Клетка для джина

Под дикий крик боли, некий воткнул кинжал в глазницу стражника и медленно прокрутил, истерически смеясь при этом. Юноша хотел было отвернуться или закрыть глаза, но что – то ему помешало.
– Смотри! – в его голове пронесся громкий голос, заставивший Джина не сводить глаз с жуткого зрелища напротив.
Его глаза будто приковали невидимыми цепями, не давая возможности закрыть их или отвести в сторону. Так же и со всем телом, будто оно чужое для юноши. Вскоре под шелест отодвигаемых кустов слева вышел еще кто – то, одетый как маг и держа в руке магический посох и подходя к мучающемуся стражнику. Разглядеть его было сложно, потому что большая часть была скрыта за плащом, но кое – что все же юноша разглядел. Его глаза были ярко красными, светились через мрак, образуемый от капюшона, из – за которого и не было как раз видно лица; руки мага были костлявыми, будто просто обтянутыми кожей, без крови и мяса; сам он был достаточно высоким, метра два, но не больше.
– А – а, это ты, – протянул маг, поворачиваясь к лежащему на земле Джину, – Удивляюсь, как ты выжил в лесу. Я думал, что ты умер, – с усмешкой произнес он.
– Так это был ты?! Я сейчас вста.. – крик Джина сменился молчаливым мычанием, которому поспособствовал маг.
– Не встанешь, – отрезал он, – Ты слишком слаб и неопытен, чтобы со мной тягаться! – он ударил посохом о землю, по которой поплыли зеленоватые искрящиеся волны, и поднимая ввысь лежащие листья. Вокруг все стремительно стало пропадать, уходя в мрак. И был слышен лишь голос и смех мага, пока все меркло.
– Удачного пути в один конец! – истерический смех вскоре затих, как и сам его голос.
Как только все полностью исчезло, погрузившись в черноту, Джин снова смог двигаться. Однако, вставать не спешил, предчувствуя, что это очередная ловушка мага. Спустя секунды три, окружение снова стало проявляться, но в этот раз это не была последняя запомнившаяся ему обстановка. Проявилось огромное пространство: плиточный пол, в котором юноша видел свое отражение; большие колонны, уходящие под потолок, с выпуклыми изображениями пауков и скрещенных мечей; стены, сделанные из неведомого Медзоллу материала, больше напоминали своими изгибами стеклянную банку изнутри.
– Где я оказался? – протянул юноша, садясь на холодный пол и трогая руками шею, запястья и немного щурясь от боли, – Думаю, останется синяк, – протянул юноша.
Встав через некоторое время с пола, он осмотрелся, замечая все больше изображений, как на колоннах, но появлялись и новые: похожие на символ Ада – рогатое существо, извергающие пламя из пасти. Так же Джин заметил и лестницу, спиралью ведущую вверх, на балкон, который располагался в этом помещении, выпирая из стен и устремляясь в центр комнаты. Несколько опор держали его, чтобы можно было не опасаться, что упадешь вниз от обрушения шаткой конструкции. А по краям балкона была невысокая ограда, напоминающая больше аристократический маленький забор: маленькие колонны, которые будто извивались вверх, не повторяя форму предыдущих, держали перилла. У основания лестницы, ступеньки которой по кругу огибали высокую каменную палку, устремленную вверх, виднелся золотых оттенков знак в квадратной рамке, который выделялся среди остальных.
– Точно! – вскрикнул юноша, – Я же видел такой знак в Аду, – он подошел поближе к нему, чтобы рассмотреть и дотронулся пальцами, водя ими по всей выпуклой стороне этого знака.
Юношу прервал тихий женский голос, доносившийся откуда – то сверху. Решив подняться на балкон, он увидел вдали, на противоположной стороне, девушку. Однако, чем ближе он подходил, тем лучше мог ее разглядеть: парящие над землей ноги, из – за чего ее тело несильно и еле заметно опускалось, а потом так же медленно поднималось; испускаемая белая аура окутывала все ее тело, аккуратно мерцая, будто одна большая звезда; распущенные волосы, которые приподнимались вверх, словно снизу дует слабый ветерок; из волос были видны лишь острые кончики ушей. Голову она подняла вверх, поднеся руки к груди.
 
– Это дух Эльфа, что ли? – подумал про себя Джин, тихо переступая с ноги на ногу, чтобы не тревожить девушку.
Ее голос с каждый шагом становился все отчетливее, пока и вовсе не стал различим юношей. Тогда он остановился и стал вслушиваться в слова.
– Дай мне сладкие годы недуга,
Задыханья, молитву чарам.
Отними и любовь, и друга,
Таинственным могильным даром…
Так молюсь за твоею могилой
После стольких томительных дней,
Чтобы солнце над темной Эдилсой
Стало тучей в созидании личей.
– Что за.. – подумал про себя Джин, вслушиваясь в мелодичный голос девушки.
Когда он решил сделать еще один шаг, как прежде: легко переступая с одной ноги на другую, в небольшой области пола пошли трещины. Джин хотел было убежать или отпрыгнуть, но не успел и полетел вниз вместе с обломками балкона, но успел схватиться рукой за выпирающий кусок камня целостного пола и повис, немного раскачиваясь. Внизу послышались громкие звуки упавших предметов и как только юноша повернул голову вниз, увидел, что там, куда они упали, пошли небольшие трещины и в некоторых местах вылетели отколовшиеся кусочки покрытия.
– Сколько же этому месту лет, если все так разваливается подо мной? – произнес юноша, раскачиваясь на одной руке.
Когда он достаточно сильно раскачался, чтобы схватиться за угол уцелевшей части пола второй рукой, так и сделал, после чего подтянулся и перевесил сам себя, перекатившись на пол. Бешенный стук сердца и мысли о том, что было бы, упади он вниз, заглушали голос девушки.
– Мне стоит быть более осторожным здесь, – подумал Джин, успокаиваясь и приходя в норму.
Как только дыхание и сердцебиение пришли в норму, юноша встал, опираясь на руки, отряхнул их и взглянул на девушку, до которой не так и далеко оставалось пройти. И только сейчас Джин заметил, что она просто молча смотрит на него. Будто удостоверившись в том, что Медзолл в порядке, она снова подняла голову и продолжила петь. Слова ее каждый раз отдавались коротким эхом по помещению, из – за чего по телу все время пробегали мурашки.
– Он сказал, у меня соперниц нет…
Для него эльфийка без зла я,
Но солнца алого утешный свет
Диктует выйти вновь из края.
Когда умру, не станет он грустить,
Не крикнет, обезумевши:" Вернись! "
Но вдруг поймет, что невозможно жить
Без крови лику и душе без:" Прикоснись.. "
Вокруг Медзолла стали появляться духи, которые выглядели, как те самые некие фигуры, которые напали на карету: плащ, опущенный до ступней, немного развевался, словно на ветру; руки они держали на груди, держа в них крест, размеров с ладонь, а рукава свисали чуть ли не до пояса, оголяя тощие кисти рук. Так же, как и девушка, они были с белой аурой, которая постепенно менялась на красный цвет, пока не сменилась полностью, оставив несколько тонких белых линий.