И Золушки здесь не тихие (СИ)
— Так, Омаль, притормози с обаянием, Нила сейчас сознание потеряет! Я как ее без чувств из здания эвакуировать буду? Тебе мало сплетен, которые ходят вокруг тебя и твоей организации?
— Все, все, не смущаю даму. — поднял вверх руки, а сам сидит и уголками губ вздрагивает, держится, чтобы засмеяться. Вот паразит! Напугал девушку до коликов и веселится.
Встала, поправила платье, прическу. — Не провожайте, — кивнула и вышла за дверь.
Я девушка честная. Что мне там какой-то глава тайной канцелярии? Вышла и хлопнула дверью.
Выйдя на улицу увидела Груню и Дилана. Они самозабвенно обдирали клумбу у дома. Ну и правильно. Зачем главе тайной канцелярии цветы на клумбе? Пойду тоже повыдергиваю!
Глава 7. Охотники
Герцог вышел из здания. Нашел нас глазами и двинулся в нашу сторону. Каждого прошлось доставать с боем из клумбы. Дилан сопротивлялся потому, что не дособирал все голубенькие цветочки, Груня не уходила из-за Дилана, а я топтала клумбу и рвала цветы из принципа, чтобы насолить главе тайной канцелярии.
Вспотев, но победив нас, Эмиль сгрузил нас в экипаж, и мы отправились домой.
Неделя прошла незаметно. Я уже перестала дергаться, ожидая приезда главы канцелярии, когда в дверь постучали. Зная, что Груня готовит обед, а Дилан играет в своей комнате, я поспешила открыть дверь.
Открыв дверь, я увидела человека, которого надеялась не видеть больше никогда в своей жизни. На меня смотрели холодные глаза охотника за преступниками. Дядя нашел меня. Дура! Дура!!! Хотела же ходить в капюшоне. Я захлопнула дверь перед его носом. В нее ударили. Долго дверь не выстоит.
Я побежала на кухню.
— Груня, беги к Дилану, спрячьтесь под кровать, или в шкаф, за одежду. Не двигайтесь, не разговаривайте. Вас не должны найти. Скажи герцогу, что меня нашли люди, которые похищали. Меня зовут Мила Борлеа. Беги! — Я подтолкнула женщину вверх по лестнице, сама же взяла кочергу, как оружие и пошла ко входу.
Дверь выбили. Зашли три охотника.
— Мила. Неужели замужество для тебя страшнее, чем услужение господам? Как низко вы можете пасть? — Главарь этого сброда подошел ко мне и просто отобрал кочергу. — Если вы не готовы ударить человека, то не берите оружие в руки. — Он развернулся к своим помощникам — Проверить все. Свидетелей устранить.
У меня по спине пробежал холодок. Если они осмотрят дом, то обязательно найдут Груню и Дилана. А там… Я схватила со стола вазу и кинула в окно при этом истошно закричав — Помогите! Помогите!
Мне нанесли удар в лицо. Я упала. Последовал град пинков ногами со всех сторон. Меня пронзила боль, хрустнуло ребро. Мужчины не сдерживались.
— В этот раз твой дядя дал нам карт-бланш. Мы можем делать все, что хотим, кроме убийства. И должны привезти тебя к нему шелковой, готовой на все. Женой, конечно, тебе после этого не стать. Но постельной игрушкой вполне можешь быть. Поэтому, насколько больно тебе будет, можешь выбрать сама. — Меня схватили за волосы и приподняли.
— Забирайте ее. Уходим. Надеюсь, ее выходка не привлекла блюстителей порядка.
Кто-то меня подхватил, закинул на плечо и понес. От боли перед глазами появлялись багряные пятна. Но я старалась не стонать и не кричать, боясь не испугать Дилана, прячущегося на верху.
Меня положили на круп лошади, перекинув поперек сиденья. Всю дорогу я терпела боль от сломанного ребра. Потом внесли в какой-то дом и спустили в подвал, в темное помещение.
Неделю мне приносили какие-то помои, хлеб и воду. Я ела хлеб и растягивала на весь день воду. Приносили все раз в день. Дни тянулись и слились в одну серую массу.
В один из таких дней ко мне ворвался пьяный главарь. Он подвесил меня на крюк в стене и начал избивать. Я не понимала, что происходит. У меня уже были сломаны все ребра, ноги, руки. Я потерялась от боли и не понимала, что ломают в следующий момент. А он так и не останавливался. Уже теряя сознание, я услышала обрывок разговора.
— Что ты творишь? Ты же покалечишь ее!
