Дайте шанс! Том 3 (СИ)
Лена тоже удивляется. Но в отличие от меня куда эмоциональнее.
— Папа! Ну что ты такое говоришь! Мы просто друзья!
— Дружба — это хорошо. Мы с твоей матерью тоже сначала ПРОСТО дружили. Без всяких намеков. Прошу! — широким жестом отец приглашает к мягкой зоне у камина. — Чай, кофе, что-нибудь покрепче?
Последнее адресуется для меня.
— Спасибо. По спиртному я не любитель, — тут же отказываюсь.
— А вот это очень хорошо!
Девица-секретарша или референтша все еще рядом. Усаживаясь вместе с нами на диваны, Давыд Юрьевич делает мимолетный знак рукой, и та уходит.
— Ну-с… Так что в университете? Смерды притихли?
— Папа! — повышает голос Лена и бросает на него недовольный взгляд. — Что за слово такое, «смерды»…
— Я отнюдь не против черной кости. Люди всякие важны, люди всякие нужны. Но я опасаюсь за тебя, моя дорогая. Не понимаю, как можно допускать в лучший университет Империи кого попало.
— Папа, у нас вполне нормальный курс. Я тебе уже говорила. Опасаться нечего. Веремеев сказал, ректор увеличил охрану в университете вдвое. Опять же, есть Андрей, есть еще два парня. Арсений Парфишин и Илья Медведев, кажется, если не ошиблась с именами. Их отцы участвуют в съезде. Ребята на нашей стороне.
— Арсений Медведев и Герман Ильин, — поправляю я на всякий случай.
— Вот именно, моя дорогая, «кажется». «Кажется» меня не устраивает. Я должен быть уверен, что в университете с тобой ничего плохого не случится.
По-видимому, этот вопрос уже поднимался в семье Смирновых. Лена громко вздыхает и демонстративно подкатывает глаза, всем видом показывая, что отец ее достал. И что нужно срочно сменить тему. Однако Давыд Юрьевич иного мнения.
— Андрей Викторович, я вас очень попрошу, пока вся эта ситуация не разрешится, будьте постоянно с Леночкой. Ни на минуту не оставляйте.
— Папа! Ну это уже слишком! — снова вскипает Смирнова. — А вдруг вся эта ситуация и до конца года не разрешится! Что же теперь Андрею постоянно со мной ходить придется?!
Опа!
По-моему, я понял, почему Давыд Юрьевич так сильно хотел со мной познакомиться. Ему нужно было навязать мне охрану дочери. Хитрец не зря сразу обмолвился о том, что мы хорошая пара. Так сказать, решил простимулировать. Дать надежду, определить цель. Типа будешь стараться, отдам в жены дочь. Но, как говорится, сказать, не значит сделать. После вполне можно и отказать. Речь ведь идет не о какой-то вещи.
Я конечно ничего против не имею. Ленка молодец. За ней я бы присматривал и в любом случае не дал бы в обиду. Но раз просят, почему в ответ не попросить о своем? О том, что есть у него и нет у меня.
— Давыд Юрьевич, не беспокойтесь, мы с Леной и так почти всегда вместе. Я буду только рад быть ей полезен. Обещаю, ничего плохого с ней в университете не случится.
— Благодарю. Это я и хотел услышать. А то какие-то Медведевы… Ильины… Другое дело — Андрей Викторович. Он в одиночку справился с толпой, обладающей Голосом! А это, надо сказать, не шутки! — удовлетворенный ответом, восклицает Смирнов старший.
Лена в недовольстве надувает щеки. Я же перехожу к своему:
— Кстати о Голосе. Давыд Юрьевич, у меня к вам предложение. Так сказать, услуга за услугу…
Глава 31
Мы покидаем кабинет Смирнова старшего. Лена стремительно несется вперед, а мне приходится ее догонять. Лишь войдя в кабину лифта, она останавливается.
— Ты не должен быть так поступать. Это неправильно! Нечестно!
— Но почему? Твой отец сделал деловое предложение. В ответ я сделал свое…
— Я не какая-то вещь, чтобы из-за меня торги устраивать! Я сама о себе позабочусь! В твоих услугах я не нуждаюсь!
— Ба-а-алин… Лен, ну мы же в итоге договорились!
— Это вы договорились. Но не я!
Кабинка лифта добирается до 1 этажа. Пока Смирнова опять не побежала и мне снова не пришлось ее догонять, закрываю собой проход.
