Директива: Выжить! (СИ)
— Не глупи, старик! Сейчас подоспеют мои дроиды, подлатают тебя… Ты! Убрал клешни! — Перехватив гибкий манипулятор медика, Хирако оттолкнул устаревшую машину… или попытался это сделать. Достаточно крупный дроид даже не пошатнулся, а его манипулятор с инъектором продолжил своё движение.
— Информирую: согласие пациента получено. Сэр, прошу не препятствовать процессу лечения…
— Это его просто убьёт! — Хирако извернулся и почти выхватил пистолет, намереваясь прострелить наглому медику ядро, но один из наблюдавших за всем с самого начала техников остановил его, зафиксировав руки капитана в надёжном захвате. — Ты…!
Раздался щелчок, и инъектор опустел. Дроид вколол старику стимулятор, после чего отошёл на шаг назад.
— Через несколько секунд пациент перестанет чувствовать боль и сможет говорить. Ориентировочное время до потери сознания — две минуты сорок секунд.
— Не буянь, Хирако. — Тихо произнёс Молли, посмотрев на пирата, уже скрутившего техника и, по-видимому, готового оборвать его жизнь. Хирако был в ярости, что читалось и в его глазах, и в мимике, и в руке, сжимающей пистолет. — Убери отсюда остальных…
— Все вон! — Впрочем, мужчина мог и не повторять, ведь техники, ещё недавно бывшие подчинёнными старика Молли, услышали его и двинулись прочь. Рядом осталась только пара «Эгид», застывший в десятке метров Аполло — и дроиды медики, как старые, так и прибывшие вместе с «Удачей». Последние уже приступили к сканированию пациента, но им требовалось время.
— Ушли? Отлично. — Молли слабо улыбнулся. — Запоминай: в квадрате 22–04 есть пещерка. Там — наличные и кое-что, припасённое на чёрный день. В моём доме, в городке…
— Молли, старик, пожалуйста — только не диктуй мне тут завещание. — Хирако как никогда отчётливо вспомнил слова отца, который за минуту до своей смерти делал то же самое. — Прошу…
— … на кухне есть погреб. Там кое-какой антиквариат и пара чипов с координатами. По молодости я, кха-кха, был тем ещё подонком, так что находки тебя порадуют. И, Хирако, не вини себя. Ни в чём не вини. Ты… не предавал.
— Я предал, старик. — Губы мужчины вытянулись в тонкую полосу, лицо напряглось, а веки задрожали. Он сам совершил поступок — и теперь видел прямые последствия этого. Молли был стар, и не заменил на импланты ни одного органа. Он мог выгадать себе ещё не один десяток лет жизни, но отчего-то тянул с принятием этого решения. И теперь Хирако, глядя на дисплей выдавшего диагноз медицинского дроида, понимал — у старика просто не выдержало сердце, вслед за которым пошёл в разнос весь организм. Молли вернул себе способность трезво мыслить лишь за счёт боевого стимулятора, пережить использование которого без помощи со стороны мог разве что двадцатилетний парень с эталонным здоровьем. — И убил тебя.
— Но я не злюсь, парень. Не злюсь. — Молли попытался улыбнуться, но у него получился лишь оскал. — Иначе стал бы я, кха-кха, включать тебя в завещание?
— Спасибо, Молли. За всё спасибо. — Мужчина проглотил вставший в горле ком. — Я не говорил раньше, но — спасибо. Без Каюрри… Без тебя, без твоих советов мы бы не выжили. Я был слеп, раз не понимал этого…
— И хорошо, что прозрел сейчас, а не на смертном одре, как, кха-кха, я. Я любил эту планету, эту систему… и ошибался. — Слабая рука старика потянулась к нагрудному карману, достав оттуда серую пластиковую карту, в центре которой проглядывался массивный чип. — Не место, а люди… Были мне дороги. И я вверяю их тебе, Хирако. Мои заместители… покажи им карту.
— Покажу, Молли. — Хирако левой рукой принял подарок, не став напоминать о том, что все разумные на Каюрри теперь всё равно подчиняются капитану Про, из-за чего эта карта, что бы она ни значила, не очень-то полезна. Молли уже едва дышал, и тратить эти последние мгновения на придирки было бы верхом неуважения. — Обязательно покажу…
— Удачи, Хирако. Выживи… сынок.
