Запрети тебя любить (СИ)

Но если думает, что я с ним с первого дня ругаться начну, то глубоко ошибается. И не таких к земле гнула.
Улыбаюсь его спутнице:
— Присаживайтесь…
— Оля, — боязливо говорит она. — Ольга Добрева.
— Да, Оленька, — моя улыбка становится теплее, — какое красивое имя.
Самое обычное. Но я нарочно улыбаюсь девушке и не смотрю на Никиту.
Хотя очень интересно, почему он попросился в бухгалтерию? Если память мне не изменяет, то изначально его направили в отдел продаж. Ну да ладно, не мое дело.
— Сейчас подберу каждому из вас личного куратора.
Достаю телефон и захожу в рабочий чат.
Кому бы отдать их на растерзание? Ага, есть вариант. Славского отправлю к Олегу Николаевичу. Так от него хоть толк будет. Все же парень тут для обучения, а не для того чтоб глазки строить. Ну а Оля…
Олю Надежде Ивановне отдам. Надежда у нас дама ответственная, пусть учит молодежь.
— Зачем куратор, разве вы не можете обучить? — прерывает мои мысли Никита. — Недостаточно опытны?
Я кидаю на него беглый взгляд и возвращаюсь к телефону. Но успеваю заметить, как этот наглец пялится на мою грудь. Без всякого стеснения. Будто мы с ним в каком-то баре сидим, а не в кабинете начальника отдела.
Одернуть его или проигнорировать?
А ведь он именно первого и ждет. Что я вступлю с ним в диалог, и мы начнем бесконечную пикировку.
Ох, не дождешься, дорогуша.
Позволяю себе холодно улыбнуться:
— Боюсь, что я слишком занята, чтобы тратить время на вас.
— А я всегда думал, что учиться надо у начальства, — настойчиво и нагло продолжает Никита.
Он явно хочет выбить меня из равновесия. Но не на ту напал.
— Я каждому из вас дам опытного сотрудника, который будет уделять вам должное время и внимание. Будете приходить в офис на пару часов в день. Вас научат как работать с документами, покажут программы, — перечисляю деловым тоном.
Затем нажимаю кнопку коммуникатора. Прошу Олега Николаевича и Надежду зайти в кабинет.
И все это время Никита не сводит с меня пристального взгляда. Он так откровенно разглядывает меня, будто раздевает глазами. Взгляд медленно скользит по мне, обрисовывая формы, пока не замирает на руках.
Парень хмыкает.
Делаю вид, что не слышу. Но с трудом сдерживаю желание спрятать руки под стол. Потому что на загорелой коже еще виден след от кольца.
Мои последние отношения продлились целых два года. А потом я свалила в закат. Но сначала все было как в сказке: он старше на восемь лет, умный, циничный и с собственным бизнесом. Не мужчина — а мечта. И я летала с ним, словно на крыльях, пока однажды он не сказал: “Котенок, я буду спать с этой бабой какое-то время, это нужно для бизнеса. Но люблю я тебя".
Это случилось за неделю до свадьбы. Не в силах осознать услышанное, я ходила, словно пришибленная. Думала, это шутка. Но когда он не пришел ночевать, поняла, что никто не шутил. Глотая слезы, собрала вещи и просто ушла.
Через два дня прилетело смс, что я дура.
Что ж, дура так дура.
Я молча заблокировала абонента, и с тех пор мы ни разу не виделись. Но горечь обиды осталась. Я дала себе слово, что сосредоточусь на карьере. Больше никаких влюбленностей и никаких разочарований.
С тех пор прошло полгода. В моей личной жизни полнейший штиль. И я даже научилась получать удовольствие от одиночества, как вдруг появился этот Никита. Ощущение, что он намеренно выводит меня из себя.
Дверь в кабинет открывается.
— Вызывали, Диана Георгиевна? — заглядывает полный мужчина с залысинами.
— Заходите, Олег Николаевич, — киваю ему.
Он протискивается внутрь, вытирая потный лоб платочком. Следом за ним входит Надежда.
— Принимайте стажеров, — показываю им на Никиту и девочку, чье имя я снова забыла.
Мои работники оценивающе поглядывают на новичков.
— Диана Георгиевна, а я не могу, — внезапно заявляет Олег. — У меня квартальные отчеты горят.
— Вот и прекрасно. Покажете Славскому, как их правильно составлять. Вечером все мне на стол.
— Да, конечно, — тушуется он. — Все сделаю, как надо. Молодой человек, прошу за мной.
 