— Она должна сдохнуть! Сдохнуть сама, от ран, от болевого шока. Мы сами не можем ее убить, мы давали клятву. По ее следам идет тайная канцелярия. Ее дядю и мачеху допрашивают ежедневно. Как думаешь, когда они выяснят, что это мы ее похитили? Кто она вообще такая, что ей интересуется глава этих церберов?
— Прекрати. Это не повод калечить ее.
После этого я окончательно потеряла связь с действительностью.
Очнулась я от того, что меня раздевали. Отстраненно подумала, что сейчас лишусь и чести. Но на фоне бесконечного кошмара это был бы лишь еще один эпизод подталкивающий меня к смерти.
Как ни странно, меня не тронули. Наоборот, мои раны обработали. Неумело, причиняя лишние страдания, но обработали. Наложили жесткие повязки на сломанные кости. Кажется, переодели в мужскую одежду. Потом завернули в плащ и куда-то понесли.
Следующее, что я помню — меня усаживают на лошадь. Сзади кто-то сидит. Мы пускаемся в галоп. Сколько мы так ехали — не знаю. Дни сплелись в один болевой синдром. Ночью мы останавливались в третьесортных ночлежках. Брали одну кровать. И когда я начинала стонать ночью от нестерпимой боли, мой рот закрывала мужская рука.
В один из дней я проснулась с жаром. Лоб потрогали и выругались. К концу дня привели лекаря.
— Что ж вы любезный так запустили раны. У девушки началось заражение крови. Если поедете дальше, она умрет от заражения. — Рядом скрипнули зубами.
— Что нужно делать?
— Я пришлю вам девушку. Она в течении недели будет ухаживать за вашей дамой — делать перевязки, менять судно, обтирать ее, поить отварами и мазать мазью. Я же, со своей стороны, приду завтра с утра. Нам нужно будет сломать два ребра и ногу, которые неправильно срослись. И запущу процесс сращивания костей, очистки крови. Но вам придется пробыть в городе не меньше месяца. Раньше везти девушку опасно.
В комнате повисла напряженная тишина.
— Хорошо. Здесь оплата вам и девушке, которая будет ухаживать. И надбавка за молчание.
— Как скажете, уважаемый. Как скажете. — Я услышала, как дверь закрылась.
Мне снова ломали ногу и ребра. Правда в этот раз, благодаря доктору, я ощущала лишь небольшой дискомфорт. Неделю за мной ухаживала девушка.
Потом…. Потом, продираясь через беспамятство, я почувствовала мужские ладони, которые меня протирали, ставили судно, мазали мазью, поили лекарствами и кормили. Я каждый раз трепыхалась, пыталась уползти, спрятаться от этих вездесущих рук, но меня раз за разом возвращали на место и продолжали проводить необходимые манипуляции. В какой-то момент я перестала смущаться и замечать их.
В один из дней я проснулась и поняла, что боль отступает. Что я больше не теряю сознание от нее. Открыла глаза. В комнате, на диване, спал мужчина. Светлые, русые волосы. Спортивный, с развитой мускулатурой. На вид лет 35. Скорее всего, тот, кто заботился обо мне. Он резко открыл глаза.
— Как ты себя чувствуешь? — я молчала. Что ответить своему палачу? Как понять, какой ответ правильный?
Мужчина легко встал. На нем были только домашние мягкие штаны. Дошел до меня. Приложил ладонь ко лбу.
— Жар спал. В туалет хочешь? Умыться? В ванну? — я замерла. Да, я очень, очень хочу в ванну. Хочу, чтобы вода смыла с меня весь тот ужас, который я пережила.
Мужчина, ни слова не говоря, снял с меня одеяло. Взял на руки и понес в ванну.
— Нужно тебя откармливать. И так худенькая была. А сейчас вообще одни глаза остались.
Мужчина налил воды в ванну.
— Тебе помочь? — я отрицательно помотала головой. Когда он вышел, осторожно залезла в горячую воду и блаженно закрыла глаза.
Выйдя из ванны я застала мужчину уже одетым. До кровати я добралась держась за стену. Дошла до кровати, легла в нее, укрылась одеялом и отвернулась к стене.
— Да, далеко уехать мы не сможем. Мила, давайте проясним ситуацию.
Я повернулась к нему и кивнула.
— Я спас вас от нашего главаря. Думаю, что калекой он оставил бы вас, не раздумывая. Ваша смерть была лишь вопросом времени. Но уехать без его согласования, с моей стороны, преступление против всей гильдии наемников. — Мужчина смотрел на меня, ожидая моей реакции.