Возмездие (ЛП)

Он становится громче. Течение становится все более мощным, все глубже утягивая нас в темноту.
Мне холодно, все тело онемело и кажется невесомым. Я слишком истощена, чтобы чувствовать даже страх. И просто закрываю глаза и позволяю течению нести меня.
Позволяю ему нести меня.
— Задержи дыхание. Мы ныряем. и— Он кладет руку мне на затылок и…
Бульк.
Я под водой.
Не могу дышать. Ничего не слышу. Могу лишь свернуться в клубок и помолиться, чтобы у Матери-Судьбы было что-то хорошее для меня.
Продержаться немного дольше.
Сильные руки обвиваются вокруг моей головы. Мощные ноги обхватывают меня, удерживая на месте. Время, кажется, тянется вечно.
Я не могу дышать.
Не могу дышать.
Холод и тьма забирают меня снова, и на этот раз я не борюсь с этим.
  
Глава 7
 
Кайм
Я держу её крепко, когда мы погружаемся. Закрываю глаза и ухожу в медитативное состояние, пытаясь сохранить последние остатки энергии.
Быстрое течение воды означает широкий выход. Как только увидел канал, меня охватило чувство облегчения.
Я смотрел подземные карты.
Однажды ночью вломился в муниципальный архив. Вот откуда знаю, что Даймара имеет обширную и впечатляющую подземную дренажную сеть. Это необходимо, учитывая, что город был построен на болоте.
За последние несколько дней часто шел дождь. Вот почему вода течет потоком.
Иногда туннели иссякают.
Эта искусственная река выведет нас наружу. Сейчас мы далеко от дворца, и охранники никак не смогут добраться до выхода раньше нас.
Мы путешествуем по прямой линии. Им приходится двигаться по извилистыми улицами наверху.
Вода становится бурной. Я притягиваю тигландер к себе, поддерживая её голову, чтобы защитить, когда нас подхватывает течение.
Девушка больше не борется. Вероятно, снова потеряла сознание. Обычные люди не чувствуют себя хорошо, когда лишены кислорода.
Я могу продержаться немного дольше, но даже мне придется в конце концов подняться на воздух.
Нетерпение грызет меня.
Она действительно могла здесь умереть
Вода начинает булькать, и нас внезапно всасывает в яростный поток.
Мы падаем. Я обвиваюсь вокруг девушки, пытаясь защитить её хрупкое тело. Я могу противостоять ударам и силам природы намного лучше.
Словно, чтобы доказать свою правоту, меня ударяет спиной о твердый выступ.
Боль пронзает нижнюю часть моего тела. Я игнорирую её.
Мы с шумом выпадаем. Поток белой пузырящейся воды льется на нас, отбивая словно тысяча кулаков. Я глубоко вздыхаю и сильно отталкиваюсь, отодвигая нас от потока.
Мы плывем по течению.
Я двигаю ногами, пока вода не успокаивается, пока не вижу, как над нами мигают огни города, а рев воды не превращается в фоновый шум.
Мы плывем по глубокой, широкой реке. Это Сял, самая длинная река в Срединном Разломе.
Артерия, которая поддерживает жизнь в Мидрии.
В середине вода обманчиво неподвижна, но глубже под поверхностью скрываются опасные течения. Я должен вытащить нас отсюда.
Держу голову тигландер над водой, ожидая, пока она прокашляется, прохрипит, выдохнет, что угодно, но та не издает ни звука.
Она опасно холодная. Её грудь неподвижна. Она не дышит. Дерьмо. Я прижимаю пальцы к её шее и нащупываю пульс. Он слабый, но все еще есть.
Нужно вытащить её отсюда.
На одной стороне реки находится грязный берег, усыпанный вынесенными обломками и мусором из города. Покрытые водорослями каменные стены возвышаются над ним, непроницаемые темноте.
Эта сторона не подойдет. Даже я не смог бы взобраться на нее без специального оборудования.
С другой стороны узкий каменный причал. Там пришвартованы скопившиеся ветхие рыбацкие лодки, но в это время ночи берег совершенно безлюден.
Хорошо. Это и есть мой выход. Я плыву против течения, делая сильные ритмичные взмахи ногами, пока не достигаю узкого лестничного пролета.
Мои ноги коснулись твердого камня. Я быстро поднимаюсь по лестнице, таща за собой тигландер. В свете луны ясно вижу её лицо.
 
