Поваренная книга волшебной академии (СИ)

Все шарики застыли в воздухе. Мир превратился в желе. Я медленно-медленно стала падать на колени и отклоняться назад всем телом — вот удар о паркет, вот наклон под немыслимым углом, вот прощальный взмах руки, и…
Я очнулась, растянувшись на полу. Анжелина плавно опускалась на паркет, словно танцовщица после прыжка. Тренировочный зал был наполнен нежным звоном хрусталя — шарики рассыпались серебристой пылью, и Арно смотрел так, словно именно этого и хотел добиться. Некоторое время я могла лишь дышать и смотреть на сверкающую взвесь в воздухе — потом в поле зрения вплыла рука ректора Холланда, и я схватилась за нее, как утопающий хватается за веревку. Холланд помог мне подняться, обернулся к Анжелине и спросил:
— Почему ты решила бежать с ней?
Анжелина усмехнулась — сейчас, глядя на ее энергичное раскрасневшееся лицо, полное азарта и гнева, я поняла, почему Тао влюбился.
— Чтобы наш министерский гость ее не убил, разумеется, — ответила она, и Арно улыбнулся с самым невинным видом.
— Отчего же вы подумали, что я этого хочу?
— Я преподаю магию проклятий. Это моя работа — понимать, когда смерть рядом.
Я была бесконечно благодарна Анжелине — в том, что она встала рядом со мной и разделила предназначенные удары, было истинное достоинство. Улыбка Арно стала мягче.
— Да, у меня особенные взаимоотношения со смертью, — признался он. — Скажем так, миррин в белом саване забыла, что я существую. Майя, ты помнишь, что чувствовала, когда распылила мои шары?
Я хотела было сказать, что не разрешала говорить мне «ты» — раз уж начала дерзить, то незачем останавливаться. Но во взгляде Арно было что-то такое, от чего я смогла лишь кивнуть.
— Замечательно, — уже без тени улыбки произнес чиновник, и у меня в ушах зашумело, настолько глубоко он заглянул в мою душу. — Запомни это чувство. Когда в тебе начнет подниматься то, что пока удерживают оковы, вспомни о нем, это поможет успокоиться.
Я кивнула и только сейчас поняла, что рука Джона все еще сжимает мою руку — уверенно, твердо, так, словно я могла заблудиться во тьме, а он не хотел этого. Впервые за все эти дни я почувствовала себя по-настоящему в безопасности.
Со мной не случится ничего плохого. Ничего.
— Думаю, миррин Майе пора на кухню, скоро обед, — по-прежнему сухо произнес ректор. Арно вопросительно поднял левую бровь.
— Вы готовите? — осведомился он. — Или это из вас делают какое-то блюдо?
— Я готовлю пончики, — ответила я, и приглашение само сорвалось у меня с губ. — Желаете присоединиться?
Улыбка Арно сделалась ослепительной, словно у лучшего столичного актера.
— Разумеется! — ответил он. — Что будем готовить?
  
Глава 9
 
Кекс с изюмом и кулинарный конкурс
Майя
Авенхви, Тао и Кетти уже хлопотали на кухне. Пока меня не было, домовые нашли для них занятие: Кетти перебирала фасоль, чинский принц чистил картошку, а Авенхви старательно орудовал молоточком над отбивными. При появлении Арно мои новые товарищи удивленно прекратили работу и уставились на него — вздохнув, я указала на министерского гостя и представила его:
— Ребята, это Арно Винтеркорн из министерства магии. Будет готовить с нами пончики.
Удивление на лицах сделалось еще глубже, и я прекрасно его разделяла. Такие важные мирры не заглядывают на кухню, чтобы не испортить маникюр — для стряпни у них есть слуги и повара. Однако Арно с самым беспечным видом подхватил чистый фартук с вешалки, повязал его и принялся закатывать рукава белоснежной рубашки.
— Пончики? — уточнил он. — Это слишком жирно. Как насчет фринского кекса с изюмом и цукатами?
Один из домовых подергал его за штанину и, когда Арно посмотрел вниз, пискнул:
— Мирр Винтеркорн, вы бы сняли кольца? Потом замучаетесь тесто из них выковыривать.
— Если я их сниму, то от вас тут и пепла не останется, — с прежней светской улыбкой сообщил Арно и, когда домовой укатился, обернулся ко мне и уточнил: — Так что ты скажешь о фринском кексе?
— Скажу, что не знаю такого рецепта, — ответила я. Арно прошел к большому шкафу, в котором хранились запасы, и, изучив их, позвал Кетти: вдвоем они стали носить к столу все, что могло понадобиться для готовки. Были тут яйца, мука, молоко, масло — окинув взглядом стол, я решила, что он похож на поле битвы. Кетти встала рядом со мной с видом рядового, который во все глаза смотрел на генерала: казалось, она готова достать тетрадь и записывать каждое слово Винтеркорна. Конечно, это ведь не ее он гонял шарами по всему залу. Когда Авенхви и Тао вымыли руки и присоединились к нам, то Арно сказал:
 
