Дело Кристофера (СИ)

— Прости. Ты уже однажды уезжала в Мельбурн. Мы не могли это воспринять хорошо. Так что… еще раз прости. Но нет.
Чтобы не продолжать неприятный разговор, я открываю ноутбук и захожу на портал Бабочек. В надежде на ответ Шона посматриваю на свои сообщения. Пусто. Это что, наглядная демонстрация несогласия с моим решением жить самостоятельно? Или, может, он, как всегда, делает не то, о чем я попросила? Что гадать? Толку-то никакого. Вздыхаю и пролистываю стену. Последний комментарий прислал Такаши.
TkshMk: Рад видеть, что вам лучше, Джоанна.
Joe: Спасибо, Такаши. Так здорово всех здесь видеть, будто и не расставались с самой Сицилии.
TkshMk: Да, проект "пообщайся с Бабочкой в интерактиве" работает совсем как надо.
Joe: Да бросьте, мы вовсе не шоу-индустрией занимаемся.
TkshMk: Ну конечно, Шон не признается, но это пиар в чистом виде. И офис Бабочек тоже. Он всего лишь набивает нам очки, привлекая новые кадры.
Joe: А я думала, что это нечто типа "один за всех". По крайней мере, Картер однажды сказал, что Бабочкам не хватает единства. И да, здание офиса красивое. Там полная панорама Сиднея. Откуда бы вы еще могли об этом узнать?
TkshMk: Я бы с удовольствием полюбовался.
Joe: Могу вечером прислать фото.
TkshMk: Было бы здорово.
Joe: Ладно, мне пора работать. А то по мою голову придет наш страшный и ужасный начальник лично.
TkshMk: Хорошего дня, Джо.
Joe: Спасибо!
Однако моим мечтам не суждено сбыться, потому что у нас на кафедре появляется Шон собственной персоной. И я просто до неприличия рада его видеть.
— Привет, — говорю я, пытаясь выглядеть хотя бы вменяемой.
— Пошли со мной.
Я и не думаю сопротивляться. Этой чертовой закрытой аудиторией он меня подкупил еще сильнее, чем проектами и вчерашними разговорами о переезде.
— Собираюсь получить грант на исследования. Тема тебе придется по душе, насколько я знаю, уже знакома с этой штукой. Но не можешь руководить, ведь в последнее время мало публиковалась.
— Военные не особенно жаждут раскрывать свои секреты, — тут же начинаю оправдываться.
— Именно, — кивает он. Значит это не очередная порция обвинений. Уже хорошо. — Но по этой причине проект буду возглавлять я.
— Да уж, тебе точно не откажут в финансировании. Так что за тема?
— Квантовый компьютер*. Собираюсь написать для него язык программирования.
* Штука намного более экзотическая, нежели суперкомпьютер, новоизобретенная, говорят, оставит нынешних программистов без работы, ибо принципиально иная. Размерами, опять же, впечатляющая. Обещает быть быстрой.
— Как… да как ты узнал, что я над этим работала? Картер, это же закрытая информация.
— Моя работа заключается в обнародовании закрытой информации. К тому же, ты уже преступница, казнить тебя дважды не получится. Думал, что ты больше обрадуешься.
— Я рада. Но не в той части, где мне собираются дважды казнить, — кисло отзываюсь я.
— Поначалу проект будет простенький, а потом уже выбьем нормальное финансирование и команду. Бабочек подключим. А пока… просто развлекаемся, Конелл. Я еще с этой машиной дела не имел. Ты меня обскакала.
— Ненамного. Она жуткая.
— А должна стать родной.
— И участников проекта я выбирать могу?
— Можешь. Но, Конелл, это проект моей кафедры. Не вздумай протаскивать туда Клегга.
А затем мы входим в комнату, где стоит квантовый компьютер. Это ящик. Но также наше светлое будущее. Идея, которая восхищает многообразием возможностей. И вот стоим мы с Картером плечом к плечу и таращимся на это чудо науки и техники.
— Это круто. Думаю, надо взять в проект Каддини. Он будет в восторге.
— Ты не возьмешь в проект Каддини, — бесстрастно парирует Шон.
— Но он мой…
— Он не твой, а мой, — поправляет он меня. — Однозначно.
Поворачиваюсь к нему, недоверчиво смотрю. Мы что, действительно начнем делить студентов?! Можно еще мелом разметить территорию кампуса. Чур, буфет мой!
