Любовь на полставки (СИ)

— Я встретила одного парня.
— Вот как. Прошу, продолжайте.
«Продолжать? Что именно я должна еще сказать? Разве вы не специалист и не знаете, что делать? Разве вы не понимаете, что это просто катастрофа для такой, как я?!..»
Строго говоря, в социофобии и навязчивых мыслях нет ничего такого, что мешало бы жить. Тем более — в страхе заняться сексом. Это, наоборот, избавляет просто от кучи проблем, в этом Рита уверена. Тогда какого черта она тратит время? И свое, и этой женщины напротив. Так тяжело признаться, что, да, вообще-то хочется чужого тепла и участия, хочется настоящей любви и крепкого брака? Но какой же женщине этого не хочется?
Так или иначе Рите приходится объясниться:
— Помимо того, что я и понятия не имею, как относиться к этим… чувствам, существуют еще некоторые «отягощающие обстоятельства», — пространно говорит она, стыдливо пряча взгляд.
— Какие именно?
— Саша… То есть, этот молодой человек является племянником моего босса, и еще он младше меня почти на семь лет.
Рита сидит, аки покаявшийся грешник, и ждет. Индульгенции ли, или утешения, но больше все-таки именно утешения, потому что бороться в одиночку действительно тяжело. Осталось лишь понять, против кого она борется. И главное — зачем.
Однако, слова психотерапевта, как и всегда, приводят в тоску.
— Это и впрямь проблема для вас. Если вы все же решили, что хотели бы завести отношения, то следовало обратить внимание на какой-нибудь более… надежный вариант. Плюс ко всему, под удар может попасть и ваша работа.
Эх, Рита-Рита. Захотела мнения со стороны — получай. И делай с этим теперь что хочешь.
— Я тоже так считаю. Не думайте, что я… что я действительно надеялась на что-то серьезное с этим молодым человеком. Я просто хотела спросить, как именно можно избавиться от этих чувств?
Эта девушка все еще считает честность главным своим качеством. Иронично, учитывая, что все вышесказанное действительно можно было бы считать правдой, если бы, конечно, смысл поменялся на диаметрально противоположный.
Нет, чисто гипотетически, это, конечно, не любовь. Уж в чем в чем, а в этом Рита уверена на все сто процентов. Просто небольшое помешательство на почве одиночества, вот и все. Все ведь знают, как обычно это бывает? Живете своей жизнью, никого не трогаете, и вдруг!.. Вот он. Как гром среди ясного неба. Ослепительно красивый, сильный и харизматичный. Подает вам руку, чтобы помочь выйти из такси, а потом узнаёт у водителя адрес и заваливает вашу квартиру букетами цветов.
В фильмах это происходит как-то так.
И случилось вдруг с ней. Вот только встретила она его не в элитном лаунж-баре, приковав взгляд томных глаз к своим изящным ножкам на шпильке, пока сам красавчик вальяжно потягивал мартини, а упала на него сверху в своем же офисе, когда утром пришла на работу. Злая, голодная и невыспавшаяся. Да и он не в строгом дорогом костюме, а в простенькой оверсайз толстовке и потертых джинсах. Вместо «Хьюго Босс» — запах сигарет. Единственное, что действительно сошлось идеально с шаблонами — потрясающая внешность.
— Какого черта ты делаешь у меня под столом, идиот?! — принялась кричать девушка на незнакомца, который вдруг выпрямился в полный рост и замер — будто бы и сам не знал. Или забыл. По крайней мере лицо его отчего-то очень сильно поглупело, едва он столкнулся взглядом с голубыми глазами-льдинками Риты.
На долю секунды девушку и саму переклинивает. Этого времени достаточно для понимания, что она, кажется, впервые видит так близко рядом с собой настолько красивого юношу. Нет, мужчину. Настоящего мужчину под два метра ростом, с шикарной фигурой и настолько пронзительным испепеляющим взглядом, что та ожидаемо вспыхивает. Льдинки тают, а ножки подкашиваются. А ведь так пялиться друг на друга по меньшей мере некультурно.
И, ладно, этому неизвестному нахалу явно закон не писан, но что насчет нее, начальницы отдела?
