Отблеск величия (СИ)

— Из Альтара? Или Алса-Хамры?
— Из Алса-Хамры.
— Зачем приехал? На зимовку?
— Я здесь проездом. Хочу в наемники пойти.
— Недельный пропуск в город — один золотой.
— Мне только на день.
— Минимум неделя. Нет денег — живи за стеной.
— Твою мать.
Расставаться с остатками наличности ради сомнительного удовольствия переночевать в городе я не собирался, так что резко изменил текущие планы и отправился туда, где встретил шустрого пацана. Благо, тот оставался на прежнем месте и не собирался никуда уходить.
— Господин, вы вернулись?
— Точно. Сколько у вас ночлег стоит?
— Пятьдесят монет в день, — бойко отрапортовал зазывала. — Два раза накормим, ванну сделаем и одежду постираем. И скажем, где чего найти, если нужно.
Как по мне, ценник был неадекватно завышенным, однако список предоставляемых услуг выглядел достаточно приятно, а я уже успел понять, что жизнь на побережье стоит заметно дороже, чем на севере.
— Подходит. Куда идти?
— За мной, господин!
Пять минут спустя мы с провожатым оказались в небольшом скромном доме, где меня представили главе семейства — улыбчивому смуглому мужчине лет тридцати.
— Асам Шамаро к вашим услугам, господин. Чем могу помочь?
— Ваш сын сказал, что за пятьдесят монет у вас можно остановиться на сутки, поесть, постираться…
— Все верно, — энергично кивнул Асам. — Если вы голодны, то жена уже готовит обед.
— Было бы здорово.
— Тогда добро пожаловать. Шури, покажи гостю его комнату.
К моему несказанному удивлению, предложенный сервис оказался выше всяких похвал — хотя ветхое одноэтажное жилище не могло претендовать на почетное звание настоящей гостиницы, Асам и его семья отлично знали свое дело. В комнате меня ждали чистые простыни и приятное легкое одеяло, собранный полчаса спустя обед оказался не в пример вкуснее тех блюд, которые предлагали таверны Алса-Хамры, а словоохотливый хозяин без лишних вопросов объяснил, что нужно делать, чтобы наверняка попасть в армию соседнего государства. Пожалуй, сейчас это было важнее всего остального.
— Вам лучше отправиться на запад, уважаемый Максим. Мы дружим с владетелем Кашера, поэтому на границе никаких сложностей не будет. Всего пара дней — и вы окажетесь в городе.
— А дальше?
— Просто спросите, куда нужно идти, чтобы попасть на службу. Они рады любым воинам.
— Любым? Значит, дела там совсем плохи?
— Вы очень проницательны, уважаемый. Но именно поэтому владетель щедро платит своим людям. Вы ведь хотите заработать?
— Верно.
— Через несколько лет вы можете стать очень важным человеком. В Кашере ценят хороших воинов.
— Это если армию владетеля до того момента не разобьют.
— Везде имеется свой риск, — тонко усмехнулся собеседник. — Не желаете ли вина?
— Спасибо, лучше обычную воду.
Остаток дня и ночь прошли без происшествий, а уже к полудню следующего дня я оказался в составе маленького каравана, везущего на запад тюки с выделанной кожей, мукой, а также наконечниками для стрел.
Впереди были сто километров разбитой колесами телег дороги, граница и война.
  
Глава 3
 
Возвышавшаяся передо мной стена явно пережила серьезную осаду. На серых камнях то там то здесь виднелись свежие сколы и самые настоящие пробоины, идущие поверху укрепления зубцы были частично обломаны, а располагавшийся чуть дальше бастион почернел от пожара. Совсем рядом, на высоте трех или четырех метров от земли, из кладки торчали две длинные стрелы, каким-то чудом угодившие в стыки между блоками и оставшиеся там в качестве своеобразного напоминания о пережитых защитниками потрясениях.
Окружавшая город местность выглядела безлюдной и заброшенной. Здесь не наблюдалось привычных мне торговых лавок, крестьянских домиков или постоялых дворов, зато имелись в наличии сразу два патрульных отряда, один из которых курсировал вдоль идущей к воротам дороги, а второй занимал стратегическую позицию на небольшом пригорке.
 
