Ваше Сиятельство 2 (СИ)
— Что-то не так? Разве я не могу попросить Ксению подать мне вечером чай? — меня разбирал смех.
Конечно, с моей стороны это было бессовестной провокацией, но надо же как-то приучать маму к мысли, что я — взрослый, и не следует лезть в мои дела и отношения. Что-то подсказывало мне: приучать маму придется всю жизнь без особой надежды на результат. И это не так плохо — своего рода развлечение. А с другой стороны, это утомляет. Может выдать ее замуж за барона Евстафьева не такая дурная идея? Ведь я, если задамся такой целью, то вполне смогу подтолкнуть Елену Викторовну к этому.
Да, кстати, спохватился я: уж на ком как не на маме испытывать «Капли Дождя»! Коснувшись ее руки, я активировал ментальный шаблон со словами:
— Мам… ты у меня такая заботливая. Вот только заботливая слишком. Расслабься. Хорошо?
— Да, Саш, прости, я иногда слишком, — на ее лице появилась благодарная улыбка.
Когда я встал из-за стола, сделав последний глоток кофе, Елена Викторовна так и сидела за столом, держа в руке чашечку и мечтательно глядя в окно. Уходя, я поцеловал ее в щеку и сказал:
— Я в школу. Ты бы отбросила все эти опасения, подумай о чем-то приятном, например, Евклиде Ивановиче, ведь он в тебе души не чает.
— А Талия… — графиня подняла ко мне свои глубокие карие глаза.
— Что Талия? — не понял я.
— Ничего. Все хорошо, — она махнула рукой.
Ксения провожала меня до двери и учтиво открыла ее.
— Ваше сиятельство, так вам нужно подавать вечером чай в покои? — негромко спросила она.
— Будет видно, — я шутливо коснулся указательным пальцем ее забавного носика. — Пип!..
Она точно милый поросенок. Есть в ней что-то интересное.
До дома госпожи Синицыной я добрался минуты на три раньше и даже — небывалое! — мне пришлось ждать ее. За ожидание я был награжден тремя звонкими поцелуями и рассказом, что я все-таки прокрался в ее сны. Всю дорогу до школы Айлин щебетала о всяких пустяках, жаловалась, что школа забирает так много времени, мучит ее некоторыми ненужными занятиями и она хочет, чтобы скорее наступило лето. Уже у ворот школьного двора, мой эйхос пискнул, сигнализируя о сообщении. Я ждал сообщение от графа Голицына — не терпелось узнать, доволен ли он схемой. Да, кстати, и название устройства я придумал ночью. Назвал его так: «эрминговый преобразователь Голицына-Елецкого». Да, название устройство не совсем точно отражало принцип его работы, но в этом крылась моя уловка. Если кто-то попытается докопаться, каким образом мы настолько усиливаем кристалл гирвиса, то он будет пущен по ложному следу.
Возле ступенек я отдал сумку Айлин, а сам включил эйхос, чтобы прослушать свежее сообщение. Но нет, от Жоржа Павловича пока не пришло ничего, за то было послание от Талии. Я нажал пластину и услышал:
«Сашенька, я больше не целка! Аид дери, как я этого ждала! Ты не представляешь, какое облегчение! Папа пока ничего не знает, но я его плавно подготовлю. И главное: мы должны это обязательно отметить! Сообщи, когда будешь готов или я за тобой сама приеду!».
— Боги, она не целка! Надо же какая радость! Кого еще, кроме Айлин ты осчастливил? — раздался за мой спиной голос Ковалевской.
— Оль, просто глупое сообщение от поклонницы, — я повернулся и поймал ее руку. — Заметь, она не говорит, будто в ее радости повинен я. А ты ревнуешь? Скажи «да». Мне будет это приятно.
— Нет, — решительно отвергла княгиня. — И туфли будем покупать мне в субботу. В восемнадцать часов у Третьей Имперской башни. Запиши это себе на самом видном месте.
— А чего ты с утра такая агрессивная? — я обнял ее и поцеловал в краешек губ.
— Вообще сумасшедший! На нас смотрят! — Ковалевская возмущенно отстранилась.
— Тебя сложно понять. Раньше тоже смотрели, когда ты сама оставляла мне следы помады на щеке, — я отпустил ее, и мы стали подниматься по лестнице в класс.
— Это было раньше. И да, я такая, — не без гордости известила княгиня.