Надежда забирает девушку. Эти двое вроде нашли общий язык. А вот Никита не особо спешит вставать.
— Есть вопросы? — спрашиваю его.
— Да, — растягивает он слова. — Что делаете сегодня вечером?
И смотрит своими темными глазами в мои. Нагла, жарко и откровенно.
Прищуриваюсь. Демонстративно обвожу его оценивающим взглядом и холодно выдаю:
— Проверяю квартальный отчет. Вы свободны. По всем вопросам обращайтесь к Олегу Николаевичу.
Парень кидает на меня выразительный взгляд, прежде чем выйти из кабинета.
Наконец-то можно расслабиться!
Откидываю на кресле и устало прикрываю глаза.
А кровь толчками бьется в висках.
Нельзя, нельзя реагировать на провокации этого парня! Не знаю, чего он добивается своим поведением, но я не дам ему ни единого шанса.
  
3
 
Конец рабочего дня. С нетерпением поглядываю на часы: еще пятнадцать минут и все — я свободна!
Но именно в этот момент начинается паломничество коллег с отчетами.
Кажется, придется на часик задержаться. Квартальные отчеты это не шутка, нужно все проверить. Можно, конечно, заставить это сделать кого-то другого, но я привыкла все контролировать. И в личной жизни, и на работе. Всегда руководствуюсь золотым правилом: хочешь что-то сделать хорошо — сделай это сам!
Тем более, если сегодня не проверю хотя бы часть бумаг, то завтра мне придется сидеть здесь ночевать.
Кошусь на стулья для посетителей.
В теории, если их сдвинуть, а еще взять из дома подушки и одеяла, то с легкостью можно здесь отдохнуть.
Так, не будем об этом.
Открываю первый отчет. Цифры пляшут перед глазами. Все-таки я устала за день. Но не проверить нельзя. Если что-то упустить и сдать в налоговую, то штрафы могут быть нереальными. Благо у нас там свои люди есть и всегда ошибку можно исправить, но лучше к этим людям лишний раз не обращаться.
Поэтому и сижу.
К третьему отчету в глаза уже будто песок насыпали.
Прикладываю пальцы к векам и потираю их.
Вот она прелесть тридцатилетнего возраста. Зрение падает, глаза устают, голова болит не по делу, а если резко встать с места — так и спину заклинить может.
Поэтому я стараюсь хотя бы дважды в неделю посещать зал и хожу на массаж. Нужно поддерживать форму. С детства помню, как неприятно болеть. Каждую зиму лежала в больнице то с одним диагнозом, то с другим.
Затекшее тело требует сменить позу. Я поднимаю руки вверх, потягиваюсь в кресле и откидываю затылок на спинку. Глаза закрыты. На душе — полный покой. Позвонки хрустят с благодарностью.
— Шикарное зрелище, — раздается низкий мужской голос.
Мои руки тут же падают.
Резко выпрямляюсь. Фокусирую взгляд на вошедшем.
Студентик!
— Вас стучать не учили? — хмурюсь. — Почему вы вообще еще здесь?
Чувствую неловкость от того, что он застал меня в такой позе. Хотя чего это мне должно быть неловко? Я у себя в кабинете!
— Да вот, задержался, — лыбится он, изучая меня. — Решил занести квартальный отчет.
— А Олег Николаевич?
Никита медленно приближается к моему столу. Двигается легко и непринужденно, с завораживающей хищной грацией.
Хорош, чертяка!
И вопреки здравому смыслу, у меня в горле пересыхает. Понимаю, что не могу отвести глаз от парня.
Он кладет передо мной документы.
— Олег ушел. Я за него, — сверкают белые зубы Никиты.
— Благодарю.
Забираю бумаги, начинаю их перелистывать.
Знаю скрупулезность Олега Николаевича. За ним можно не перепроверять, но я нарочно тяну время.
— Можете быть свободны, — бросаю парню, не отрывая взгляд от бумаг.
Но вопреки моим ожиданиям Никита не отходит. Наоборот, нависает над столом, уперевшись в него ладонями. Тень парня падает на меня.