Блондинка в боевой академии. Не хочу учиться! (СИ)

— Сказала же, нет. Я не нужна ему. Смысл об этом говорить? Переживу. Но оттолкнул он меня красиво… даже не поспоришь.
— Знаешь… — Он уставился в закат и отхлебнул кофе. Поморщился, потому что напиток уже остыл, посмотрел на него с брезгливостью, но потом отпил еще. — Иногда мы отталкиваем тех, кто нам дорог, потому что боимся. Или нам кажется, что так будет правильно.
— Ты кого-то отталкивал? — заинтересованно спросила я и подалась вперед.
Сильх невесело хмыкнул и сказал.
— Можно и так сказать. Но она виртуозно вонзила мне нож в спину. Первая.
— Ты из-за этого грустный?
— Нет. Это было давно. Завтра родительский день, а у меня сложные отношения с отцом, сестрой… да и с мачехой. И вообще, я сбежал сюда в надежде, что не увижу их в ближайшие несколько лет.
— А они приедут?
— Непременно. Не упустят такой шанс. Боевая академия защищает своих студентов. Поступил сюда и все… никто не навестит тебя против воли, никто не напомнит об обязательствах до конца обучения. Никто не посмеет забрать…это защита. И только в родительский день двери открыты.
— Тебе угрожает опасность?
— Нет, мне угрожает несколько неприятных минут или часов. Меня попробуют уговорить вернуться. Но я выбрал свой путь и он за пределами Холмов. Но кого волнует наш личный выбор?
— Я могу чем-нибудь помочь? — слова вырвались сами по себе, но Сильх повернулся ко мне и криво усмехнулся.
— Ты ведь знаешь, как опасно предлагать подобное фейри?
— А я рисковая…
— Заметил уже…
Сильх не ответил мне ничего, просто вручил стаканчик с недопитым кофе, развернулся и ушел. Боги, что в голове у этого двинутого? Как с ним вообще можно общаться? Не завидую я его девушке. Интересно, кто воткнул ему нож в спину? Сабрина? Что-то непохоже. Я не заметила у Сильха к ней никаких чувств. Жаль, что я не узнаю.
Я еще немного постояла на крыше, вдыхая свежий ночной воздух, посмотрела на зажигающиеся на потемневшем небе звезды, а потом пошла спать, уговаривая себя, что следующий день будет непременно лучше, чем этот. Ведь завтра праздник и приезд родителей.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Ты где была? — с порога спросила меня Сабрина, словно подозревала в чем-то нехорошем. Вот не зря говорят, что у влюблённых женщин обострена интуиция. По крайней мере, по части поиска соперниц. Я хоть не была соперницей Сабрины, но все равно поежилась. Если она узнала бы, что я непринужденно болтала с Сильхом на крыше, у меня появился бы враг. А враждовать с Сабриной я не хотела, поэтому ответила ей как можно беспечнее.
— Да так… гуляла, — и прошла к нам в комнату. Зейна и Элоиза последовали за мной, явно чтобы завалить вопросами. Их моя показная беспечность не обманула. Все же скрывать что-либо в женском коллективе еще тот квест. Слишком много глаз и ушей.
Как я и подозревала, едва закрылась дверь, меня ждал допрос.
— Рина скажи, ты снова сошлась с Адамом? — строго спросила Элоиза и уперла руки в бока.
Слава великим богам я не пила и не ела, а то бы непременно подавилась от этого идиотского предположения.
— С чего такое умозаключение?
— Ну… — Элоиза засмущалась и не сразу подобрала слова. На помощь ей пришла Зейна.
— Мы думаем, у тебя есть парень. Из-за него ты была вчера расстроена, а сегодня к нему бегала мириться.
— Глупости, — отмахнулась я и демонстративно перевела внимание на Тварь, которая уже пять минут прыгала на задних лапках возле моего колена, тщетно надеясь привлечь внимание хозяйки. — Особенно глупо думать, что я когда-нибудь вернусь к Адаму! Это бред.
Девчонки еще пытались ко мне приставать, но я уверенно держала оборону. Ничего не знаю. Никакого парня нет, просто гуляла. Они не поверили, и даже немного обиделись, но доставать все же перестали, и мы пошли спать. Завтра с утра должны приехать родители, и я по-настоящему ждала встречи с ними. Прошло совсем немного времени, но я уже скучала без них.
