Хозяйка Мозеби (СИ)
Ларс смотрел на скромные угощения и трясся внутри: подведет тетка Дан его и себя под монастырь! Подать госпоже холодную картошку, ой- ё- о- о!
Ильзэ тоже тряслась, но другого- то не было!
Однако реакция новой госпожи их удивила. Та, глядя на тарелку с селедкой, сглотнула, на картошку вытаращилась, будто родню увидела, а потом и вовсе ошарашила:
- А аквавит есть (датчане гонят водку (аквавит или «живая вода») примерно с 13 века, предпочитая максимально прозрачную с тминным ароматом)?
Ильзэ посмотрела на Ларса, неуверенно кивнула и выставила на стол глиняный штоф, вытащив его из сундука вместе с маленькими рюмочками. Ларс подхватил штоф, плеснул спиртовую влагу в стопку (навскидку грамм30- 40) и уставился на виконтессу.
- Чего смотришь, герр Бор? Себе и ей тоже наливай, не одной же мне пить? – дождавшись выполнения приказа, Нина, послав приличия к черту, тостанула. – Ну, за знакомство! – выдохнула в сторону и залпом (глоток) выпила...водку! Не глядя на офигевших собутыльников, положила ножом (!) на хлеб кусок селедки и, замычав от удовольствия, закусила.
- Еще нож есть? – прожевав, спросила все еще сидящую со стопкой в руке Ильзэ. – Руками есть картошку?
Ларс под шумок хлопнул стопочку, также ножом подхватил селедку на хлеб (Нина потом только узнала, что именно то, что она,сама того не зная, положила селедку на хлеб, как истинная данка- датчанка, расположило к ней и Ильзэ, и старосту) и толкнул хозяйку дома, мол, чего сидишь? Та очнулась в очередной раз, выпила и метнулась к печи за еще одним ножом .
После третьей стопки Нина взяла слово.
- Ну, рассказывайте, как картошку растите.
Просидели за разговором час, не меньше. Ларс расслабился, выпил больше женщин, но вел себя прилично. Ильзэ делилась опытом выращивания заморских клубней, а Нина мотала на ус.
Оказалось, что овощ сей известен здесь давно, но к нему отношение не очень. Причина? Не у всех получается вырастить такие же, как у тетки Дан, клубни, вот и предпочитают зерновые да капусту. Бабка училась у монахов на востоке острова по молодости, потом сама опытным путем дошла до технологии, по которой у неё на огороде в пол- акра (20 соток) урожая хватает на всю деревню.
Остальные деревенские обменивают ее клубни на другие овощи, так и живут. Нина вспомнила, что картошка на песке растет лучше, чем в глинистой земле. Наверное, это и определило предпочтения местных жителей. Ларс сказал, что в других деревнях тоже есть умельцы, но массово картошку не сажают - ее казна в оброк брать отказывалась.
«Странные люди, – думала про себя захмелевшая попаданка. – Надо этот вопрос проработать. А Ильзэ пригласить в дом, пусть научит Иду и меня, будем с картошкой! Неплохая бабка, хоть и явно с норовом».
Заглянувшие «на огонек» младшие Петерсены были накормлены той же картошкой с рыбой, и гости засобирались обратно, не дожидаясь рыбаков.
Нина обещалась прийти в деревню самостоятельно – расстояние небольшое, по здешним меркам: около двух датских миль или два с половиной километра…Ну или близко к тому, поскольку в миле было около двух тысяч аллен, которые приравнивались к двум футам, а те, как известно, по тридцать одному сантиметру. Голову сломаешь!
«А чего ж мы так долго на телеге ехали? Пешком минут сорок, ну, час! Или мне так показалось с непривычки? Ай, проехали! – Нина была благодушна, поэтому махнула рукой на все вычисления. – Ох, палишься, госпожа попаданка! Чего удумала пить с подданными? Селедочки захотелось? Ладно, спишем на купеческую сущность, но больше никакого панибратства вне дома! Мухи – отдельно, котлеты–отдельно, это тебе не демократия 21 века».
Глава 18
Возвращение госпожи приветствовали все чада и домочадцы с разной степенью эмоциональной составляющей: ее люди – с волнением и тревогой, дочери Ларса – с нетерпением и долей недовольства (устали крошки, не на то рассчитывали!).
