Ребенок от отчима (СИ)

— Заманчивая идея, но пока рано, — хмыкает, расхохотавшись. Пожимает мне руку и указывает в сторону каменной равнины, на которую можно сесть. — Рассказывай, что произошло и что с тобой? Что тебя из себя вывело настолько? 
— Катя беременна, — произношу на одном вздохе.
— Ну знаю, — кивает расстроенно. — Но не от тебя же. Так что расслабься! Будешь дедом, раз отцом не вышло.
Поджимаю губы.
— От меня, — шепчу, и вместо смущения, в этот раз радостно и с гордостью. А чего, собственно, мне стыдиться перед племянником. У нас с Катей всё тогда по обоюдному согласию было.
— Да ладно, Карим!
— На дне рождении Алисы, — уточняю. — Я, млять, не знал, что она дочь Ольги. Понимаешь? Знал бы… Никогда! Впервые изменил жене и получилось, что с её дочерью! Неловко вышло, когда Ольга познакомить нас решила. А потом узнал, что она беременна! Дважды счастливчик! Скажи?
— Ты, конечно, извини, старик, что в такие дела лезу, но у меня всегда есть презик. В машине, в кармане и даже в кошельке. Мог бы попросить. Чего уж, не поделился бы? Тогда бы не было такой ситуации...
— Я таблетку ей после дал, — делюсь сокровенным. — Хрен его знает, почему не сработала.
— Карим, Катя на аборт не согласится. 
— И не надо.
— Решил рискнуть?
— Я на УЗИ был. У меня дочь будет, малой, — произношу с усмешкой. — Девчонка, Рус. Понимаешь? Дочь у меня будет! Моя!
— Уверен, что девчонка? — с сомнением переспрашивает, смотря на меня с болью. — Ну… может, как в прошлый раз?
— Уверен, как никогда! Два врача смотрели и говорят — девочка будет! Плюс к тому, когда выкидыш начался, тоже подтвердилось, что девчонка.
Долгое время смотрю вперёд и представляю, как буду водить свою малышку в бассейн, на танцы или куда она сама захочет. Как буду ей деньги на всякие там платья и косметику давать.
— Тогда, старик, поздравляю! — наконец заговаривает Рустам. — Но втащил бы тебе, по чесноку. Я тогда Катю от одного урода спас, который поиметь её хотел, а ты… Я это сделал, чтобы ты на неё залез? Разочаровываешь, дядь...
— Так вышло, Рус.
— Я ж жениться на ней хотел, — рассказывает, со вздохом. Встаёт и начинает ходить передо мной. — Сам же говорил, выбрать себе хорошую. Я и выбрал себе, а ты её... Она мне всё отказывала. Чушь про мою любовь к Алисе несла. А теперь всё понятнее становится. Просто ребёнка мне вешать не хотела. Благородная! А могла бы! Я чужих детей не боюсь! Да и получается, что Катя… с отчимом. Оу!.. представляю, что в её голове творится сейчас. Н-да, нелегко девчонке все эти месяцы было!
— Я развожусь с Ольгой, чтобы Катю не смущало, что у неё дочь от отчима.
— Женишься на Котёнке?
— На Кате? — переспрашиваю. — Не знаю… Глупо это. Да и перед профессором стыдно. Лучше просто ребёнка вместе воспитывать будем.
— А чего глупого? — возвращается обратно ко мне. — У вас дочь общая. Катя девчонка правильная. Глупо будет, если станешь для единственной дочери папой на выходные. Это не круто, старик. Поверь, я знаю!
— Да я и сам хочу участвовать в жизни Кати и малышки. Но не знаю… между нами нет любви. Какой брак и отношения? Да и она не согласится никогда! Я для неё отчим и гад!
— Ты ещё скажи, что она тебя не вставляет! — восклицает Рустам. — Не хочешь её в койку затащить. Не поверю! Даже я хочу… кхм… хотел. Бред несёшь, Карим! Она тебя вставляет! По лицу вижу. Так что бери её в охапку, как только выйдет из больницы и пару дней из кровати не выпускай. Ласкай, целуй и всячески ублажай, чтобы сразу после развода с её матерью согласилась на брак с тобой. Женой хорошей будет тебе, а матерью для ребёнка тем более! 
— Рустам, следи за языком.
— Я не только за ним слежу, но и за глазами своими. У вас будет дочь, и это гораздо круче какой-то там любви, — по-мужски закидывает мне руку на плечо и философствует, как бывалый семьянин. — Ты Катю полюбишь только за то, что родила тебе кроху. Я тебя знаю. А Катя в тебя тоже влюбится. Ты главное, сухаря выключи и иногда к ней нежнее относись. Повторю последний раз — Катя в сказки верит и принцев.
 
