Будь моим, будь другим (СИ)

— Расскажите о месте обнаружения.
— Да обычная помойка, — поморщился мужчина и указал на кухню, спросив: — Пройдёте?
— Думаю, нет, — мотнула головой, на секунду задумавшись о безопасности. — Я не планирую мучить Вас долго.
— За это спасибо, — хмыкнул он в ответ.
— Помойка, — напомнила, а он кивнул:
— Там бассейн начали строить, углубили, стены возвели, кирпич, все как полагается, а потом, видно, что-то пошло не так и постепенно народ начал сваливать туда мусор. Ну а мы чего, пацаны сопливые, лишь бы было где шею свернуть, чтоб интересно. Часто туда лазили после школы. Ну и как-то приходим, а она там сверху лежит…
— Вас было четверо?
— Да. Один не выдержал…
— Знаю, — сказала мягко, — а другие дети со двора там играли?
— Других не пускали, — хмыкнул он. — Бывало кто-нибудь из малолеток прицепится, как репей, но редко, за ними, как правило, следили мамаши.
— В тот раз никто не пошёл?
— Нет, вроде, — задумался на мгновенье, а тот, с которым я пришла, разжал челюсть и сказал:
— Там тот был, из пятого дома. Меня увидел и драпанул.
— Стасик, чтоли? — напряг память Николай, а второй медленно мотнул головой:
— Другой. Щуплый такой.
— Не помню щуплого… точно из пятого?
— Да, но он там не долго жил, у него батю грохнули и его в детдом забрали, наверное. Матери не было у него точно. А может, к бабке какой.
— А-а-а… — протянул, хлопнув себя по лбу. — Артём. Да, точно, этот иногда там лазил один.
— А фамилию не помните? — спросила на удачу, а он развёл руками:
— Да я не и не знал.
— Что ж, не буду больше отнимать Ваше время, — улыбнулась и торопливо вышла, сказав уже за дверью: — Спасибо.
— Не за что, — снова пожал он плечами.
Второй пошёл за мной, возле подъезда мы остановились, я достала бутылку и протянула ему, а он сказал серьезно:
— Не хочу, — и уверенным шагом пошёл в сторону своего дома.
— Попался, — хмыкнула самодовольно и зашагала к своей машине, которую оставила за домом, вновь доставая телефон, но что-то тяжелое опустилось мне на голову, я слабо вскрикнула и потеряла сознание.
Голова гудела, во рту пересохло, я слабо пошевелилась и поняла, что по рукам и ногам привязана к стулу. Порадовалась, что ещё жива, и осторожно открыла глаза, обнаружив себя в кругу света. Под ногами был бетонный пол и кроме обшарпанного стула ничего вокруг. Прислушалась и поняла, что не одна: тот самый тихий лязг металла о металл.
— Артём, — позвала тихо, он медленно вышел в свет и вздохнул. — Может, надо было сходить с тобой на свидание? — скривилась, а он хмыкнул:
— Может.
— А может, ты со мной не будешь так жесток? — попросила со вздохом. — Я тебя заштопала брутально, старалась, ошмётки из раны выковыривала. У меня обезболивающее в машине есть, пара уколов… Глаза все равно будут полны ужаса.
— Как ты догадалась?
— Прощупываешь, знает ли кто-то ещё? — хмыкнула, а он мерзко ухмыльнулся. — Боюсь, что нет. Не хотела раньше времени пальцем тыкать, мужик у меня горяч.
— Который? — скривился Артём, а потом повторил вопрос: — Так как?
— Любишь ты с ножичком играться, — поморщилась я, кивнув на его руку. — Обратила внимание, когда в прошлый раз очнулась в похожей обстановке. И когда я тебя штопала, так явно обвинял Фомичева, что дураку понятно — не просто так. Правда, сначала я решила, что дурак ты, — виновато улыбнулась, а он слабо хрюкнул. — Так что там на счёт моей кончины?
— В ближайшем будущем, — кивнул с ухмылкой.
— А на счёт моей просьбы? — надула губы, а он поднял бровь:
— Какая-то ты подозрительно веселая. Надеешься, что кто-нибудь тебя спасёт?
— Вряд ли, — снова вздохнула, продолжая тянуть время. — Но надежда уминает последней.
— Даже не мечтай. Местечко — класс.
— Так ты сюда их привозил? — он не ответил, снова начав играть с ножом-бабочкой. — А ту, в детстве, уж не твой ли батя?
