Блондинка в боевой академии. Не хочу учиться! (СИ)

— Ничего себе! — с трудно скрываемым восторгом пробормотала Зейна и тоже подобралась поближе.
— Это курсант академии или преподаватель? — Зака подергал за рукав его однокурсник. — У нас с потока в прошлом году троих отчислили. А вдруг не отчислили, а убили?
— Нет… — Зак, принесший взволновавшую всех новость, стоял в горделивой позе и вещал, наслаждаясь моментом триумфа. — Я слышал, сказали — это девушка. Молодая. А эти… — Кивок в нашу сторону. — Все тут… А еще у трупа нет руки! Точнее, кисти.
— Ты слышала? — Зейна ткнула меня под ребра, и я недовольно посмотрела на подругу.
— Конечно, слышала, — шепотом огрызнулась я. — Он орет на весь коридор, а я не глухая.
— Думаешь, это остатки нашей руки?
— Рука не наша… — открестилась я. — Не моя, так точно, слава богам. Но, похоже, да, нашли то тело, которому она некогда принадлежала. Знаешь, меня начинает тошнить, когда я понимаю, что мы сделали.
— Да ладно. — Зейна отмахнулась. — Во всем виноват твой мерзкий бывший. Мы же не по своей воле потащились на полигон.
— Руку-то по своей воле забрали, — не согласилась я.
— Да, по своей. И вполне возможно, именно этот факт поможет раскрыть преступление! Ведь получается тут кто-то летом или в прошлом году убил девушку и спрятал на полигоне, понимая, что там вряд ли найдут. И не нашли бы, если бы не глупое стечение обстоятельств.
— Там не было недавно убитых, все мертвецы… — Я задумалась, подбирая ответ. — Со стажем, а значит, убили ее давно. И вовсе не обязательно, что здесь.
— Я слышала, тело можно очень быстро… так сказать, состарить, — тихо подала голос Элоиза и сглотнула, побледнев. — Ужас-то какой! Зачем я вообще про такое подумала? Теперь ночью спать не буду.
— Скажешь тоже, ночью! — фыркнула Зейна. — Мы еще позавтракать не успели.
— Да что-то и не хочется после таких новостей, — заметила Элоиза и помрачнела.
Разогнали нас минут через десять. Причем очень оперативно и быстро. Каждую группу забрал свой куратор. Когда в коридоре появился невозмутимый, мощный Натаниэль в светлой рубашке, на которой были не застегнуты две верхние пуговички, я вспыхнула. Смутилась и поймала его взгляд. Холодный и безразличный. Куратор смотрел, словно сквозь меня. Вот вроде и сама я хотела именно этого, но в желудке холодным комком свернулась обида.
«Ну а что ты хотела, Рина? — мысленно поинтересовалась я. — Как он мог повести себя на людях, к тому же он четко обозначил свое отношение сразу после поцелуя?»
Ответа на этот вопрос не было, зато была глухая тоска и испорченное настроение. Если еще вчера я не хотела его видеть и успешно скрывалась весь день. Но сегодня, едва проснувшись, поняла: мне необходимо с ним поговорить. Глупо отрицать — от воспоминания о его сильном теле и волнующих губах голова шла кругом.
— Сели! — скомандовал Натаниэль, и мы тут же плюхнулись там, где и стояли. Кто на стулья за партами первого ряда, кто на подоконник, а Зейна вообще на преподавательское кресло. Куратор бросил на нее такой взгляд, что подруга тут же взвилась, пробормотала извинения и ретировалась поближе ко мне. Я устроилась на втором ряду сзади Сабрины, стараясь стать незаметной. Не могла прогнать из головы воспоминания о нашем жарком поцелуе.
— Скажите мне, что вас ждет буквально через пару дней? — угрожающе начал он, обведя нас хмурым, тяжелым взглядом. А я невольно залюбовалась тем, как сверкают его глаза. Тонкий расчерчивающий щеку шрам придавал лицу Натаниэля угрожающее выражение, но сейчас я осознавала, он все равно не портит резкую, брутальную внешность.
— Визит короля? — тихо проблеяла Альма. Ее голос ощутимо дрожал.
— Правильно, — уже мягче отозвался Натаниэль. — Визит короля. А вы вместо того, чтобы в поте лица готовиться к нему занимаетесь сбором сплетен! Вам заняться больше нечем? Вы так уверены в себе и не боитесь опозориться сами, опозорить меня и своих родителей, которые прибудут уже послезавтра!
