Псих. Два дебила – это сила, три дебила – это мощь (СИ)
– Да. Начало так себе, – поморщилась эльфийка. – Но начну я с истории. Дело в том, что когда-то давно, когда еще шла война против полиморфов, наши ученые смогли обнаружить скрытые возможности расы оборотней. После непродолжительных тренировок любой оборотень мог обнаружить полиморфа, как бы сильно тот не маскировался. И как вы понимаете, это стало ключевой причиной, по которой эльфы стали очень тесно сотрудничать с оборотнями. Более того, если верить записям, то между эльфами и оборотнями зародилась весьма крепкая дружба. Равная дружба. Подобного не было ни до того, ни после. Но именно эта дружба и стала причиной последующей проблемы.
В этом месте Лорана сделала паузу, неуверенно посмотрела на лисенка, а потом на меня. Она словно сомневалась, продолжать ей рассказ или нет. Мы же молча ждали ее решения. Наконец, видимо отринув сомнения, эльфийка продолжила.
– Из-за того, что оборотни стали огромной проблемой для полиморфов, те принялись их особенно безжалостно уничтожать. Дошло до того, что эльфам пришлось большую часть оборотней взять под свою опеку и охрану, – отстраненно рассказывала эльфийка. – В итоге, к концу войны взрослых оборотней выжило очень мало, и все они были заняты в различных боевых отрядах по поискам выживших полиморфов. Они были настолько сильно заняты, что воспитанием детей оборотней занимались эльфы. Это и стало причиной проблемы.
– Ты или слишком сильно сгущаешь краски, или слишком долго подходишь к сути, – хмыкнул я в ответ на ее явную нерешительность. Впрочем, мне было интересно, к чему шло.
– Очень многие благодарные эльфы решили взять маленьких оборотней в свои семьи, чтобы окружить заботой и уютом бедных детишек, – с горечью в голосе продолжила эльфийка. – Вот только эльфы живут намного дольше оборотней. Многие просто не понимали, что они делали, а потом стало слишком поздно. Оборотни превратились в домашних питомцев. Для эльфов они всегда были милыми пушистыми созданиями с забавными эмоциями. А дальше стало еще хуже. Оборотней стали скрещивать «правильно».
– Эм… Погоди-погоди! – ошеломленно встрял я. – Ты что хочешь сказать, что оборотни у вас живут, словно собаки или кошки у людей?
– К сожалению, именно так, – тяжело вздохнула Лорана, пряча взор от Насти. – Их с детства воспитывают как домашних питомцев. Решая за них, с кем им спариваться и от кого иметь детей, с кем жить, и так далее. Тем самым проводя аморальную селекцию. Уже давно оборотни, которые живут у нас на материке, понятия не имеют о другой жизни. Более того. Их все устраивает.
– Прикольно, – хмыкнул я. – Были друзьями, а стали домашними рабами. Хотя, нет. Питомцами. Но ведь оборотни разумны. Разве не было проблем с их несогласием?
– Были, – печально покачала головой Лорана. – И все они устранялись жестким образом. Оборотни, которые становились слишком активными и пытались стать свободными, отправлялись к нашим ученым. А те проводили на них опыты, пытаясь понять, в чем заключается отклонение от «нормы». Лишь около двухсот лет назад среди эльфов возникло движение таких как я. Тех, кто против подобного отношения. Но к сожалению, нас пока слишком мало, чтобы изменить ситуацию.
– Стоп. А зачем тогда эльфы вылавливают свободных оборотней?
– Ищут нестандартных и обладающих талантами особей, – грустно улыбнулась эльфийка. – Как бы сказать… разбавляют кровь домашних оборотней, чтобы та не застоялась. Остальных же отправляют в лаборатории на эксперименты. Оборотни у эльфов давно уже стали подопытными для разных опасных экспериментов. И как вы понимаете, смертность там очень высокая.
– У людей подопытные крысы и кролики, а у эльфов – оборотни. Однако, м-да, – задумчиво покачал я головой.
– Надеюсь, Настя, ты не сильно на меня обиделась? – с надеждой посмотрела на лисенка эльфийка.
– С чего бы это? – на удивление спокойно произнесла Настя. – Честно говоря, я не понимаю, почему ты так сильно нагоняла мрака перед рассказом. Ну стали у вас оборотни домашними питомцами, и что с того?
