Убийство жарким летом
"Власть - черным" не угрожает этому городу. Ему угрожает преступная группа, которая хитроумно отвела подозрения от себя, возложив вину на ту часть населения нашего города, права которой уже не раз грубо нарушались. Вы должны остановиться, послушать и подумать. Если вы подожжете запал, то огонь разрушит весь город и повлечет за собой бессмысленную гибель тысяч людей. Эта вина не даст вам покоя до конца ваших дней. Да, конечно, сейчас вы можете благополучно сидеть в кресле и смотреть все это по телевидению, но в конце концов вам понадобится выйти из дому просто чтобы купить еду и питье, и тогда вы столкнетесь с анархией, разбитыми и разграбленными магазинами и жестокой ненавистью в глазах незнакомца, с которым вы встретитесь на улице.
Если мы дадим разгуляться насилию, ваша жизнь окажется под угрозой.
Мэр этого города - смелый человек. Он не прикажет армии и полиции начать действовать первыми. Профессиональные следователи из штата окружного прокурора, агенты ФБР и опытные журналисты днем и ночью работают над тем, чтобы обнаружить настоящих шантажистов. Им нужно время, нужна спокойная обстановка, нужно хладнокровие. Слепо, фанатично и с ненавистью бросаясь в драку, вы только разрушите сами себя.
Я еще раз повторяю вам: "Власть - черным" непричастна к угрожающей городу опасности. Не верьте тем, кто хочет убедить вас в обратном. Не позволяйте демагогам вовлечь вас в убийство тысяч ни в чем не повинных людей. То, что может произойти в городе в ближайшие двадцать девять часов, уже никогда нельзя будет исправить.
В конце своего выступления я хочу обратиться к одному человеку, Джону Спрэгу. Послушай меня, Спрэг. Вчера вечером ты убедил меня, что "Власть черным" не имеет отношения к этому шантажу. Я тебе поверил, верю и теперь. Я поддержал тебя, и порукой тому была моя честность. Послушай - меня. Армия не войдет в Гарлем, толпе тоже не позволят двинуться на вас. Я не могу гарантировать, что где-то в городе не будет отдельных стычек. События могут разворачиваться так, что все невозможно будет предотвратить. Силам, которые хотят уничтожить твой народ, не дадут сделать это, если ты не начнешь действовать первым. Мы боремся за правду, Джон Спрэг. Дай нам время.
Если я достучался до кого-то из вас, вы можете задать мне вопрос: "Что же я должен делать?" Гоните прочь мысли о насилии, убедите отказаться от них ваших близких. Дайте мэру и его людям возможность бороться с настоящими преступниками, а не со своим собственным народом.
Сегодня мы столкнулись с хладнокровным, коварно спланированным преступлением, а не войной из-за расовых разногласий. Не позволяйте вовлечь себя в эту войну. Если позволите, то будете всю жизнь раскаиваться в этом.
Красная лампочка на камере погасла. Питер откинулся на стуле; пот заливал его лицо. Поттер вышел из кабины.
- Все прекрасно, мистер Стайлс. Точно по сигналу: четыре минуты двадцать девять секунд.
Питер взглянул на телевизионный монитор: там девушка болтала голыми ножками в ручье, покуривая сигарету с ментолом.
- Наверное, я должен был добавить: "Это может быть опасно для вашего здоровья", - сказал Питер.
Из кабины по внутренней связи раздался голос:
"Мистера Стайлса просят к телефону".
Питер прошел в кабину. Звонил Маршалл.
- Закончили?
- Только что.
- У Северенса опять был разговор.
- Разговор?
- Как передать деньги, - сказал Маршалл. - Мэр перенес временный штаб в отель "Рузвельт". Спускайся, поговорим...
Первое, о чем спросил Питер Маршалла, войдя в кабинет начальника вокзала, было:
- Есть что-нибудь от Грейс?
- Мой дорогой мальчик, она, наверное, еще не успела добраться туда. Поехали. Мы сможем пройти в "Рузвельт" с вокзала.
- Отели, расположенные поблизости от вокзала, не самое безопасное место в городе, как ты считаешь?
- Рэмси не хочет, чтобы сложилось впечатление, что деятели городской администрации стремятся обеспечить собственную безопасность, - ответил Маршалл. - Отели - это проблема: тысячи постояльцев. Как организовать их эвакуацию? И в "Рузвельте", и в "Билтморе", и в "Коммодоре" выходы - прямо к Центральному вокзалу.
В сопровождении Маккомаса они шли по пустынному зданию вокзала.
- Северенсу позвонили по телефону? - спросил Питер.
Маршалл кивнул.
- Странная ситуация, - сказал он. - Ты, помнится, задавал хороший вопрос: почему не отслеживались звонки? Северенсу никогда не звонили, если его так или иначе кто-то прикрывал. Только первый звонок был ему домой, следующий - в офис. Мы сделали так, что, кто бы ни позвонил, мы могли бы перехватить звонок. Никаких звонков. Такое впечатление, что Северенс у них под увеличительным стеклом. Тогда мы убрали наблюдение, и мэр велел ему постоянно передвигаться по городу, давая им возможность связаться там, где они захотят. Мы не можем рисковать тем, что у них не будет возможности связаться, потому что время подпирает. Сейчас он едет в "Рузвельт", и я пока не знаю, когда они ему позвонили.
Поднявшись по каменной лестнице, они вошли в фойе отеля. Двое полицейских охраняли вход. Мэр расположился в апартаментах на пятом этаже. Поднялись на лифте. У дверей стояли двое полицейских, переодетых в штатское.
Достопочтенный Джеймс Рэмси сидел за импровизированным столом для совещаний. Следов от его прежнего лоска почти не осталось. Он был без пиджака и галстука. Лежавшая рядом на столе электробритва говорила о том, что туалет совершался наскоро. Взгляд его обычно блестящих глаз казался каким-то вымученным. Рядом с ним стоял телефон, и Питер услышал, как кто-то говорил с другого аппарата из соседней комнаты.
- Спасибо, что пришли, джентльмены, - сказал Рэмси. Жестом он указал на телевизор, стоявший в углу. - Только что показали запись вашего выступления, мистер Стайлс. Я хотел бы поблагодарить вас. Очень хорошо. Будем надеяться на Бога, что имеющие уши услышат.
- Есть какие-нибудь новости из Гарлема? - спросил Питер.
- Собираются огромные толпы. Джон Спрэг записал фонограмму, в которой он подстрекает людей на безумные поступки. Мои люди оттуда сообщают, что черные могут сорваться с цепи в любую минуту. Если это случится, тогда спаси нас, Боже! Насколько мне известно, ваша подруга, миссис Майнафи, пытается образумить Спрэга. Думаете, есть шанс, что он ее послушает?