— У вас с Катей что-то… было? — спрашиваю с хрипотцой в голосе.
Ревную, чёрт возьми, Кису.
Как представлю, что после меня ещё кто-то был у неё, так шею свернуть хочется и ей и её партнёру.
— Ревнуешь? — догадывается Рустам, но не дразнит и не провоцирует. — Да не было между нами ничего. Мы друзья. Ближе она никого не подпускает. Так что зелёный свет!
— Посмотрим по обстоятельствам, как оно будет. А сейчас… говори ты, — меняю тему, потому что его сводничество меня раздражает. Мы с Катей сами как-то всё решим. — Чего грустный?
— Ой, брось!
— Говори!
— С Алисой поцапались, — закатывает глаза. — Она уезжать в свою Францию решила и никого не слышит. Говорю ей, что её там как дурочку разведут и никто помочь не сможет, а она… уеду, уеду. Выбесила меня, короче. До трясучки.
— Переживаешь за неё?
— А как не переживать, Карим! — восклицает. — Мы с ней не один год бок о бок живём. Родная для меня стала. Знаю ведь её и понимаю, что придёт какой-нибудь француз и её наивностью воспользуется. Это она только со мной кусается, а с другими прям ангел святой.
— Так скажи ей, что не хочешь, чтобы она уезжала, — советую, сочувственно глядя на влюблённого племянника, который мучается из-за своих чувств.
— А я, думаешь, не пробовал? Упрямая она! Как её отец!
— Ну, значит, езжай с ней.
— Делать мне больше нечего! Хочет уехать? Пусть едет! Разведут — вернётся! И поймёт, кто прав был! Я ей ещё и припомню! Всю жизнь припоминать буду!
— Ох, влюблённые такие слепые и гордые…
— Харе, Карим! Давай в машину! Поедем к маме. Там твоя прости-господи пришла и в уши ей такие дифирамбы заливает, что даже я скоро слезу пущу от того, какой ты козёл. Но мать не ведётся. И всё же… забери эту ненормальную… Алиска ей скоро все глаза выцарапает.
Глава 16
Катя
— Катюша! — восклицает дедушка, войдя в палату с двумя пакетами гостинцев. — Девочка моя! 
— Дедуль, — тяну и шмыгаю носом, увидев родного человечка. Готова сейчас прыгнуть к нему в объятия и долго-долго плакать. Из-за мамы, которая чуть нас не убила. Из-за того… что Кариму поверила. И прониклась к нему симпатией. И теперь у меня появились подозрения, что он раньше не хотел меня видеть. 
Вдруг мама не хотела нас познакомить раньше? И поэтому никогда не приглашала, говоря, что её муж не желает видеть лишних людей в доме.
Приподнимаюсь на кровати немного и смотрю на дедушку, боясь отвести взгляд и понять, что я вновь одна. После того, как ушёл Карим, ко мне ненадолго зашла подруга, которая ругалась на мою маму-«кукушку». А когда она ушла… то почувствовала себя особенно одинокой.
— Ну всё, дурёха! Хватит рыдать! — дедушка берёт стул и садится рядом, отложив пакеты и приобняв меня. — Главное, что ребёнка спасли. Всё хорошо! И с тобой, и с малышом! А то, что в больнице будешь, так ещё лучше! Подлечат, успокоят и витаминами организм напитают.
— Ага! Со мной моя крошка, — опускаю руки на живот и глажу ещё не родившуюся дочь. — Со мной.
— И что нам теперь делать? — вздыхает дедушка, утирая следы моих слёз.
— Ну… лечится, а потом ждать появления малышки, — пожимаю плечами, смотря на пузико. Маленькое ещё, но такое значимое.
— Я про твои шуры-муры, — сурово уточняет дедуля. — Когда собиралась мне сказать, что беременна от Карима?
— Я… — растерянно пытаюсь собрать мысли воедино. — Откуда узнал? 
Кто ему сказал? Ведь о том, что он отец моего ребёнка, знали только я и Карим. Даже Алиске ещё не призналась.
 
— Сам папаша оповестил меня, — не скрывает прародитель. — Ну так что?
— Не собиралась я никому рассказывать, — опускаю глаза в пол, но затем поднимаю их обратно на дедушку. — А как тут расскажешь? Привет, дедуля! Знаешь, а я жду ребёнка от мужа моей мамы. Так? Ты бы меня осудил и разочаровался во мне. Но ведь когда мы переспали, я не знала, что Карим мой отчим. Понимаешь?