— Но мы шли на завтрак…
— Вот и шли бы, а теперь не успеете, зато собрали все местные сплетни!
 
— А это правда, что нашли тело девушки без руки? — поинтересовалась, не сдержавшись Мирра, а Натаниэль закатил глаза.
— Вот о чем я вам только что говорил? Ваша задача не ударить в грязь лицом во время визита короля. Остальное вас не касается. Я не хочу, чтобы вы распространяли сплетни, слушали сплетни, и, что более важно, передавали сплетни куда-то дальше.
Последняя фраза была сказана таким тоном, что по спине пробежали мурашки. Нам явно было приказано молчать.
— Но… — начала Элоиза. Натаниэль ее перебил:
— Никаких «но». Визит короля — это всегда событие. Визит родителей — тоже. Я надеюсь на вашу сознательность, если вы понесете сплетни за пределы академии, проблемы могут быть у всех. Это ясно?
— Но ведь это убийство! Ее же кто-то ищет! — возмутилась Альма. — Неужели вы все просто замнете историю? Так нельзя.
— Не слушайте сплетни, повторяю еще раз. Занимайтесь своими делами и предоставьте другим те же возможности, и тогда все будет прекрасно.
Натаниэль закончил и повернулся к нам спиной, показывая, что на сегодня все. Мы начали поспешно собираться, и я даже почти дошла до выхода из аудитории, когда до меня донеслось.
— Рина, задержись, пожалуйста.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Я переглянулась с девчонками и замерла, как испуганная мышь. Сердце стучало в груди, а руки дрожали.
— Мы тебе в коридоре подождем, — тихо сказала Элоиза, но я помотала головой.
— Нет. Идите в столовую, я вас догоню.
Девчонки кивнули, а я развернулась к Натаниэлю.
Мы стояли друг напротив друга и молчали. Я безнаказанно на него таращилась. На прямой нос, на волевой подбородок и иронично изогнутые губы, на внимательные глаза цвета бутылочного стекла и понимала, что теряю контроль. Я вообще забыла, где я и что тут делаю. Представления не имею, в какой момент мое сердце дрогнуло, и я пропала. Иногда мне казалось, в тот самый момент, когда он под руку провел меня по ковровой дорожке, после того как Адам меня бросил. Просто тогда я была в состоянии шока и не очень понимала, что происходит. А вот сейчас поняла, и это знание напугало и обескуражило.
Натаниэль тоже казался обескураженным, но когда за спиной хлопнула дверь аудитории, и в коридоре стихи голоса, я осознала, что его молчание связано не с накатившим смущением. Он просто ждал момента, когда мы останемся совсем один.
— Рина… — хрипло произнес Натаниэль и сделал шаг ко мне навстречу. В зеленых глазах плескался огонь. Сердце скакнуло в груди, и мне стало сложно дышать, поэтому я скорее проблеяла, чем нормально сказала.
— Да?
— Ночью…
— Что ночью? — поинтересовалась я и сама невольно качнулась ему навстречу. Я помнила каждый миг, каждую фразу и движение, которые привели нас к поцелую. Губы приоткрылись сами собой, и я поймала на них его обжигающий взгляд.
— Я повел себя неправильно…
— Возможно. — Я не стала спорить, просто облизнула пересохшие губы, а он сдавленно выругался, с жадностью уставившись на меня.
— Ты специально это делаешь? — хрипло и зло прошептал он, и в глазах полыхнуло пламя.
— Я? — Под его тяжелым взглядом я испуганно сделала шаг назад и уперлась лопатками в стену, понимая, что оказалась в ловушке.
— Ты преследуешь меня везде… — выдохнул он мне в губы, упираясь ладонями в стену у меня над головой. — Зачем?
— Я не специально, правда…
— Это неправильно, Рина…
— Неправильно…
От его сильного тела совсем рядом я плыла. У меня кружилась голова, дрожали руки, и я могла думать только об одном. О его губах. Да, наверное, целовать его неправильно. Наверное, отношения между нами невозможны, но я чувствовала: мое присутствие Натаниэля заводит. Он смотрит на меня с жадностью. Мне совершенно не хотелось, чтобы он снова говорил об ошибках, не хотелось, чтобы прогнал меня, поэтому я сделала единственно возможное, что заставило его замолчать. Качнулась вперед и впилась жадным поцелуем ему в губы. Натаниэль на секунду замер, а потом сгреб меня в охапку и прижал спиной к стене, целуя жадно и бешено, так, словно это последний в его жизни поцелуй.