— Верно, Картер. В этом здании каждый кубометр воздуха твой. Но про Каддини ты, наверное, шутишь. Скажи, что ты шутишь.
 
— Я не позволю кафедре параллельного программирования переманивать у хакеров лучших студентов, — сообщает Картер, скривившись.
— Я не переманиваю, я… просто… да на кафедре защиты работаете вы с Хелен. А сумма вашего обаяния равняется минус единице! Клегг куда симпатичнее, а уж я так и вовсе прелесть.
Не странно, что перепуганные цыплята бегут туда, где теплее.
— Прости, Конелл, но я вынужден тебя разочаровать. По социальным меркам Клегг куда прелестнее тебя. У него хотя бы моральные принципы имеются. — Один-один. — И, если ты думаешь, что я забыл о теме разговора — не выйдет. Не вздумай включить в проект Каддини!
— Постой, это же проект твоей кафедры. Твоя кафедра и твой студент. Даже у меня меньше прав в нем участвовать.
— Точно. Будешь тянуть на себя одеяло — исключу.
— Не это ли ты от меня требовал еще вчера?
— Поверь, твоя старательность мне угодить впечатляет.
— Что?!
— Но не думай, что я позволю тебе делать все, что заблагорассудится.
Стою и смотрю на него, а сердце бьется как бешеное. Это мне за вчерашний отказ? Он злится, что я не согласилась переехать к нему? Или это он злится дежурно? Я так долго на него смотрю, что мне начинает казаться, будто расстояние между нами сокращается. В голову врезаются посторонние запахи, которые невозможно игнорировать. О нет! Так не пойдет.
— Пришли мне ведомости студентов, я посмотрю, кого можно взять в помощники. И даже не думай пропихнуть Ребекку Йол, иначе она будет плакать. Много, долго и часто. Тебе очень не понравится, уверяю.
После этого я разворачиваюсь и ухожу, но слышу смех за спиной. Черт возьми, это же флирт и ни на процент не меньше! Что я делаю? Что мы делаем?
И, списка претендентов на место под солнцем — пардон, за штурвалом суперкомпьютера — я выбираю некую Аманду Грейс. Не знаю ее, я у этой группы никаких дисциплин не вела, но у этой девушки впечатляющие оценки. Иду на кафедру хакеров.
— Каддини, ты Аманду Грейс знаешь?
— Ага, Док. А что?
— Она австралийка?
— Ээээ… да, — глаза у парнишки становятся круглыми-круглыми. А у меня серьезный академический вопрос, между прочим.
— А она симпатичная?
— Эмм… хмм… А тебе по какой шкале.
— Ну, уж не до хорошего. Вон Хелен сидит, — бодро указываю я на свою одногруппницу. Та честно пытается возмутиться. — Аманда Грейс симпатичнее?
— Нет… Док, блин… мне здесь еще учиться. И у мисс Амберт тоже!
— О, не переживай, тебе благоволит сам ректор. Так что твоему диплому с отличием ни одна сиднейская мымра не помешает. Так Грейс, говоришь, не очень?
— Не очень, — вздыхает он.
Вот и славно. Девица определенно не во вкусе любителей заграничных диковинок…
Я привычно расстилаю одеяло около окна в офисе Бабочек, ставлю на него стаканчик с кофе из старбакса и радостно плюхаюсь рядом. В этом месте мне так уютно и спокойно. Я не хочу думать о причинах, их осознание может нарушить это умиротворение.
Захожу на портал. Как и обещала Такаши, вчера я выложила фотографию себя вот на этом самом месте. Вечером, на фоне нарядных Сиднейских огней. Пришлось повозиться, чтобы снять все так, как хотелось, но вышло замечательно: и ночь, и окно, и я, сложившая пальцы сердечком. Поддавшись порыву, сделала на фото надпись "Love Sidney". Пусть те, кто в курсе моей татуировки, позабавятся.
Мировая вышла фотка. Просто загляденье. Теперь красуется на моей стенке. Однако, ответа от Такаши дожидаться не стала: было уже очень поздно, и, хотя у нас с ним разница во времени час (причем у нас этот час в плюс), по ночам он на портале не сидит. Решила посмотреть утром. И не прогадала. Такаши, видно, жаворонок, бедняга, так как сегодня суббота, у них в Осаке сейчас всего восемь, а он уже мне ответил.
TkshMk: Да, впечатляет. Надеюсь, что когда-нибудь увижу это лично.