Сокрушенная тобой (ЛП)

Его слова поразили меня. Как будто Рем ударил меня по лицу. Я отбросила простыню и вскочила на ноги. Меня охватила ярость. Любить — не значит лгать или нарушать данные обещания. Не значит — впустить кого-то в свое сердце, чтобы тот разорвал его на куски.
Гнев кипел во мне так сильно, что, когда я открыла дверь и посмотрела на мужчину, тот был окутан красной дымкой слез. Я сжала руку в кулак, затем замахнулась и изо всех сил ударила Рема в челюсть. Его голова с силой откинулась назад, но он не сдвинулся. Руками мужчина упирался по обе стороны дверного проема, а позади него маячили Эмили и Крайз.
— Ты и Молли трахнул?
Рем вздрогнул и потянулся ко мне. Я услышала, как Крайзис двинулся к нам, а затем Рем шагнул в сторону и захлопнул дверь прямо перед ним и Эмили. Замок щелкнул.
— Рем. Открой эту гребаную дверь, приятель, или я ее сломаю.
— Крайзис, дай мне пять минут. Пять долбаных минут. Ты же знаешь, я никогда не сделаю ей больно, — крикнул в ответ Рем.
В дверь постучали.
— Милая, ты готова к этому? Если нет, я выломаю эту дверь.
Была ли я готова к разговору? Не совсем, но Рем стоял передо мной, выглядя растерянно, с дикими глазами, и… да, в них плескался страх. Мне нужно было услышать объяснения не для того, чтобы найти предлог простить его, а для того, чтобы найти еще больше причин для ненависти.
— Пять минут, — я слышала, как Крайзис отошел от двери, все еще выплевывая ругательства.
Рем шагнул ко мне, и я выставила руку.
— Не смей ко мне прикасаться.
Он кивнул и отступил назад, пока не уперся в дверь. Его глаза были пустыми и покрасневшими. От мужчины несло алкоголем, а футболка была вывернута наизнанку и надета задом наперед. Мучительное выражение на его лице явно обозначало вину. Что ж, он мог купаться в этой вине всю оставшуюся жизнь.
Рем потер рукой макушку, как делал всегда, когда был взволнован.
— Детка…
— Назовешь меня так еще раз, и наш разговор окончен.
Его лицо исказилось, словно мои слова причинили ему боль. Затем мужчина расправил плечи и посмотрел мне в глаза. В них появилась внезапная твердость, тьма и холод, и из-за этого взгляда мне захотелось убежать.
— Когда я был подростком… то зарабатывал деньги, продавая свое тело.
Его слова ударили меня в живот, как таран, и я откинулась назад, пока не ударилась о стену, а мои глаза не округлились от шока. Волна, состоящая из острых игл, которая уже терзала мое тело, нахлынула еще сильнее, и я скользнула вниз по стене, пока не оказалась задницей на полу. А может упала в обморок.
О Боже, что? Как? Почему? Рем изменял мне ради денег? Он уничтожил нас из-за денег? Нет. Нет. В этом не было никакого смысла. Рему не нужны были деньги. Зачем ему это делать? Как он мог скрыть что-то настолько… настолько отвратительное?
— Дет… Кэт, это было очень давно, когда я был ребенком. Боже… — он сделал глубокий вдох. — Мне были нужны деньги, чтобы выплатить долг. Господи, Кэт, я не горжусь тем, что сделал.
— И что дальше? Ты снова ступил на ту же дорожку? — Боже, я не могла даже говорить об этом. Меня выворачивало на изнанку не от того, что Рем сделал в прошлом, а от того, что совершил сейчас. Скрыв это от меня, хотя я впустила его в свое сердце.
Я подняла маленькое мусорное ведро из нержавеющей стали и швырнула в него. Рем увернулся. Раздался громкий треск, когда ведро врезалось в стену.
— Бл****дь. Я открылась тебе! Отдала всю себя!
Он положил руки по обе стороны головы и сжал пальцами короткие пряди, прежде чем медленно соскользнуть вниз по двери, пока не сел на пол в ванной, согнув колени и обхватив голову руками.
— Нет. Бл*дь, все не так. Прошлой ночью… — мужчина посмотрел на меня. В его взгляде читалась растерянность, как будто тот переживал кошмары прошлого. Как и я. — Не знаю, что произошло прошлой ночью. Вообще ни хрена не помню. Я ушел из бара раньше парней. Хотел вернуться к тебе. И собирался взять такси до фермы, но увидел Молли на улице, и мы сели в одно такси. Ее дом был уже рядом, но потом… — Рем закрыл глаза и нахмурился, словно размышляя. — Молли расплакалась, сказав, что ее бывший парень вернулся, и она боится, что он внутри. Поэтому я вошел туда, чтобы убедиться в его отсутствии, — мужчина посмотрел на меня. — Кэт, после этого я ничего не помню. Клянусь. Мы могли выпить вместе, бл*дь, — он ударил себя по голове тыльной стороной ладони. — Может, я сказал, что останусь, потому что она испугалась.
 
