Охота аристократов (на клонов и не только) (СИ)

Последнее находилось в запрещённом списке, поскольку позволяло воздействовать не только на вторую категорию, а и на чистокровных граждан. Табу из табу.
Поискав по сусекам, машина через мгновение добавила: техника наверняка негласно используется кое-какими государственными структурами, но оценить этот момент количественно она со своего уровня уже не может. Искины полиции искинам других ведомств не друзья.
Трупов, кстати, пять, больше трёх с запасом. Интересно, какие у них ранги.
"Посмотрите на телах нейроконцентраторы", — отписала она Святееву в служебный чат. — "Скажите сразу, если обнаружите. Убитые — чистокровные? Какие ранги?".
Ответ пришёл тут же:
"1) +. 2) +. 3) 4,4,4,5,6".
Барласов наверняка не заметил ничего по ней, поскольку сосредоточенно продолжил на своей волне:
— И я не могу поручиться за достоверность того, чему даже и был свидетелем, поскольку пребывал под незаконным ментальным воздействием.
— Можно без протокольного канцелярита, — неприязненно бросила офицер. — Не ломайте комедию, будьте собой.
Чёрт. Если это именно оно, то зачем этот геморрой ЕЙ. Одни проблемы в перспективе, захотелось расплакаться.
Хотя, у него есть деньги и он явно готов делиться, причём не разово. Есть за что напрягаться.
— Пятый на моих глазах перестрелял первых четверых, потом принялся шарить у меня по кабинету. Я улучил момент и исхитрился отобрать у него пистолет, из которого убил его.
— Осмотр места ваших слов не подтверждает, — обтекаемо сформулировала Светлана.
По одному из каналов ей сейчас в режиме реального времени лилась работа криминалистов (и не только) из-за стены.
— Я же тела трогал и переворачивал — надеялся, кого-то можно спасти, — спокойно пояснил второсортный. — Ваш осмотр и не даст ничего. Опять же, сознание было ещё спутанное, может, не соображал до конца: кажется, по запаре даже таскал их туда-сюда.
— Это серьёзное нарушение. Вы не должны были...
— Готов отвечать в суде по всей строгости закона, — перебил он со скоростью искина, и не думая спорить. — Нарушил — значит, виноват. Как суд назначит, так и сделаю.
Суд как раз войдёт. В твоё положение, особенно за твои же бабки. Понятно, что сам факт группы с подобной снарягой на твоей территории — это не розыгрыш, а что-то гораздо более серьёзное.
А ты налоги платишь, как бегемот, суд деньги бюджета считает быстрее, чем служебную целесообразность полиции.
Держим в голове вариант возможного сотрудничества с ним лично. Смежники тоже люди, с ними можно пободаться, если есть резон (читай, регулярный доход). Опять же, по закону они полностью неправы.
— Я очень сомневаюсь в вашей способности отобрать пистолет у работающего менталиста пятого ранга. И это не первая нестыковка в вашем рассказе. — Светлана решила побыть до известной степени откровенной.
Когда они входили сюда, Фролова на автомате прогнала одну из проверок: дёрнула его за плечо, развернула, потом внесла внутрь правой рукой, не встретив характерного сопротивления.
Если бы он чисто технически или физиологически был в состоянии оппонировать чистокровным на сопоставимом уровне, рефлексы его тела работали бы иначе. Это бессознательное, не изобразишь.
Ментал в здании хоть и не работает, но тактильного контакта никто не отменял. Нельзя снять информацию мозгом — значит, что-то получим через нервы. Результат точный.
Кстати, это обычный в среде полицейских тест второсортным на дикого менталиста. Барласов диким не является, обычный кисель.
— А я вас и не уговариваю, — он не смутился. — Я на своей территории. После такого вторжения имел право вообще передушить их без особых для себя юридических последствий, если бы сил хватило, — тут владелец ВАВИЛОНА неподдельно вздохнул. — Вы просили рассказать? Я это сделал. Верить, не верить — ваше дело.
Интересно. Если б не был второсортным, предположила бы, что он каким-то образом видит её переговоры с коллегами по сетке. Как-то он резко повеселел после этого сообщения Святеева о концентраторах.
