Война (СИ)
Через пол часа, после краткого разговора с Первиалем и Агией, я выяснил, что шпион не их. Но все равно, пока решил не прибегать к чудесному способу быстро узнавать информацию, а для начала узнать, кому он передает данные, и на кого вообще работает.
Сделать это было довольно просто. Негодник настолько был уверен в своей псионической изощренности, что почти не скрывался. Взял и вышел в астрал прямо из библиотеки. Я, махнув с похмелья пару псионических коктейлей, проследовал за ним. И каково же было мое удивление, когда я обнаружил, что его мысленные линии пересеклись с сознанием Далия. Граф явно интересовался нашими делами, вопрос зачем? Я не стал долго присутствовать при их мысленном общении, чтобы не раскрыть себя. Да и передать он ему ничего из того, что Далий мог бы прямо спросить у меня, не мог. Да, надо обдумать, зачем ему такой сложный обходной маневр. Может Сафира приревновала и решила таким образом последить за мной? «Кто этих киротов знает, что у них в большой голове», — немного обиженно подумал я.
Оставлять псиона и улетать тоже не хотелось. Надо держать врагов при себе. Поэтому я выпросил разрешение прихватить шпиона с собой в качестве представителя сполотов, и Первиаль дал соответствующее распоряжение.
Сборы были недолгими. Мне конечно понравилось у сполотов — спокойствие, тишина, полумрак и налет аристократичности с добавлением технологий располагали к расслаблению, но пора было на войну. Я попрощался с Агией, которая не могла покинуть Первиаля по каким-то их протокольным соображениям, договорившись о новой встрече. Сполотка была горяча, да и мысли читала не хуже Сафиры, предугадывая все желания, было жаль, что я не могу взять ее с собой. Поэтому я ограничился большой благодарностью за теплый прием и лечение, а также помощь в организации обороны, пообещав вернуться. Но долг есть долг, и мы, загрузившись в прибывший наконец транспорт, вылетели в свой сектор. При этом мои котики неотрывно следили за помощником Первиаля, чтобы тот что-нибудь не учудил на корабле. Всё-таки корабль казённый, да ещё и принадлежит сполотам.
Надо сказать, что корабли сполотов сильно отличались от наших. Они были биомеханические и обладали разумом. Лично со мной корабль не общался, но всегда предугадывал желания — например, из стены неожиданно вырастал стул, когда ты хотел сесть, из чего я сделал вывод, что он обладает псионическими способностями. Лететь на мыслящем корабле было непривычно, но я быстро свыкся с обстановкой.
Делать было особо нечего, и я пошел к Марку, чтобы пообщаться со старым и первым моим другом в новом для меня мире.
Марк сидел у себя в каюте, разглядывая противоположную стену.
— Привет, можно? — Спросил я, уже войдя. Интересное кино показывают? — Я кивнул на стену.
Марк, как будто очнувшись, слабо улыбнулся мне и пригласил кивком головы к столу. На нем стояла початая бутылка с каким-то пойлом.
— Ты в курсе, что одному пить плохая примета? — спросил я, достав из кармана фляжку с псионическим коктейлем и чокаясь об его стакан.
— Мик, после произошедшего уже никакие приметы мне не страшны, — сказал Марк, откидываясь на спинку кресла, — я хотел тебе сказать, что сполоты отправили меня с тобой, чтобы я за тобой приглядывал. Вообще, есть ощущение, что только ради этого они и спасли меня.
— Марк, так это же чудесно! Приглядывай сколько влезет, я не против. Ты как вообще? Новая жизнь, новый чудный мир?
— Да, пока ничего нового. Те же корабли, те же опасности.
— А я говорил тебе найти работу попроще, пасти коров например, — сказал я, улыбаясь. Ну или хочешь, могу тебя устроить помощником Фобоса. Это наш штатный сутик, бывший политик. Будет не жизнь, а сказка.
— Пожалуй, воздержусь, Мик. Буду рядом с тобой.
— Я тебе благодарен, Марк. Всё-таки дружеская поддержка важна. Но есть одна вещь, которую я тебе должен сказать. — Тут я кратко поведал ему историю с Кирой и как она закончилась.
