Только не дракон! или Невеста, ни с места!
- Хорошо, - я улыбнулась ему устало, и когда он ушел, посмотрела по сторонам.
Сюда не долетали звуки праздника, но мимо то и дело сновали придворные, каждый раз заставляя вздрагивать. Полутьма коридоров зазывно глянула в мое лицо, искушая приятным одиночеством. Не устояв, я нырнула в ее объятия и пошла вперед по темным «закоулкам», сопровождаемая эхом от своих же шагов.
Анфилада комнат закончилась небольшой приоткрытой дверью. Я скользнула за нее и оказалась в помещении, наполненном лунным светом. Он красиво струился по тяжелым портьерам и серебрил все вокруг – мебель, канделябры, картины и даже пушистый ковер, в котором тут же запутались мои каблуки.
Едва сумев освободиться, я услышала звук приближающегося разговора. Как не вовремя меня одолело любопытство! Попробуй объясни теперь, что я тут делаю. И все равно не поверят, по дворцу мигом разлетится какая-нибудь непристойная сплетня о невесте герцога Ардара. Не желая портить репутацию Ричарда и придумав ничего умнее, нырнула за плотные занавеси и затаила дыхание. Так, глупости творю, надо выйти, а то… Хотя нет, уже поздно.
- Да никого тут нет, - женский голос был томным и слегка дрожащим. – Иди же ко мне, Джеффри!
- Нам нужно быть осторожнее, Оливия, - хрипло выдохнул мужчина, и его голос мне тоже показался смутно знакомым. – Ты не фрейлина, тебе нельзя так неосмотрительно себя вести. Ты королева!
О! Я едва не вскрикнула. Вот угораздило же влипнуть в такой неприятный инцидент! Совершенно не горела желанием становиться свидетельницей адюльтера коронованной особы. Со своими секретами разобраться не могу, только таких зубастых тайн вдогонку мне и не хватало!
- Сейчас я просто женщина, - возразила Ее Величество. – И мне хочется любви!
Я вздохнула. А кому же не хочется. Мы все желаем, чтобы нас любили, гонимся за счастьем и творим такие безумства во имя любви, что потом оглядываемся назад и сами не верим, что были способны на такое.
На щеках расцвели пунцовые розы стыда – от тех звуков, что услышали запылавшие уши. Прикрыла глаза, мысленно застонав. Как стыдно, жаль, что моей магии не хватит, чтобы переместиться отсюда в коридор! Но увы, такой силы не имею, так что придется терпеть, помимо воли став свидетельницей постыдного адюльтера.
Мне хоть и претила супружеская неверность, я все же не могла винить королеву. Это только со стороны кажется, что ее жизнь сплошное веселье и роскошь. На самом деле вряд ли благосостояние и счастье зависят от того, сколько в твоем доме этажей. Даже сундук с роскошными и баснословно дорогими украшениями не сделает тебя счастливой, если нет любви и лада в семье, ведь вещами сердце и душу не согреешь.
Глава 22
Насколько я знала, принцессу Оливию выдали замуж пятнадцать лет назад, чтобы заключить мир с соседней страной и тем самым обезопасить нашу державу от назревающей войны с другим соседом. Она принесла мир и получила титул Мироносицы. Но поклонения непостоянного народа хватило на пару лет. Как и любви короля. А потом все забыли про принцессу, которая осталась в своих роскошных покоях никому не нужной.
Детей у них с Вильгельмом не родилось, и наш ветреный монарх постепенно утратил интерес к супруге, заводя любовниц и пропадая на бесконечных праздниках. Подданные уже не вспоминали про спасение от войны, напротив, проклинали королеву, которая не смогла подарить стране наследника. Они с удовольствием злословили, перемывая ей косточки и придумывая небылицы – одна красочнее другой. Прозванная Ведьмой, она тихо увядала, проводя один день за другим в своей золотой клетке.
Вряд ли такую участь можно назвать счастливой. Поэтому я не осуждала ее. Если королю можно порхать от одной придворной дамы к другой, похваляясь победами и считаясь героем-любовником, то почему Оливия должна вести себя по-другому? У нее всего одна жизнь, которую хочется прожить, а не тихо продремать в уголке, не привлекая ничьего внимания, будто ты не женщина, а старая ваза, которую под свое местожительство облюбовал паук.
Возня прекратилась, и я облегченно выдохнула. Меньше всего на свете мне хотелось бы сейчас быть здесь. Но через секунду моя уверенность в этом поколебалась.