У самих ворот обнаружилась еще одна группа солдат, выполнявших контрольно-пропускные функции.
— Кто такой? — без особой приязни в голосе поинтересовался вышедший ко мне навстречу воин. — Откуда пришел, с кем пришел, зачем?
— Наемник. Пришел с караваном из Раед-Алшамы. Хочу записаться в вашу армию.
— Где караван?
— Разгружает муку около южной мельницы. Не знаю точно, где это, но можете проверить.
Собеседник взял небольшую паузу, рассматривая меня с головы до ног. Затем шевельнул густыми усами, поморщился и уточнил:
— Наемник, значит?
— Хочу им стать.
— Знаешь хоть, с какой стороны за меч браться?
Откровенно снисходительный тон часового вызвал у меня внезапную и не совсем понятную вспышку гнева. Однако совершать необдуманных действий я все же не стал, ограничившись встречной шпилькой:
— Это не обязательно, если служишь Лакарсис. Мне достаточно подержать вас за руку.
Лица следивших за нами солдат синхронно вытянулись, а сам командир невольно отступил на шаг и дотронулся до рукоятки меча. Впрочем, надо отдать ему должное — слабость оказалась мимолетной.
— Давно я не видел таких гостей.
— Бывает. Так куда нужно обратиться, чтобы вступить в ряды вашей славной армии?
Воин еще раз поморщился, а затем развернулся к подчиненным:
— Щербатый, Барсук, отведите жреца к капитану. Если что, рубите ему голову на хрен.
Приставленные ко мне конвоиры не выказали никакой радости по поводу своего назначения, но отнеслись к нему с должным профессионализмом. Вместе мы прошли через обгоревшие, но все еще крепкие ворота, миновали короткий тоннель, а затем направились к стоящему неподалеку от выхода зданию — то ли казармам, то ли очень большой караулке.
В черте города жизнь все-таки продолжалась — несмотря на отдельные разрушения, дома по большей части находились в хорошем состоянии, а встречавшиеся нам люди хоть и выглядели изможденными, но умирать прямо здесь и сейчас однозначно не собирались. Одним словом, дела в Кашере шли более-менее сносно. Во всяком случае, на первый взгляд.
— Сюда.
Отвечавший за вербовку новобранцев капитан оказался худощавым черноволосым мужчиной лет сорока. Думаю, когда-то давно он вполне мог претендовать на звание дамского угодника, но сейчас проходящий через все лицо уродливый багровый шрам и пустая глазница придавали его внешности весьма отталкивающие черты.
Передо мной впервые возник истинный лик войны. Неприглядный и жуткий.
— По какому делу? — сухо поинтересовался капитан, увидев нас в дверях комнаты. — Барсук?
— Сержант велел доставить, — сообщил один из моих провожатых. — Хочет в армию. Говорит, что служит Лакарсис.
Украшенная рубцом щека нервно дернулась, а взгляд покрасневшего от усталости глаза переместился на меня.
— Это правда?
— Так точно.
— Покажи волосы.
Мне пришлось подойти чуть ближе и покрутить головой, демонстрируя шевелюру. Впрочем, результаты осмотра капитана не впечатлили — внимательно рассмотрев мою прическу, он снова поморщился е разочарованно покачал головой:
— Только вылупился из своего храма, так?
— Никак нет. Прошел обучение, участвовал в походе к Рахалле, дрался с превосходящими силами врага, победил.
— Надо же, какой слог, — недобро усмехнулся собеседник. — То есть, что-то умеешь?
— Умею фехтовать и забирать души.
— Лучше, чем ничего.
Пару минут в комнате медленно колыхалась вязкая и томительная тишина. Затем офицер все же принял решение, с грохотом выдвинул один из ящиков стола и достал оттуда лист грубой серой бумаги.
— Будем считать, что опыт у тебя есть. Имя?
— Максим.
— Из лука стрелять умеешь?
— Нет.
— Понятно. Солдатам твоего уровня платят четыре золотых в месяц. Расчет в конце каждой недели. Согласен?
Учитывая местные цены, сумма не казалась хоть сколько-нибудь значительной, однако вместе с ней я получал еду, крышу над головой, а также доступ к ремонтным мастерским и вещевому складу. Во всяком случае, у меня сложилось именно такое впечатление.