Марк какое-то время сидел задумчивый, а потом неожиданно произнес:
— Да я только рад, что вы прикончили эту двуличную стерву. Она мне даже не родная сестра, а сводная. Сколько ее помню, всегда портила мне жизнь, я и на флот то попал из-за ее интриг и алчности, она все пыталась подзаработать продажей секретных данных, полученных от меня, из-за чего я и загремел на экспедиционный линкор, где мы с тобой встретились.
Теперь уже я удивился. Я ожидал любой реакции, но только не такой. Мы выпили не чокаясь, и больше за этот вечер к теме Киры не возвращались, обсудив лишь ближайшие планы и вспомнив товарищей и знакомых, с многими из которых судьба нас разлучила. Я вкратце рассказал Марку о своей эпопее с Селестой и каким образом оказался в нынешней ситуации. Марк преимущественно молчал, что характерно для человека, год пролежавшего в криокапсуле. Так мы и просидели до момента, когда уже начали клевать носом.
Попрощавшись с Марком и вернувшись в каюту, я добавил псионической стимуляции, а именно, выпил пару коктейлей и поставил базы на изучение. Меня интересовали базы по стратегии и тактике высоких уровней, те, что в каталогах были со скрытыми описаниями. Ими удалось разжиться в имперской канцелярии, попросив Дропуса составить протекцию. Для доступа требовались подписи высокопоставленных чиновников, и изучивший их входил в координационный совет флота. В совет то я вошёл, но базы изучить из-за всех перипетий и коллизий не успел. Да и совета никакого по близости не наблюдалось. Мы были оторваны от наших союзников, да к тому же вошли в гипер. Так что я с чистой совестью и чувством выполненного долга отрубился.
Сектор астероидов C12Z
Прилетели мы в срок, и, что было практически невероятным, куда надо. Без всяких приключений, нападений, патрулей и прочих происшествий, которые преследовали меня в последнее время практически неотрывно. Чувствовалось, что сполоты не просто построили маршрут, но и посмотрели линии судеб, выбрав те, где по пути не встречались разнообразные реликты и прочие космические раритеты. Подумав об этом, я вспомнил о своем желании избавиться от ограничений нейросети Древних, позволявших им меня активно контролировать.
Мы вышли из гипера недалеко от Оазиса, и за два часа на малом ходу, чтобы не налететь на астероид, дошли до него.
Оазис, несколько баз на астероидах в системе C12Z, за это время разросся. От небольших модульных конструкций не осталось и следа, теперь там были выстроены космогостиницы, порты, причальная инфраструктура. Корабли, о которых мне уже было известно, стояли у причалов, команды сидели в гостиницах. Из-за войны мы не стали брать с них оплату за проживание — все равно новых постояльцев пока не предвиделось.
Конечно, такого великолепия, как на Дее или в Триме в космопорту не было, инвестиции для этого требовались не чета нашим. Но это были ультрасовременные здания — преимущество новых типов. Мы обратились для их проектирования и строительства в компанию Стилариум, которая специализировалась на относительно недорогих, но очень комфортабельных постройках в космосе, и результат оправдал себя, в этих сооружениях было приятно находиться. Все эти сенсорные панели, автоматические системы, очистка воздуха, искусственная гравитация. Жилось там неплохо.
Не пожалели мы денег и на оборону, которую выстраивали Поппер и Доппер. После нашего примирения с империями они вновь начали с нами полноценное сотрудничество, и теперь все станции были защищены не хуже военных баз. Конечно, против атаки имперского флота этой обороны надолго бы не хватило, но и сразу бы оборона не рухнула, дав достаточно времени для эвакуации. Против же небольших флотов или пиратов оборона работала на отлично, разрывая их на куски ещё на подлёте на расстояние выстрела — у нас стояли дальнобойные турели и гравитационные пушки с компенсаторами, всё-таки астероиды легко сбить с траектории отдачей орудий. Так или иначе, сейчас мы были в комфортном и защищённом месте, что весьма радовало — воспоминания о битком набитом спасательном боте были ещё свежи.