— Значит, ты был слишком пьян, чтобы понять, что трахаешься с другим парнем и женщиной?
— Они были ее соседями по квартире, Кэт. Ни хрена я не знаю. Ничего не помню. Я проснулся час назад, и Молли сказала мне, что вы с Крайзисом приходили туда.
Ледяное чувство ударило меня в грудь. Ложь. Он пытается спасти себя после того, как уничтожил меня.
— Вранье. Сначала ты переспал с Молли? А потом с кем, Рем? Сколько еще мужчин и женщин ты трахнул с тех пор, как мы решили быть вместе? Значит ты солгал, когда сказал, что ни с кем не был с тех пор, как мы впервые встретились? Нажираешься в хлам, а потом вытворяешь такое. Говоришь, что делал это за деньги? Это не дает тебе права изменять мне. Слава богу, мы пользовались презервативами, потому что ты — мерзкий кусок дерьма, и я не желаю, чтобы у меня внутри осталось что-то от тебя.
Он долго молчал, а я прижала колени к груди, боясь взглянуть на него, потому что не желала напоминать себе о том, кто он такой. Мне хотелось стереть его из своей памяти.
— Да. Я такой.
Его хриплый шепот заставил меня поднять глаза, и это было ошибкой. Я видела, как слеза появилась в уголке его правого глаза, а потом медленно скользнула по щеке. Мучительная боль в груди вызвала мой крик, и я вскочила на ноги.
Мне нужно было выбраться. Сбежать отсюда.
— Выпусти меня. Я хочу выйти.
Рем медленно встал, и опустошение отразилось на его лице — в поджатых губах, опущенных глазах и дрожащих руках, когда тот поднял руку, чтобы пригладить волосы.
Мужчина отошел в сторону, и я шагнула к двери, страшась, что он коснется меня. У меня не было сил выдержать его прикосновение еще раз. Кусочки моей души, которые я старательно удерживала, казалось, вот-вот треснут. Хотя кого я обманывала? От меня давно ничего не осталось.
Я повернула дверную ручку, и до меня донесся его шепот:
— Ты всегда заслуживала лучшего парня, чем я, красавица.
Не знаю, почему его слова так сильно меня ранили, ведь я действительно заслуживала лучшего мужчину, чем тот, кто изменил мне. Но дело было не только в этом. Рем всегда повторял эти слова. Он никогда не считал, что достоин меня, и теперь я понимала почему.
Если бы Рем не изменил мне, если бы рассказал мне о своем прошлом… Уверена, что все еще любила бы его. Я бы признала, что это часть его прошлого, потому что, благодаря ему, Рем стал тем, кем являлся сейчас. Ясно, почему он говорил, что женщины всегда были для него просто объектами. В его утверждении присутствовал смысл. Мужчина использовал их; это была просто работа. Была? Нет, есть.
Я шагнула прямо в объятия Эмили, и она обняла меня, уводя прочь. Не знаю, куда мы пошли, только то, что она обнимала меня очень долго, пока я наконец не заснула.
  
Глава 19
 
Дни проходили в тумане горя и боли. Первые несколько дней Мэтт оставался на ферме, оставив бар на Бретта. Он, Эмили и парни заставляли меня вставать с постели каждый день. Джорджи даже спала со мной пару ночей, обнимая и ничего не говоря, что было совершенно на нее не похоже. Каким-то образом девушка знала, что тишина — это все, что мне нужно.
Рем исчез. Он даже оставил свой телефон на кухонном столе. Все знали о его измене, но я не стала упоминать о том, что Рем говорил о своем прошлом. Может, потому, что была перед ним в долгу за то, что он хранил мой секрет.