— Рецепт самый простой. Вы, юноша, заливаете изюм горячей водой, — Авенхви кивнул и рванул за чайником. — Вы, ваше высочество, растапливаете масло, — Арно прочирикал что-то мелодичное, и Тао даже раскрыл рот от удивления. Потом он прощебетал что-то в ответ, и Винтеркорн произнес:
— Лучше продолжим разговор на общем языке, как велит этикет. Да, мне приходилось бывать в Чинской империи. Скажите, в садах Лю Вань еще высаживают те белые розы с алой сердцевиной?
Тао заулыбался. Было видно, что на душе у него потеплело.
— Конечно. Это цветы богини Сейнинь, которая отдала свое сердце людям.
Изюм замочили, масло растопили, добавили к нему сахар, и Арно взялся за венчик. Домовые косились в нашу сторону — им тоже было странно видеть солидного министерского чиновника на кухне. Потом в смесь добавили яйца, ваниль и немного разрыхлителя, и Арно продолжил орудовать венчиком.
— Как у вас хорошо получается, — сказала Кетти. Винтеркорн улыбнулся и ответил:
— У меня была хорошая практика. Однажды я застрял на зиму в поселке на Санавирском хребте, а там это традиционное лакомство.
— Вам приходилось много путешествовать, — заметила Кетти. В смесь добавили молоко и муку, Арно передал венчик, и Кетти взялась за смешивание настолько старательно, словно готовила не кекс, а зелье.
— А у вас хорошо поставлены руки, — одобрил Винтеркорн. — Много тренируетесь в лабораториях, готовя домашние задания по зельям.
Кетти даже разрумянилась от похвалы. Авенхви тем временем принес размягчившийся изюм, по указанию Арно измельчил цукаты, и я спросила:
— А для меня найдется задание?
Винтеркорн вновь одарил меня тем взглядом, который, кажется, проникал в самую глубину души, и ответил:
— Тебе — самое главное. Выстели формы пергаментом и вылей тесто с изюмом.
— Издеваетесь, — проронила я. — Это вообще не задание. Не понимаю…
— Я тоже не понимаю, кто пустил некромантку на кухню, — с прежней дружеской улыбкой ответил Арно. — Но ведь не спорю же. Вот и ты не спорь.
Я хотела было ответить как-нибудь хлестко, так, чтобы он больше никогда не поддевал меня, но потом поняла: Винтеркорн провоцирует. Хочет посмотреть, что случится, если я, например, разозлюсь по-настоящему.
Вот уж нет. Я не собиралась доставлять ему такое удовольствие. Перебьется.
— Хорошо, — согласилась я. — Времени у нас достаточно, мы все-таки приготовим пончики с вареньем. Миррин Анжелина их ждет.
— Миррин Анжелина это та воинственная богиня? — уточнил Арно, и Тао сразу же насупился, заподозрив конкурента. Судя по его взгляду, он прикидывал, когда вызвать Арно на дуэль, сейчас или попозже. Я кивнула.
— Именно она. Если пончиков не будет, то это ее расстроит.
— Ни в коем случае, — Арно прикрыл глаза и мечтательно улыбнулся. — Кекс — в духовку. Займемся пончиками.
* * *
Джон
— Ты мог хотя бы подыграть мне?
Я хотел было выйти из тренировочного зала, но Анжелина удержала — взяла под локоть так цепко, что почти послышался хруст кости. В ее глазах сейчас плескались золотые искры — верный знак, что миррин Хольцбрунн в ярости.
— Не выставлять меня на посмешище перед всей академией! Просто. Сделать. Вид, — она смотрела мне в лицо так, что я на всякий случай усилил защиту. Проклянет ведь на нервной почве, приятного мало.