Сутра подорвалась пораньше. Впрочем, так и все остальные. Предстоящий визит короля, первая демонстрация нашей силы в стенах Боевой академии, родители, по которым мы успели соскучиться — все это заставляло переживать и суетиться. Я своих даже выбежала встречать на улицу.
 
— Моя милая, как ты похудела! — воскликнула мама, обдав меня ароматом дорогих духов. — Но тебе непозволительно хорошо. Я так переживала, что учеба в подобном месте придаст тебе мужские черты. Но ты все та же милая девочка!
— Хорошо выглядишь дочь, сдержанно поприветствовал меня отец и тут же отвлекся.
Я удивилась, что папа переключился на разговор с отцом Адама, который мне весьма вежливо кивнул и даже улыбнулся. Они сейчас серьезно? При прошлой встрече, папа едва за меч не схватился.
— Мама, я что-то не знаю? — подозрительно поинтересовалась я, но мама лишь рассмеялась, как мне показалась несколько натужно.
— Перестань дорогая. Мы вращаемся в одни кругах. Что теперь до конца жизни плевать друг другу в спину?
— Плевать не плевать, но Адам меня бросил и, если ты помнишь, весьма неприятным образом. Если бы не наш куратор, я бы опозорилась.
— Но позора не произошло. Ты вела себя безупречно, ну а Адам одумается. В его возрасте твой отец тоже был импульсивен.
— Нет уж! — Я фыркнула. — Пусть не одумывается.
— Ты все еще на него злишься? — с сочувствием спросила мама и погладила меня по руке, а я с недоумением посмотрела на родительницу, а потом вспомнила. Мы ведь не общались, и она не в курсе, как ведет себя Адам в академии.
— Мам, я на него не обижаюсь, просто после того случая у меня открылись глаза. А здесь… здесь он ведет себя так, как привык. Удивительно мерзко. Так что все, что ни делается к лучшему.
— Конечно, дорогая. — Мама не стала спорить. — А теперь покажи мне все тут. Я хочу видеть, как ты тут устроилась.
— Пошли!
Я кивнула и потянула ее за собой, заметив Сильха. Он стоял почти за моей спиной совсем недалеко от того места, где вели увлеченную беседу папа и отец Адама. Сильх задумчиво смотрел в сторону ворот и подпирал плечом стену. Тоже ждет своих? Он вроде бы не хотел никого видеть. Лукавил или надеется не пустить их дальше двора академии?
Как выяснилось, сама для себя незаметно я привыкла к учебе в академии и успела изучить тут каждый уголок, а теперь с удовольствием устраивала маме экскурсию, показывая, где находятся аудитории, столовая, наши апартаменты, тренажерные залы. Хотела даже к грифонам отвести, но тут мама уверенно отказалась.
— Ну что же… — настороженно произнесла она. — Я думала, тут будет хуже. Вполне достойное место. Не такой судьбы я желала своей дочери, но в мыслях успела себе надумать страшное. То, что вас тут обижают, гоняют и удобств никаких. Представляла что в академии казарма. Правда, я там ни разу не была, — отчего-то смутилась она. Мама у меня вообще нигде не была, домашнее обучение и свадьба в восемнадцать лет. А после светские вечера, модные салоны, благотворительные мероприятия.
— Рина, тудыть тебя за ногу, почему еще тут? — От вопля мэрша Адриана я подпрыгнула, а мама замерла с непередаваемым выражением на красивом породистом лице. — Мэм, простите!
Он приложил руки к груди и взглянул на маму весьма скорбно.
— Но сами понимаете, студенты, что б их. Все нервы вытрепали. А так при вас… да мне бы и в голову не пришло повысить голос!
— Да я-то при чем? — вклинилась в разговор я, потому что мама уже настроилась защищать свою кровиночку от нападок. А мне оно надо? Сама разберусь.
— Вас обыскался этот столичный герцог, странной ориентации… говорит у вас, как его этот… финальный прогон, а что-то не в порядке с костюмами.
— Что может быть не в порядке с костюмами? — удивилась я. — Вчера же доставили из города.
— Вот я даже вникать не хочу, скоро прибудет его величество, мне еще встречу организовывать. Не до вас. И где эти грифоньи отродья — четвертый курс!? Не видела?
Я отрицательно помотала головой, а Мэрш умчался, оставив нас мамой в коридоре. Я-то уже привыкла, а вот она выглядела задумчивой. Постояла немного и произнесла.