Дождь как повод для знакомства (СИ)

========== Глава 2. Осенний дождь и смайлик на салфетке ==========
Он снимал двухкомнатную квартиру неподалёку, хотя родители отговаривали его, пугая взрослыми проблемами, вроде протёкшего крана или оплаты счетов.
— Ну, что, небось, нажился уже один?! Захотелось домашних пельмешков, да? — радостно усмехалась мама всякий раз, когда Захар приходил к родителям домой.
— Нет, не нажился. Да, захотелось, — отвечал он с улыбкой, обнимая маму.
Он часто приходил к ним в гости, но возвращаясь домой, в свою тихую квартирку, всё равно испытывал ни с чем не сравнимое чувство чего-то своего, собственного, личного. Ему нравилась самостоятельность. Ему нравился творческий беспорядок. Ему нравилось есть не на кухне за столом, а на диване, перед экраном ноутбука или закутавшись в одеяло на кровати. Ему нравилось, когда он мог оставить очистки от апельсина на прикроватной тумбочке и убрать их лишь на следующий день. Конечно, были и минусы. К примеру, если забыть развесить бельё сразу после стирки, то оно могло пролежать в стиралке сутки, и мама отнюдь не вытащит его, ворча про забывчивость сына, оно так и останется там лежать, пока не начнёт вонять.
Оказавшись дома, изрядно замёрзший Захар сразу же отправился под горячий душ, а затем его ждала мягкая постель. Он уже привык засыпать под звуки постепенно просыпающегося города, а пробуждаться под размеренный городской гам, какой бывает только в час пик. Кружка горячего зелёного чая и вновь перевод. Это вторая книга Захара, которую он переводил для издательства. И вновь очередная сопливая история бедной девушки, которую никто не любит, но вот появляется ОН и всё меняется в мгновение ока. Всё строго по законам незатейливых любовных историй: воздыхания, страдания, признания и непременный хэппи-энд. Похоже, подобная литература просто преследовала Захара.
— А на что ты надеялся? — отвечала ему Лиза, когда он жаловался, что вновь получил заказ на перевод янг эдалта {?}[Подростковая литература (англ. Young adult literature)], — ты же не думал, что тебе сразу же доверят переводить Чака Паланика?!
Захар понимал, что Лиза права, но что поделать, если сюжет этих книг вызывал лишь раздражение. Точно так же как и парочки, которые частенько заходили в «Булочку» и сидели за столиком, словно их приклеили губами друг к другу суперклеем.
«Как хорошо, что мне эти телячьи нежности не грозят», — думал про себя Захар, отворачиваясь от очередной девушки, что влюблённо хлопала глазами, смотря на своего парня, а тот, в свою очередь, вцепился в её руку, словно клещ.
Захар — гей. А у геев всё по-другому. Никаких нежностей, никаких длительных отношений, никаких романов и прогулок под луной, никаких знакомств с родителями, никаких свадеб и обещаний быть вместе до конца. Оставьте эти сложности гетеросексуальным парочкам. У геев всё гораздо проще. Гораздо свободнее. Захар уже давно усвоил это.
Хотя, впервые услышав эти слова в свои семнадцать от парня, который ему только что хорошенько подрочил, Захар был неприятно удивлён.
— Нет, приятель, это так не работает, — ответил тот сразу после того, как Захар предложил встретиться на следующий день, — пойми, не стоит цепляться за что-то одно, когда вокруг столько возможностей для удовольствий. Не нужно ограничивать себя, и не бери пример с окружающих тебя парочек. Они не понимают и никогда не поймут толк в настоящих удовольствиях.
Дверца хлопнула особенно оглушительно, когда он вышел, оставляя Захара одного в туалетной кабинке ночного клуба. Он не хотел верить в то, что только что сказал этот парень.
Не хотел.
Но день ото дня, месяц от месяца, год от года убеждался в правоте этих слов. Сколько ещё у него было вот таких мимолётных удовольствий в кабинках ночных клубов, Захар не знал. Но знал наверняка лишь одно — желания с кем-то из них встретиться на следующий день и выпить вместе чашку чая у Захара не возникло ни разу. Ни с кем из них ему не хотелось сблизиться. И похоже, слова того парня действительно имели смысл. У них всё по-другому. Не так, как у этих парочек, описываемых в книгах, или тех, что сидят за столиком, влюблённо уставившись друг на друга.