— Не сложно догадаться, — пожал плечами и начал ходит взад-вперёд, то пропадая из кольца света, то вновь возвращаясь в него. — Прямо у нас дома. И знаешь что странно? Она не кричала. Это потом я уже понял, накачал чем-то, наверное, но это неправильно, согласись? Как можно не кричать, когда тебя режут на куски?
 
— Согласна, — кивнула спокойно.
— Ты тоже любишь резать, — хмыкнул и посмотрел весело. — Нравится то первое мгновение, когда лезвие пронзает плоть?
— Хирургические инструменты на столько острые и тонкие, что его практически не замечаешь, — пожала плечами, а он прищурился:
— Не верю.
— Возьми в машине, большая сумка с красным крестом в багажнике.
— И обломать себя весь кайф? Не… — скривился с улыбкой, а я спросила:
— На чем он тебя подловил?
— Кто? — удивился Артём, а я позволила себе удивиться в ответ:
— Влад. Ты кромсал его бывших, симпатяга такой.
— Симпатяга, ага, — заржал Артём. — Он сам мне их отдавал.
— Даже так?
— Он мне девок, я ему последние новости. Все по-честному.
— Действительно равнозначный обмен, — поморщилась брезгливо. — Зачем домой их отвозил? Это же опасно, можно засветиться в лёгкую.
— На самом деле — фигня. Меня столько народу видело, всем просто начхать. Кепку нацепил поярче — ни в жизнь не вспомнят.
— Так зачем?
— А что мне их, тут складировать, чтоли? — удивился искренне. — Это они поначалу лапочки, потом вонять начинают, — скривился, а я пожала плечами:
— Закопал бы.
— Напрягаться после того, как расслабился? Странные у тебя представления об отдыхе.
— У меня, ага, — хохотнула мрачно. — А ты нормальный.
— Не, я псих, — улыбнулся и почесал бровь, прищурил один глаз. — Спасибо бате за счастливое детство.
— Смотрю на тебя — нормальный вроде парень, — сказала растерянно. — А как представлю, что ты вытворял…
— О, я тебе сейчас кое-что покажу, — обрадовался и достал телефон. Подошёл ближе и развернул ко мне экран, а я увидела себя, выходящей из операционной после того, как штопала Абрамцева. Румянец на щеках, глаза горят, руки по локоть в крови, живот, грудь, лоб, волосы… — Ну как?
— Отпад, — хмыкнула и подмигнула ему: — Сделай мне с ней памятник.
— Думаешь, ты лучше, потому что спасаешь жизнь, а не отнимаешь, но по сути ты точно такой же мясник. Тебе по кайфу копаться в чужих кишках, кромсать и штопать.
— Ты прав, — пожала плечами и мечтательно прикрыла глаза: — Так и вижу тебя на своём операционном столе.
— Помечтай, — гоготнул и отошел чуть дальше. — Руки уже чешутся, пора начинать.
— Так мило общались, — насупилась в ответ. — Расскажи хоть до конца, что там Влад? Сливается или команду меняет?
— Угадай, — хмыкнул в ответ, а я подумала немного и ответила уверенно:
— Сливается.
— Садись, пять, — ответил со смешком. — Но ты просто ткнула пальцем в небо.
— Не совсем, — протянула самодовольно. — Его контакт на заводе не сегодня-завтра даст дубу. Мы сегодня виделись… ну или вчера, не суть.
— И что? Он с анализами притащился?
— Нет, конечно, — посмотрела с укором, а он хмыкнул:
— Так и что?
— Он запыхался. Я подумала сначала — территория большая. Но мы ждали двадцать минут, да и с какой стати ему спешить? Его дочь мы ему уже не вернём. Значит, ему это просто даётся с трудом.
— Подумаешь, отдышка, — закатил глаза Артём. — Притянуто за уши, не впечатлила.
— Ну, простите, — состроила рожицу, — на фига так сложно? Шлепнул Абрамцева и дело с концом. Что, по итогу он и сделал, то есть ты.
— А ты взяла и снова все испортила, — поморщился в ответ, — но это херня, добью.
— Так зачем?
— Не поверишь, но у нас довольно дружный коллектив. Большой, идейный. Нашлись бы деятели, которые решили отомстить. А так — хер пойми что происходит и кого винить. Короче, пожить захотел.
— А вам — поставка, плюс бонус лично для тебя — Гаскина и Брянцева. Не пойму только, как они согласились…
— Если бы он приказал им лежать смирно, пока я орудую ножичком, они бы так и сделали, — закатил глаза Артём. — Кстати, ты тоже бонусом. На сладенькое.