– Ну как же! – ошарашенно уставилась на нее Лорана. – Неужели ты не понимаешь? Эльфы фактически превратили оборотней в домашние игрушки.
– И? – язвительно хмыкнула Настя. – Ты думаешь, быть домашней игрушкой хуже, чем бесправным рабом с ошейником? Это мне повезло стать рабыней принцессы, а многим так не везет. Большинство пашет на плантациях круглые сутки за кусок хлеба. А тех, кто посимпатичнее, либо отправляют служанками к аристократам, либо в бордель. И поверь. Стать служанкой – очень редкая привилегия. Можно сказать, вершина нашего роста. Так что чем ты хотела меня удивить? Или у вас оборотней морят голодом или кормят с мисочки в коридоре?
– Не, ну мы не настолько мерзкие, – оскорбилась эльфийка, но тут же смягчилась и добавила. – Опять забыла о том, что у вас же давно уже нет своей страны. Да. Сейчас вам, пожалуй, живется хуже, чем «питомцам» у эльфов. Все же большинство эльфов, как ни странно, любят своих оборотней и ухаживают за ними.
– Забавно, – с ухмылкой покачал я головой. – Вы еще поспорьте на тему, у кого лучше быть в неволе. Как по мне, и там и там полная жесть.
– А разве у нас есть выбор? – зло сверкнула глазами лисенок в мою сторону.
– Поживем – увидим, – открыто улыбнулся я ей в ответ. – Ну а пока предлагаю наконец перекусить и отправляться в путь. Нам как бы еще часа три пилить до ближайшего города.
На эти мои слова возражений не последовало. Я достал из магкармана продукты, и мы наконец приступили к еде. Правда, к сожалению, трапеза проходила в полной тишине. Эльфийка попыталась пару раз заговорить с лисенком, но каждый раз наталкивалась на хмурый взгляд Насти и передумывала. Ну а я просто размышлял над превратностями судьбы.
Можно винить эльфов в трагедии оборотней? Да. Они виноваты, и это факт. Но как это исправить? А вот здесь все не так просто. Сомневаюсь я, что оборотни, одомашненные эльфами, захотят изменить свою жизнь. Их там кормят, поят и даже своеобразно любят. А в другом месте оборотням придется работать, дабы себя прокормить. Несложно предсказать ответ «питомцев». Может они и захотят свободы, но не такой ценой. Ведь они, по сути, даже работать не умели. М-да. Может и есть какой выход из подобного тупика, но лично я его пока не видел.
Покончив с едой, мы наконец отправились в путь. Вот только далеко уйти не успели. Сначала я услышал, как за моей спиной что-то упало. Резко обернувшись, я увидел лежавших на земле эльфийку и лисенка. Обе были живы, но почему-то без сознания. А вот следующий факт меня изрядно напряг. Мои феи пропали. Они не отзывались, и я их даже не ощущал. Словно их и не было никогда. Опять нападение эльфов? Но тогда где они? Сколько я не крутился настороженно на месте, но так ничего и не разглядел среди деревьев.
– Я бы на твоем месте не спешил с выводами.
Мужской голос, раздавшийся за спиной, заставил меня подпрыгнуть на месте, резко развернуться и обнажить меч. Вот только когда я осознал, кого именно увидел перед собой, то узнал и голос. Эммм…
– И что это все значит? – в шоке произнес я, не сдержавшись. Слишком сильно удивило меня увиденное.
Глава 10
Что именно произошло, я сразу не понял. И если честно, то дико струхнул, аж до похолодания в конечностях. Вроде только что стоял и смотрел с удивлением перед собой, а после бац! И вот я уже витаю в облаках, тьфу ты, то есть в мысленных потоках собственного разума. Причем далеко не простых мыслях. Информация мощным потоком струилась в моем разуме. Я не осознавал что-то новое, нет. Я словно вспоминал давно забытое. Это было странно, необычно, но при этом очень захватывающе. Особенно после того как я понял, как именно работал приток воспоминаний.
Память человека довольно специфическая штука. И делится она на две части. Одна малая часть находится в нашем активном разуме, а вторая, несоизмеримо большая, в душе. И к той части, что в душе, мы как бы прямого доступа не имеем. Та же часть, что расположена в разуме, весьма условна. Ибо наше сознание запоминает только то, что ему интересно или выгодно, или слишком сильно повлияло на него. Другими словами, мы осознаем и помним в обычной жизни лишь малую часть прожитых событий.