Эндервелл: Проклятье Найтири (СИ)

Упав на кровать, я застонала от блаженства, почувствовав, как расслабляются мышцы, затекшие за долгое время сна на жесткой тюремной лежанке. Почувствовав, что начинаю засыпать, я с трудом соскребла себя с постели и двинулась в ванную, чтобы смыть всю грязь, кровь и пот, что скопились на теле за последний месяц. Это оказалось нелегко. Присохшая к коже кровь никак не хотела оттираться, и мне пришлось соорудить из рубашки мочалку, чтобы избавиться от всех следов тюремного заключения.
Закончив омовение, я закуталась в длинное махровое полотенце, которое нашла в шкафу, и перепрятав браслет с запиской в небольшую нишу под раковиной, направилась обратно в кровать, но моим мечтам о долгом сне в мягкой теплой постели не суждено было сбыться.
Когда я пересекла порог ванной комнаты, то обнаружила, что в спальне меня поджидает молодая девушка в лекарском белом халате. Увидев меня, она насторожилась, и кинула быстрый взгляд на входную дверь, видимо подумывая о том, чтобы сбежать.
Я грустно усмехнулась, подумав про себя, что девушка, вероятно, считает меня опасной преступницей, может быть даже убийцей, раз раньше я содержалась в одной из воздушных темниц. От того она и боится. Хотя я ведь и есть убийца…
— Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого, — произнесла я, присаживаясь на краешек постели, — А даже если и хотела бы, то у меня все равно сейчас не хватит на это сил.
В подтверждение этих слов из моей груди вырвался жуткий кашель, заставивший тело содрогнуться. Целительница осознав, что я не вру, подбежала ко мне и, уложив на постель, влила в рот какую-то микстуру, достав ее из небольшого чемоданчика с лекарствами.
— Это противопростудное средство. Через пару часов от болезни и следа не останется.
— Спасибо, — слабым голосом прохрипела я, чувствуя, как потихоньку отступает кашель, и уменьшается боль в горле.
Девушка тем временем отставила свой чемоданчик, и встряхнув руками, возложила их над моим телом, уделяя особое внимание животу. Закончив магический осмотр, она выдала вердикт:
— Простуда, физическое и нервное истощение. В остальном вы полностью здоровы. И вы и ребенок.
Оставив мне микстуру, целительница тихо попрощалась, и направилась на выход. Поняв, что другого случая может уже и не представиться я, сев на кровати, воскликнула:
— Постой! Прошу, скажи, ты слышала что-нибудь об Инартане Кара-Ларгене?
Целительница замерла, в нерешительности глядя то на меня, то на дверь, но все же робко произнесла:
— Уже как с месяц он стал новым императором Эндервелла. Только теперь его имя просто Инартан Кара — совет семи принял его как полноправного правителя.
Не веря своим ушам, я запинаясь на каждом слове, уточнила у девушки:
— А что… А что же случилось с прежним императором?
Целительница попятилась спиной к двери, качая головой как китайский болванчик, и не переставая твердить:
— Извините. Я не могу. Мне не дозволено разговаривать с вами хоть о чем-то кроме здоровья. Простите, я лучше пойду.
Когда дверь вновь захлопнулась на замок, я сжала пальцами ноющие виски и прошептала:
— Не может быть… У нее все-таки получилось… Что же делать, что делать…
Вскочив с постели, я начала метаться по комнате, лихорадочно соображая, как можно выбраться из дворца. Теперь то возможностей должно быть явно побольше, чем в воздушной темнице!
Приблизившись к двери, я решила для начала осмотреть скважину замка и прислушаться к звукам в коридоре. По итогу сделала неутешительные выводы о том, что если я и смогу взломать замок, то сбежать все равно не удастся, потому, как комнату охраняют, по меньшей мере, трое стражников.
Следующим вариантом для предполагаемого и крайне маловероятного побега стало небольшое окошко, скрытое льняными голубыми занавесками. Но и тут меня ожидало фиаско, потому что рама окна оказалась зарешечена сразу с двух сторон.
Периодически в голове мелькала мысль о том, чтобы прямо сейчас воспользоваться защитным браслетом, но я каждый раз отметала ее, решив для начала при удобном случае проверить верность его действия.
 