 
Ладно, фигня. Работаем дальше.
— Хорошо, допустим. Хотя предупреждаю, что достоверность этого вашего заявления будет проверяться повторно. Зачем вы трогали тела до нашего приезда?
— Я уже пояснил, память барахлит? — вроде тоже работает на жетон, мимика не соответствует тексту. — На автомате хотел проверить, вдруг кто живой: оказать помощь, если возможно. Для этого проанализировал каждый раневой канал и витальные функции каждого из, г-хм, нет, не из пострадавших. Из убитых.
И снова правда, опять не вся. Но проедем.
— Вы настолько понимаете в медицине?! — Фролова удивилась и в первый раз за беседу не стала этого скрывать.
Уж куда-куда, а на медфакультет второй категории граждан дороги практически не было. В принципе, как и в любой другой университет, по большому счёту — но конкретно Барласов при деньгах, там возможны варианты.
— Да, в медицине я понимаю. — За очень короткой фразой, такое впечатление, стояло что-то большее.
Не врёт однозначно. Прикол.
Ладно. Беседовать с ним ещё придётся, не здесь (дело обещает стать резонансным, плюс личные варианты между строк наметились), потом уточним при желании. Мать вашу. Долбаные концентраторы.
Можно будет пошевелить тему уже у себя, особенно если опять явится без адвоката.
— Я сразу предупреждаю вас, что не верю в достоверность сказанного на тему отъёма пистолета, — Светлана решила зафиксировать момент на будущее, чтоб обезопасить себя.
— Вы очень переоцениваете свою физику и недооцениваете нас. Если это может считаться доказательством, могу при вас настучать по голове любому из вашей бригады, — на полном серьёзе предложил Барласов.
И ведь верит в собственный бред.
А может, ему что-то в мозгах повредили не по-детски?! Светлана с тревогой мазнула взглядом по индикатору в интерфейсе.
Да нет, психически адекватен.
Захотелось сказать "Бесишь, сука", но Фролова лишь иронично улыбнулась.
Среагировать на молниеносное движение в следующий момент у неё не вышло. Она успела отшатнуться, но с опозданием — чужая рука уже весьма чувствительно схватила её за горло:
— Вам больно потому, что я держу вас за трахею, — второй ладонью невесть каким образом телепортировавшийся ближе мажор, перегнувшись над столом, фиксировал её затылок. — Отпускаю, вольно.
— Я бы успела убить вас до того, как вы сжимали пальцы на моём горле. — К демонстрации она отнеслась неожиданно спокойно.
Светлана не стала нервничать, истерить, а принялась конструктивно анализировать новую вводную вслух:
— Да, буст был неожиданным, — с фактами спорить не стоит, он действительно взорвался движением стремительно. Такое могло сработать. — Для вашего уровня запредельно быстро, признаю. Но оно работает только первые доли секунды, пока чистокровный не среагирует. Потом мы ускоряемся и у вас без шансов.
— Так я его не за горло хватал и не пальцами душил, — резонно заметил владелец заведения. — За трахею тоже не дёргал, подмышками не щекотал. Сознание было как в тумане, но рефлексы не зависят. Как и мышечная память. Я не кумитэ устраивал, а его ствол забирал. Сам не могу понять, почему — я не стрелок и никогда не был.
— Подробнее. Где он стоял, как вы двигались?
— Не помню. Смутно, не готов в деталях.
— Дальше?
— Забрал у него пистолет, потом рывок назад. Это машинально, наверное: разорвать дистанцию. Вы же сильнее, нам страшно. Он следом. Выстрелил с перепугу, случайно попал, случайно ему в лоб. Так бы, наверное, он и меня хлопнул. Повезло.
Фролова задумалась повторно. Считающий себя самым хитрожопым владелец заведения снова где-то лукавил.
— Попробуйте сказать мне что-нибудь интересное, — двусмысленно намекнула она на игру для жетона.
Он ухватил влёт:
— Не поручусь, мне ж мозги массажировали в тот момент, но раз вы спросили — автоматика пистолета.
— Что с ней?