Взгляд старика застыл, а спустя несколько секунд его глаза поблекли. Из них ушла жизнь, и Хирако, наконец, обратил внимание на обращающегося к нему медицинского дроида.
— Повторяю, капитан: вам необходимо обработать рану.
— Рану? — Хирако потянулся правой рукой к левой, чтобы забрать карту, но его конечность пронзило вспышкой боли. Мужчина дёрнулся и, переведя взгляд, заметил, что осталось от сжимаемого им пистолета, выхваченного во время борьбы с техником. Он ведь и правда хотел его пристрелить. — Какого…?
Металлическая рукоятка пистолета, выпавшего из кровоточащей руки, была деформирована и проломлена с двух сторон, словно её поместили под мощнейший пресс. Сменная батарея так же была повреждена, что заставило Хирако пинком отправить любимое оружие подальше — уж что-что, а отправляться вслед за Молли он не хотел.
Но голыми руками смять металл…?
— Поздравляю, пират — разумные со сверхъестественными способностями преследуются в доброй половине галактики. — Съязвил приблизившийся Аполло, по команде которого одна из «Эгид», закрывшись щитом, подняла повреждённый энергетический пистолет, двинувшись в направлении челнока. — И прими мои соболезнования.
— О, ты умеешь быть вежливым? — Хирако, руку которого уже во всю обрабатывал медицинский дроид, поморщился — металл довольно глубоко пропорол ладонь, так что процедура выходила не из приятных. Машина не знала, что такое жалость, действуя по предельно эффективным протоколам. — Поверишь, если я скажу, что раньше гнуть металл руками у меня никогда не выходило?
— Поверю. Если бы ты мог это контролировать, то не навредил бы самому себе. — Качнул головой Аполло. — Свяжешься с капитаном?
— Зачем…? А, ну да. — Хмыкнул пират, поняв, что Аполло мог слышать шёпот Молли. А мог и не слышать, но проверять это, рискуя получить пулю в висок? Хирако был не настолько жаден. — Сейчас меня заштопают — и свяжусь. Но… как думаешь, Про выпишет мне больничный на день-другой?
— Мы хоть и киборги, но эмоции нам не чужды. Думаю, капитан позволит тебе проститься с другом как подобает. И… — Хирако вопросительно вздел бровь, так как Аполло молчал уже пятую секунду. — … я замолвлю за тебя словечко.
— Спасибо…
— Исключительно потому, что этот старик считал тебя хорошим человеком, пират. — С этими словами киборг отвернулся, вперив взгляд визоров в снующих вдалеке техников, включённых в работу под присмотром «Эгид». Параллельно с этим он передал на «Немезиду» пакет с информацией об устранении опасного юнита, а так же запись, запечатлевшую момент нарушения органиком законов физики.
Самостоятельно Аполло не мог сделать из зафиксированного значимых выводов, но знал: совершенный лидер с этим справится…
* * *В момент получения пакета информации с поверхности PR-0 уже завершил диалог с органиками-заместителями, выяснив у них всё, что требовалось. Причём в этот раз обошлось без запугивания, так как приближённые Молли проявили инициативу и сообщили о том, что Каюрри необходимы перемены, и они готовы верно служить новому хозяину системы.
Любой органик бы поверил в эту ложь, но программа PR-0 была совершенной во всём, что касалось считывания эмоций своих жертв. За сорок восемь стандартных лет функционирования в качестве дроида-палача он накопил достаточно опыта для наиболее эффективной интерпретации поведения органиков, и потому нелояльные юниты получили такой ярлык спустя восемь секунд с момента встречи с PR-0. Логические цепи постановили, что наиболее эффективным решением стало бы их устранение, но сообщение о гибели Молли заставило палача повторно провести расчёты.
Практически одновременное прекращение функционирования всей правящей верхушки Каюрри могло привести к конфликту с капитаном Хирако, чья ценность ввиду последних событий выросла в разы. Он уже был не просто органиком, эффективно выполняющим свою работу, но и существом, обладающим так называемыми сверхъестественными способностями. PR-0 не утратил знание о катализаторе, вызвавшем разблокировку его собственных некачественно обнулённых банков памяти, и потому считал задачу по исследованию этого непрогнозируемого фактора одной из наиболее важных.