— Лен, ты же сама понимаешь, насколько мне нужен Голос, а тут такая возможность появилась. Ну грех было не воспользоваться. Ты же сама говорила, так просто мне никто ничего не даст.
— Но не так же! Ты — друг! Ты мог просто попросить, а не выдвигать условия! Папа обязательно бы тебе потом помог!
— Вот именно, помог потом! Если бы я просто сказал, твой отец закинул просьбу на подальше и тем все закончилось!
— Зато мы бы остались друзьями. Ты бы оказал услугу отцу, и он остался должен. Потом ему бы все равно пришлось тебе помочь. А ты все испортил. Ты перевел дружеские отношения в сугубо деловые. Со своей сделкой ты упал в глазах отца. И в моих тоже. Все. Теперь пусти.
Че-е-ерт!
У меня прямо зла не хватает.
Мы ссоримся из-за какой-то ерунды!
Сзади меня кто-то крепко обхватывает и начинает тянуть из лифта.
Оглядываюсь.
Служба безопасности банка. Те самые бойцы во всеоружии.
Вытянув из кабины лифта, они не думают меня отпускать. Я пытаюсь корректно от них отцепиться. Дергаюсь, выворачиваюсь. Но они все равно не отпускают. Смотрят, что им скажет Смирнова.
— Оставьте его. Это мой… Мой новый охранник.
Зло проронив, Лена направляется в сторону выхода. Меня отпускают, и я следую за ней.
Сука… Ну и попал.
На ровном месте попал из-за какой-то херни, называемой недопониманием.
И как мне вдолбить ей, чтобы она поняла, почему я так поступил?
Если разобраться, я окажу услугу Смирновым, а они мне. Ну и что тут такого? Поступи иначе, не переведи просьбу в сделку, ее отец и до Нового года не дал бы мне наставника. Теперь же у меня в кармане лежала визитка некой Лилии Михайловны, которая, собственно, и занималась раскрытием способности Голоса у Высших.
Телохранитель Лены остался ждать нас у зала с посетителями. С ним вместе мы снова продираемся сквозь толпу. Люди обеспокоены. Раздаются возмущения. Народ беспокоится, что через час банк закроется и они не успеют снять наличные деньги. Ну и вообще возмущаются общей ситуацией того, что из-за введенных банком ограничений они не могут забрать свои кровные.
Я вскользь смотрю по сторонам, а сам поглощён глупым конфликтом. Это ведь если сейчас не разрулить, потом будет только хуже. Ленка накрутит себя и тогда… В общем, по-любому надо решить вопрос немедленно. В смысле, как только вырвемся из этой толчеи.
У двери выхода попадается какая-то только что вошедшая в банк темноволосая девушка с ярко-красной помадой. При виде меня у нее округляются глаза. В следующее мгновение она резко опускает голову вниз и проходит мимо.
С ней или просто так совпало, вошли два крепких парня лет двадцати пяти. Они, как и полагается в таких случаях незнакомцам, никак на меня не реагируют.
Понимаю, ни их, ни девушку я не знаю. Но что-то внутри подсказывает, с последней мы где-то пересекались.
Уже у двери оборачиваюсь.
Парни продираются сквозь толпу вглубь зала. За их спинами девушки невидно.
Покинув банк, Лена идет к своему автомобилю. За ним также вторым рядом остановилась моя свита. Водитель сидит в машине, а Василий, скрестив руки на груди, дожидается меня на капоте.
— Лена, подожди, — не доходя, хватаю Смирнову за локоть и разворачиваю, чтобы поговорить без наших свит. — Ты пойми, у меня нет времени ждать. Просто нет и все. Завтра, послезавтра, через неделю, Император возьмет и объявит весь съезд предпринимателей или какую-то часть, включая нас, преступниками. Закрутится так, что потом будет не до способностей. Только что у меня появился шанс. Пойми, я не мог его упустить. Вдруг завтра именно благодаря Голосу я смогу спасти себя или еще кого-то.
— Наивный, — закатывая глаза, кривится Смирнова. — Думаешь овладеть Голосом будет просто? Думаешь раз и все? Тебе понадобятся годы!
— Пф-ф-ф… Тем более! Чем раньше начну, тем быстрее освою! — тут же оживляюсь тем, что Ленка не отстраняется и идет на контакт, хотя сам факт появившихся трудностей конечно же огорчает. — Подожди. Но ты же овладела. Меньше чем за год овладела. Правильно? Сколько прошло с твоего восемнадцатилетия?