Исчерпав все возможные варианты собственного спасения, я решила заняться чем-то более реальным, и достала из тайника записку, которую оставил нам с Инаром Лерон. На всякий случай, подперев дверь ванной комнаты изнутри тяжелой деревянной тумбочкой, я присела на край ванны и развернула листок. Ровным почерком отца на бумаге были выведены следующие строки:
Предполагаемая дата родов: первый день пятой луны
Ближайшее солнечное затмение: три часа тринадцать
минут от полуночи, третьего дня пятой луны.
Затмение будет полным. На четыре минуты и тридцать
две секунды темнота поглотит весь Эндервелл.
С тяжелым вздохом отложив записку, я поняла, что абсолютно ничего не поняла… Третий день пятой луны — это вообще как?! Ладно, паниковать сейчас уж точно не стоит. Разберусь как-нибудь. Вопрос о временном исчислении же совсем безобидный, правда? Вот я и задам его при ближайшей возможности какому-нибудь стражнику или служанке.
Заучив строчки наизусть, я спрятала записку обратно в тайник и с каменным сердцем рухнула в постель, надеясь забыться сном, который восстановит мои силы и прояснит мысли.
  
ГЛАВА 29
 
Несколько дней я бесцельно слонялась по комнате, продумывая варианты собственного спасения и поджидая момент, чтобы выяснить у кого-нибудь информацию об исчислении местного времени. И это как выяснилось, оказалось совсем не просто… Служанки, приносившие еду, мало того, что боялись меня до чертиков, так им еще и строго-настрого было запрещено отвечать на любые мои вопросы. Стражники тоже не радовали меня вниманием, просто не обращая внимания на надоедливую преступницу, которой вдруг с чего-то выпала честь жить не в темнице, а в нормальных условиях.
Потому мне оставалось только раз за разом активировать артефакт защиты, проверяя верность его действия, и думать. Очень много думать.
Когда я в очередной раз взялась за попытки выковырять при помощи металлической ручки от шкафа из стены решетку, закрывающую окно, дверь в мои “апартаменты” с грохотом распахнулась, и на пороге появился он…
— Ваше величество, эта девушка крайне опасна! Вам не стоит находиться рядом с ней!
Стражники, маяча за спиной нового императора, пытались не пустить его в мою комнату. Но один лишь громогласный рык Инара:
— Исчезли!
И мужчины испарились, захлопнув дверь снаружи.
Окинув меня не особо приветливым взглядом, Инар произнес:
— Не имеет смысла. Даже если ты вскроешь обе решетки, на окне все еще останется магическая ловушка для таких находчивых как ты.
Нелепо съехав с подоконника, на котором сидела все это время, я только и смогла, что промолвить осипшим уже далеко не от простуды голосом:
— Инар… Это правда ты?
На глаза тут же навернулись слезы. Я так долго не видела его… Думала, что уже и не увижу… Но он здесь! Каким-то образом смог высвободиться от магии Елены, и теперь пришел вытащить меня отсюда!
Вне себя от счастья, я бросилась к нему на шею, радуясь, что все наконец-то закончилось! Но Инар… Он повел себя странно. Отцепив мои руки от своих плеч, мужчина с отсутствующим видом сделал шаг назад, и произнес:
— Сними чары. Это в твоих же интересах. Иначе вернешься обратно в воздушные темницы. Я не Елена, от меня милосердия и душевной доброты можешь не ждать.
Почувствовав вместо рук любимого мужчины пустоту, я поежилась и, не веря своим ушам, тихонько переспросила:
— Что? Какие еще чары, Инар? О чем ты?
Бросив на меня полный ненависти и отвращения взгляд, он процедил:
— Приворот, заклятье, амулет — не знаю, как ты заставила себя полюбить, но еще раз повторяю, в твоих же интересах избавить меня от магического воздействия!
И тут я все поняла…