За время отсутствия кабинет привели в относительный порядок, как и зал, а вот второй этаж и мансарда ждали более умелых работников, о чем Нина догадывалась, и повторно потребовала у старосты обеспечить в ближайшие дни трудовой десант опытных уборщиц.
Зато мужчины смогли вытащить из помещения мансарды много чего интересного.
Третий этаж дома использовали как чердак (читай- склад), поскольку там обнаружились стулья и столы, комод, бюро, ковры разной степени потертости, пара сундуков с тканями и брошенными нарядами (мужскими и женскими, пусть и старыми), нашлись и пыльные гардины для зала, подушки какие- то, посуда вразнобой, подсвечники, даже швейные принадлежности и оружие, то есть, пара кинжалов, мечей, еще чего- то.
Айрис жаловалась на деревенских неумех, Ида радовалась дополнительной утвари и тканям, а Нина – всему остальному.
О произошедшем в доме Данов виконтесса по дороге предупредила Ларса держать рот на замке. Мера так себе, но чего уж теперь кулаками махать? Староста поклялся молчать и сказал, что уже настращал Ильзэ в этом плане.
«Посмотрим, почти проверка на вшивость» – решила Нина. Пусть ей не очень нужны друзья среди крестьян, но враги не нужны тем более.
* * *
Приведение особняка в порядок заняло почти месяц. Не просто уборка: ремонт мебели, частично – крыши, полов, лестниц кое- где, чистка дымоходов, стирка, расстановка найденной мебели, возвращение ей божеского вида, разбивка огорода, освоение хозяйственных построек во дворе, обустройство личных покоев для всех…
Когда приходили из деревни женщины, Нина скрывалась в кабинете и работала над формами учета всего, что теперь принадлежало ей.
Айрис достала из багажа письменные принадлежности и бумагу, и попаданка сначала училась писать пером, затачиваемым для неё Ивером, потом чертила таблички, пытаясь найти наиболее компактную форму для поступающей от Боров информации.
Несмотря на гуманитарное образование, Нина Андреевна большие объемы данных предпочитала группировать в таблицы: так она лучше воспринимала информацию, нежели сплошным текстом.
Долгие годы работы с формулярами, статистическими отчетами, каталогами, топографическими указателями и классификаторами приучили Розанову к структурированию данных, и теперь она, опираясь на прошлый опыт, искала такой формат отчетов по хозяйствам, чтобы взял лист – и все основное видно сразу, а мелкие детали можно и на оборот вынести.
Не сразу, но бывшему библиотекарю это удалось. Когда самолично ею расчерченный на графы лист попал на глаза Лейсу, парень некоторое время в ступоре смотрел на диковинный чертеж, потом, «врубившись», начал водить по нему пальцем, вчитываться в заголовки, задавать вопросы и, наконец, уставился на Нину с восхищением:
- Ваша милость, я понял! Это так здорово! Тут же прям все ясно, только привыкнуть надо! И писать мелко, но я научусь!
- Конечно, научишься. Лейс, помоги сначала размножить формуляры, заодно рука к перу привыкнет. Потом будем вносить собранные отцом данные, а заодно и статистику подготовим вот для этой таблицы, – и Нина развернула двойной лист, где предполагала отразить только количественную информацию по населению, землям, скоту, имуществу.
Парень находился в таком возбуждении, что Нина всерьез опасалась за его рассудок: так перенервничает, и не станет у неё толкового помощника! Обошлось..
Глава 19
Лето шло своим чередом, солнечные комфортные дни сменялись дождливыми и пасмурными, когда выходить из дома не хотелось даже в сад.
Его приходящие хусманы (безземельные) под присмотром Иды (у неё явно была склонность к дачным работам) очистили от сорняков, сухостоя и лишних веток, перекопали под грядки несколько свободных от деревьев участков, немного привели в порядок дорожки, посыпав где галькой (мальчишки несколько раз ездили в Хесне, где на берегу собирали с тамошними приятелями камни и ракушечник), где битым кирпичом (остался от ремонта конюшни и садового домика на краю усадьбы).