 
Сколько Захар себя помнил, его всегда привлекали мальчики. О том, что он гей, знала лишь Лиза, хотя Захар подозревал, что родители тоже догадывались. Но он не признавался им в этом, просто не чувствуя такой необходимости. Они никогда не лезли к нему с расспросами, есть ли у него девушка и когда он их познакомит. Захар был почти уверен, что даже если когда-нибудь признается родителям, то они поймут. Они никогда не ограничивали его в том, что касается самоопределения и самореализации. Хочешь выучить французский? Давай запишемся на курсы! Мечтаешь выучиться играть на гитаре? Давай подберём репетитора! Хочешь тату? Давай дождёмся, когда тебе исполнится восемнадцать, а пока подбери изображение! Тогда он ещё не осознавал этого, зато сейчас в свои двадцать три понял, насколько его родители уникальны, и как ему повезло с ними.
Закончив работу над очередной главой, Захар не спеша приготовил себе омлет. А затем с аппетитом умял его под стакан молока и ведьмака, отсекающего головы разным чудищам (да, выбор сериала Лиза бы точно не оценила). А вечером он вновь шёл в кофейню по знакомой тротуарной дорожке и наслаждался видом падающих листьев. У бордюров их накопилось особенно много, поэтому Захар шёл по краю, с удовольствием утопляя свои ботинки в шуршащем лиственном море. Он засунул руки в карманы ветровки, потому что на полном серьёзе считал, что не сможет удержаться от того, чтобы наклониться и, взяв охапку листьев в ладони, запустить это всё в воздух над собой.
«Ну, я же не ребёнок, ей-богу! Прекрати об этом думать! — собственный голос разума одёргивал его, а ребёнок внутри радостно вопил, — уиииии! Как это было бы весело!»
От внутренних противоречий отвлёк шум промчавшегося по дороге мотоцикла. Захар тут же вспомнил загадочного ночного посетителя, ворующего у Гены вай-фай. Он поднял голову, взглянув вслед мотоциклу, белокурая чёлка вновь упала на глаза, и Захар привычным кивком головы откинул её. Ему вдруг вспомнился сегодняшний сон — запах мужского тела, смешивающийся с ароматом кожаной куртки, щетина, что слегка царапает кожу щёк, и хрипловатый голос.
Захар тут же тряхнул головой, прогоняя воспоминания о сне. Ещё чего не хватало! Думать о парнях-натуралах в этом самом смысле он не собирался. Может быть, нужно дождаться выходных и сходить в клуб, развеяться? Захару никогда не составляло труда подцепить какого-нибудь красавчика. Кажется, последний раз это было почти месяц назад. Парень, которому он хорошенько передёрнул в туалетной кабинке ночного клуба, решил сделать ему минет. Это было неожиданно и приятно. Выходя из туалета в шумный танцевальный зал, он попытался прислушаться к себе — а вдруг?! — но нет, абсолютно никакого желания встречаться с этим незнакомцем вновь не возникло.
Захар подошёл к «Булочке», сквозь стеклянную дверь было видно, что народу много, и Лиза вместе с Геннадием в аврале. Он открыл дверь, и звук колокольчика утонул в шуме разговоров и позвякивании посуды.
— Ты сегодня даже раньше обычного, — устало улыбнулась ему Лиза из-за кассы.
— Иди и отдохни, я сейчас переоденусь и заменю тебя, — сказал Захар, устремляя свой взгляд на прилично округлившийся животик своей подруги.
Геннадий — настоящий скряга! Ведь прекрасно видит, что Захар вдвоём с Лизой не справляются, и всё равно не нанимает третьего человека. Тем более теперь, когда Лиза ждёт ребёнка. Её муж Алексей категорически против того, чтобы Лиза и дальше продолжала работать, но, видимо, для неё эта кофейня тоже много значила, и Захар в какой-то мере мог понять её.
Парень прошёл в бытовку, быстро скинув свой рюкзак, затем стащил шарф и ветровку. Когда завязывал на себе фирменный тёмно-зелёный фартук и цеплял бейджик с именем, поймал себя на мысли, что давно отвык от аврала. Почти всё лето он брал только ночные смены. Но и в дневных было своё очарование. Когда он втягивался в быстрый ритм и выполнял всё чётко и быстро, то чувствовал себя после окончания час пика уставшим, но довольным.