Её губы синие, а лицо серое. Нужно срочно что-то делать, я кладу её на покрытые мхом каменные плиты.
Поворачиваю её на бок и большим и указательным пальцами осторожно открываю ей рот. Из него вытекает вода. Я переворачиваю её на спину и близко наклоняюсь, пока мои губы почти не касаются её.
Моя маска исчезла. Я избавился от нее, когда мы вошли в воду.
Прижимаю губы к её губам и выдыхаю, наполняя её легкие.
Вдох.
Я видел эту технику на Черной Горе, хотя сам никогда её не использовал. Обучение Ордена жестоко. Иногда учеников нужно оживлять. Тренеры умеют спасать жизни так же хорошо, как и забирать их.
Я кладу пальцы на её шею, чувствую её пульс. Слабый, но он есть.
Я выдыхаю снова.
Вдох.
И ничего.
Вдох.
Я сдергиваю свою сморщенную перчатку и обвиваю пальцами её шею, пытаясь проследить тепло.
Её пульс колеблется и затухает.
Она ускользает.
Дыши, черт побери!
Делаю очередной вдох, потом ещё и ещё. Мы оба холодные, но теперь она холоднее меня. Её пульс становится неустойчивым. Не могу больше различать отдельные удары.
Бьется ли все еще её сердце?
Не могу смириться с тем, что она просто умрет на моих руках после того, как столько вытерпела.
У меня есть способность замедлять время, но не могу спасти её от смерти?
Нет. Отказываюсь с этим смириться.
Я откидываюсь назад, расстроенный тем, что, несмотря на все мои усилия, нет никаких улучшений, никаких изменений вообще.
Жизнь.
Её лицо стало мертвенно-бледным. Странное чувство охватывает меня. Я почти чувствую, как её смертная душа мерцает, выскальзывает из моих рук на её шее.
И ничего не могу с этим поделать.
Нет, я не привык к этому чувству. И всегда заканчиваю то, что намеревался сделать.
Снова обхватываю ее рот своим и выдыхаю, пытаясь передать ей часть своей жизненной силы.
Вдох.
Её сердце полностью останавливается.
Я откидываюсь назад, немного потрясенный внезапностью этого. Затем наступает разочарование, и, не задумываясь, я сильно опускаю кулак в центр её груди.
Не достаточно сильно, чтобы сломать кости, просто достаточно сильно, чтобы…
Видел, как это делали однажды.
Можно перезапустить сердце.
— Живи, — рычу я.
От меня не ускользает ирония. Я, похититель жизни, отчаянно пытаюсь её удержать.
На мгновение мне становится наплевать на награду Иншади и неудачную попытку убийства.
Я забрал её из императорского дворца. Спас от верной смерти от рук мидриан.
При этом нарушил все свои правила.
Её жизнь принадлежит мне.
Не Локу.
Мне.
Даже когда чувствую, что её душа ускользает, я продлеваю момент своей силой, возвращаясь к холодному полу-трансовому состоянию, которое всегда испытываю, когда замедляю время.
Останься здесь.
Останься.
Облака скользят, закрыв луну, погружая нас во тьму. Температура падает. Ветер стихает.
Её лицо очень красиво в слабом свете звезд. У нее сильные, элегантные и слегка дикие черты народа тигландер: высокий лоб, длинный и слегка изогнутый нос, чувственные губы. Её Метка стал более бледного оттенка красного.
Отвлеченный её поразительной внешностью, почти не замечаю легкую дрожь в её шее.
Затем её синюшные губы издают слабый хрип, сопровождаемый кашлем. Она делает глубокий, судорожный вздох и сильно кашляет, а её глаза моргают.
Она кашляет снова и снова, делая судорожные вздохи.
Этот звук безмерно удовлетворяет.
Меня охватывает странная эмоция. Я не чувствовал ничего подобного раньше. И даже не могу найти ей название.
 
Это как облегчение, но более мощное.
Я забрал много жизней, но это первая, которую спас.
Кашель стихает, и она делает несколько глубоких вдохов, жадно всасывая воздух. Её глаза смущенно оглядываются, прежде чем остановиться на мне.