-то другой.
– У меня есть такой, – губернатор махнул рукой слуге, и тот, будто ждал этого приказа, поклонился и удалился, а через пару минут в кабинет влетел седовласый мужчина с густыми усами цвета пепла. – Гвидо Торелло, самый лучший морской волк, которых я когда-либо имел честь знать.
Стефано рукой указал тому сесть, и под пристальным взглядом герцога Торелло сел напротив. Он был похож на старого рыбака, но ни капли на воина. Хотя от этого человека Стефано хотел лишь его ум, его сноровку и тактику в море. Остальное сделают закаленные воины.
– Мы должны потопить все двадцать шесть галер, – герцог подался вперед, через стол, ближе к морскому волку, – мне нужны смерти. Мы должны показать свою силу, чтобы в следующий раз арагонцы хорошо подумали, прежде чем заключать сделку с Медичи и подходить к нашим берегам. Мы должны убивать каждого, кто пересечет морскую и сухую границы!
В глазах Стефано Висконти полыхнул огонь. Он жаждал смерти, потому что был зол.
Подготовка к обороне и военным действиям началась в тот же день. Ни минуты отдыха герцог не дал своим подданным. Не время расслабляться и считать звезды.
– Если вы хотите увидеть своих жен и детей, то вы должны драться! – Он ехал на черном коне вдоль рыцарей, которые выстроились в несколько рядов. – От вас и вашей силы зависит будущее наших земель: ломбардских и генуэзских! Мы обязаны разбить противника и вернуться домой с победой!
Его речь подхватили крики воинов, которые за свои земли и семьи готовы были сражаться день и ночь.
– Да пребудет с нами удача! – прогремели последние слова герцога, и все закричали, как будто уже праздновали победу.
Наставление перед битвой Стефано давал всегда. Каждый раз, когда он вел войско в бой, то стоял впереди всех, показывая свою смелость. Очень много зависит от полководца, особенно от его напутствия. Именно оно придает надежду на победу и именно оно, возможно, является причиной успеха Ломбардии.
После длительного совещания между герцогом, губернатором и кондотьерами было решено послать пешую армию, которую возглавил Франческо Сфорца, на восток, в сторону Флоренции. С ним же поехал Маурицио, который не хотел оставлять герцога одного, но ослушаться приказа он не мог. Если его светлость посылает второго кондотьера, то значит, не очень доверяет первому.
– Пока я в Сфорца не заметил ничего подозрительного, – шепнул Стефано другу, пока они шли по торжественному коридору на выход к воинам, – но я ему не доверяю. Ты мне нужен там, чтобы проверять каждый его шаг.
Не поспоришь. Маурицио только кивнул.
– Дай мне знать, если что-то пойдет не так.
Сам же герцог рискнул отправиться на галере по морю, чтобы встретить арагонского врага.
План он избрал сложный: сразу не бить и не отбиваться, а назначить переговоры с главнокомандующим арагонской флотилией и попытаться все решить мирным путем. Но если этот путь будет проигнорирован, тогда Стефано отдаст приказ на захват вражеских галер.
Морской волк Гвидо Торелло оказался отличным стратегом, который разложил морскую карту перед его светлостью и начал озвучивать свой план:
– Если мы хотим лишь предупредить противника и устроить переговоры, тогда эту галеру, на которой сейчас мы с вами, целесообразно поставить позади остальных наших галер. Они выстроятся в ряд и уйдут наперед, закроют путь врагу. К сожалению, мы не можем выстроить их боком, иначе не хватит времени развернуть корабли для атаки.