— А знаешь, что… — тут я вспомнил, что у меня в субботу в восемь встреча с Артемидой. За два часа я вряд ли успею решить вопрос с туфлями госпожи Ковалевской. И тем более не успею провести с ней время так, чтобы получить взаимное удовольствие. И я сказал: — В субботу не получится. У меня важная встреча в восемь часов. Так что подождут твои туфли.
— Елецкий! Ты уверен? — она остановилась с изумлением, даже непониманием глядя на меня.
— На сто процентов. Разве я произвожу впечатление неуверенного в себе мужчины? — задал я встречный вопрос.
— Ну и ладно. Смотри не пожалей потом, — конечно она обиделась. Было ясно по ее порывистой походке.
Ничего не поделаешь. Княгинь иногда нужно приземлять. Почему ее дурное настроение с утра должно быть моей проблемой?
В класс я вошел чуть позже ее. На меня смотрело два десятка пар глаз. Готов поклясться эти же самые глаза никогда прежде не смотрели на графа Елецкого так.
— Привет, Саш! — раздался голос Романовича с дальней парты.
— Прекрасно выглядите, ваше сиятельство, — Татьяна Булевская одарила меня очаровательной улыбкой и будто случайно задела мое плечо вполне себе приятной грудью.
Следом еще приветствия, заискивающие взгляды бывших почитателей Сухрова. А вот он и сам… С заклеенным носом, опухшими губами и желтоватыми пятнами на лице — следы магического изведения гематом. Еще я успел отметить, что в классе пока не было Никиты Подамского и Грушиной.
Еграм кивнул мне. Встал и подошел, немного прихрамывая.
— Здоров, — сказал он. — Надо бы поговорить.
Глава 4
Эршага Нуи
— Здоров, — я кивнул вполне добродушно. — Ну раз надо, идем, — вышел за ним из класса, вполне понимая, о чем пойдет речь.
— Ты хотел с Вархой встретиться. В общем, я ему передал часть разговора, — сказал Сухров, прислонившись спиной к стене. — Не слово в слово конечно, а так… Смысл, будто ты хочешь взять с ним реванш в честном бою, а не четверо на одного.
— И что он? — я прищурился.
— Он не против. Удивился сильно, пытался понять, кто за тобой стоит. В общем много разговоров было. Пересказать сейчас не успею. Если согласишься, то по времени так: или в среду, то есть завтра в два часа дня; если не можешь в среду, тогда только в субботу. До субботы он уезжает куда-то. Хотел склонить его к встрече на нашем пустыре, но Варха ни в какую. Говорит, только Шалаши или их район, — пояснил Сухров, обернувшись на проходивших дам из класса Рамила Адашева. И добавил: — Жопа у Ленской хорошая.
— Да. Милая девочка, что спереди, что сзади, — согласился я, одновременно думая, как ответить на согласие Вархи. До субботы как бы долго ждать, это не так важно — ждать я умею. Но есть еще подозрение, что Ковалевская одумается и перенесет встречу в субботу на более ранее время. Если среда, то… до завтра я не успею прокачать «Лепестки Виолы», а они очень нужны — вчерашний день показал их важность. К тому же «Стальные Волки» могут приготовить гораздо более неприятные сюрпризы, чем стрелок с остробоем — дурачок Подамский. Да, кстати, остробой то у «волков» боевой и пистолет имеется. Вимана господина Веселова вон как пострадала. Но выбрать что-то требовалось, и я решился: — Ладно, давай на завтра. Передай, что согласен в том же месте, где мы бились с тобой — во дворе старого «колбасника».
— Ты понимаешь, честный поединок с ним может не выйти. Он слабее меня, но не слишком. Для него любой бой, это драка без правил: может песок в глаза бросить, может незаметно заточкой шырнуть. Только дело даже не в Вархе, а в их стае в целом. Они очень злы на тебя за Лиса и за то, что ты их всех выставил дураками. Сейчас в клубке только и говорят об этом. Теперь и я знаю, кто так отделал Лиса и что случилось в «Ржавке», — граф Сухров усмехнулся и на его избитом лице проступило явное удовольствие.
— Разберемся. Жаль, времени мало, но ничего, подготовлюсь, — я подумал, что сегодня придется отказаться от первоначальных планов. Увы, к Айлин в гости после уроков не попаду, и конечно, никаких торжеств по случаю исчезновения целки у госпожи Евстафьевой. Все свободное время я посвящу прокачке нужной мне магии и дополню арсенал еще парой заготовок. — Ладно, передай ему, что завтра в два дня, — подытожил я.