- Так что там с Ардаром? – спросила королева, шурша юбками. – Ты выяснил, что происходит?
Мои ушки тут же встали на макушке в боевую стойку. Причем тут Ричард?
- Пока нет, - последовал ответ. – Но он что-то замышляет, это точно.
- С ним надо держать ухо востро, Джеффри. Иначе герцог со своей истовой верностью монарху все нам испортит.
- Я не позволю, не переживай, - промурлыкал мужчина.
Комнату наполнили чмокающие звуки поцелуев. Только не это, неужели они пошли на второй заход?!
- Следи за ним в оба, любимый, а мне пора, - шепнула королева, и я с облегчением выдохнула.
- Что это было? – напрягся ее любовник.
Кажется, мне не следовало так громко выражать свою радость.
- Ветер, наверное, - отмахнулась Ее Величество.
Спасибо высшим силам за ее беспечность! Правду говорят, что влюбленные женщины становятся неосмотрительными.
- Во дворце гуляют сквозняки да слухи, - мужчина, судя по голосу, улыбался. – Будь осторожнее, Ливи, от тебя зависит будущее государства. Иди, я выйду позже, чтобы не скомпрометировать тебя.
- Люблю тебя, мой тигр, - новые поцелуи – затяжные и влажные, вновь заставили меня напрячься.
Но вскоре королева прошуршала юбками к выходу. Хлопнула дверь. Я возблагодарила высшие силы, но как оказалось, преждевременно. Мужчина уходить не торопился. Вот не вовремя его осторожность одолела. Меня уже, наверное, Ричард ищет. Я домой хочу, к моей доченьке! Ну, давай же уже, герой-любовник, иди по своим делам. Что там у тебя на повестке дня, надо заговор планировать, рога королю наставлять, состояние в карты просаживать, на худой конец!
Но Джеффри словно к полу прирос. Звякнул графин, что-то булькнуло на дно стакана. Скрипнул стул. Я мысленно прошипела ругательства. Самое время скоротать вечер за бокалом горячительного! А потом и вовсе задремать. Хотя такой вариант меня устраивает. Прокралась бы незаметно к двери и выскользнула на свободу.
Что-то стукнуло несколько раз об пол, и я, приняв эти звуки за шаги, осторожно выглянула в прорезь между портьерами. Но радоваться вновь было рано. Это трость ударяла кончиком в паркет, отстукивая какой-то мотив. Богато разукрашенная каменьями палка. Такую захочешь, но все равно не сможешь забыть. Как и ледяной взгляд маленьких блеклых глаз ее хозяина – герцога Кавендиша, брата короля! На его пути лучше не вставать, если хочешь дожить до внуков.
- Где ты была? – взволнованный Ричард прижал меня к себе, когда я буквально влетела в его объятия, выбравшись из ловушки, в которую по своей же глупости угодила.
- Гуляла, - вдыхая его запах, ставший уже таким родным, прошептала в ответ, - немного не туда забрела. Прости, пожалуйста.
- Думал, сбежала, - тихо сказал мой дракон, поглаживая меня по спине. – Решил, что когда вернусь домой, там не окажется никого из твоих.
- Неплохой, кстати, план! – я все же нашла в себе силы пошутить. – Как это сама не догадалась!
- Отшлепаю, - предупредил герцог.
С явной неохотой отстранившись, он сжал мою руку.
- Едем домой, беглянка.
Я вздрогнула. Ненароком Ричард угадал с прозвищем. Именно беглянкой мне и приходилось быть последние полтора года. Уж и забыла, каково это – возвращаться куда-то, где ждут любимые. Где безопасно, тепло и можно вкусно поужинать, разговаривая ни о чем. Где ты по-настоящему счастлива.
- Опять о чем-то грустишь? – спросил герцог, когда мы сели в карету.
- Напротив, радуюсь, - улыбнулась ему. – Тому, что скоро увижу Мию, Кармен, Грошика и Бу-бу. Хотя, они, наверное, уже спать легли.
Я представила дочурку в колыбели, уснувшую, как всегда, с неизменным большим пальцем во рту. Подругу, воюющую с непослушными кудрями. Нашего мальчугана, который впервые в жизни спал на своей собственной кроватке с мягким матрасом. И Бу-бу, безбожно храпящую так, что все кунжутные семечки на ее бочках испуганно вздрагивали.