А потом растерянность полностью стирается с выразительного, загорелого лица юноши, и это переломный момент их внезапного, нелепого знакомства. Родинка на щеке, что почти сразу бросается глаза, неторопливо ползет на скулу под действием хитрой, совершенно бессовестной улыбки. Рите в этот момент кажется, что они стоят в таком положении просто целую вечность, на деле — этот парень успевает лишь приподнять брови в немом вопросе и поправить ладонью длинную, чересчур отросшую челку только для того, чтобы она картинно упала на его левый глаз снова. А женский мозг перестает генерировать хоть какие-то адекватные мысли уже окончательно.
 
«Красивый… Красивый-красивый-красивый! Очень красивый!.. Кто ты такой?..»
Где-то на заднем плане ассистентка что-то там лопочет о «практиканте, который пришел помочь настроить сеть в компьютере».
Отстранено припоминая, что, да, кажется должен был прийти кто-то, чтобы переподключить интернет, Рита замечает, что плечо толстовки юноши облито кофе, который она, конечно же, очень грациозно опрокинула при падении. Ярость уже сошла на нет, справедливо уступив место совершенно примитивному очарованию, а теперь вмешалось и беспокойство: вдруг молодой человек обжегся? Однако волнение об этом проходит за пару секунд, потому что незнакомец какого-то черта осмеливается заговорить:
— А вы, наверное, и есть та самая директорша, которую все здесь боятся как Медузу Горгону? — с самой лукавой улыбкой спрашивает мальчишка, даже не думая испугаться последствий.
— Что…
Риту частенько называли вспыльчивой.
Но впервые ей действительно захотелось разорвать незнакомого человека на мелкие кусочки из-за одной единственной фразы. При условии, что еще секунду назад эта девушка была готова растечься по полу от его испытующего взгляда.
Алина, ее ассистентка, шокировано вздрагивает. Она работает под началом Маргариты Сергеевны всего полгода, но уже знает, что ее осанка, вдруг ставшая еще более надменной и воинственной, не сулит ничего хорошего…
— «Медуза Горгона»? — голос звучит на удивление спокойно, но это только потому, что Рита еще не до конца придумала, как именно убьет этого мелкого подонка. Она уверена, что если судьей будет женщина — ее даже не посадят. — А ты тогда кто? Гребаный Персей?! Сукин ты сын!
Знает ли юноша, кто такой Персей или нет — вообще без разницы. Скорее всего действительно не знает, вся молодежь нынче тупая, это всем известно, но соревноваться с ним в остроумии настроения, честно говоря, у Риты нет. А вот броситься вращающимся стулом Алины в наглого практиканта, чтобы раз и навсегда стереть с его лица эту дерзкую ухмылочку, — очень даже есть.
— Маргарита Сергеевна! Маргарита Сергеевна, пожалуйста! Не надо!!! — пищит перепуганная ассистентка, стараясь отобрать свой стул обратно, но тщетно. Понимая, что здравый смысл ее начальницы сейчас не с ними, помощница решает обратиться к юноше: — Саша! Чего стоишь, дурак?! Беги отсюда, быстро!
Однако Саша не убегает, смело вступает в противостояние и перехватывает стул. Видимо, они и вправду решили разыграть какую-то сатирическую сценку, уж слишком увлекательно это выглядит со стороны. Но происходящее злит Риту настолько сильно, что она даже хватается за принтер, намереваясь кинуть его следом.
На крики собирается толпа, хоть конструкторскому бюро строго-настрого запрещено покидать свои рабочие места без разрешения целым кагалом. Причина не важна. Будь то День рождения сотрудника, или вот, например, избиение практиканта исполнительным директором отдела.
Но, благодаря зрителям, Саша получает свою помощь как раз в тот момент, когда мимо его черепушки пикирует пластиковый стакан с канцелярией, а затем и папка для бумаг, выпотрошив все свое содержимое прямо на пол.
— Что тут происходит?!
В кабинет врывается непосредственный начальник Риты, старичок-генеральный со своей небольшой свитой. Он застает их троих в весьма забавном положении. Забавном, но не для всех. Начальнице конструкторского бюро так стыдно, что после ей даже приходится сказаться больной и не ходить на работу неделю, чтобы оправиться от жгучего позора.