Тебя больше нет (СИ)

- Нет, – девушка инстинктивно оттянула левый рукав свитера.
Тогда ведьма сняла очки и потерла переносицу.
- Когда Джиневра Уизли объявила, что вы виновны в смерти… в смерти Брайна Бродерика, в ваших глазах я увидела ужас. Нет, не тот удивленный ужас, а тот, который присущ ребенку, которого поймали за кражей конфет или раскрыли его секрет при всех родственниках на семейном празднике. В ваших глазах был страх.
- А вам, – робко начала гриффиндорка, – а вам не было бы страшно, если бы ваш близкий друг неожиданно при всех сказал, что это вы украли все его конфеты, когда вы об этом даже и подумать не могли? Я также испугалась, – а про себя подумала: – Я испугалась того, что это могло быть правдой. Впрочем, это и было правдой.
МакГонагалл не стала настаивать, но была уверена, что Гермиона что-то скрывает. Но пока она директор, все останется так, как было при Дамблдоре. Она не позволит никогда применять к ученикам сыворотку правды.
- Расскажите мне все, что вы помните из поездки в Александрию, – перевела тему директор. Ведьма понимала, что здесь Гермиона ничего не утаит, – в сущности, все то, что узнал профессор Снейп в библиотеке.
- Об этом я ничего не знаю, – виновата отпустив глаза, ответила девушка.
- Как это? Тогда для чего он вас взял с собой?!
- Этого я тоже не знаю, – ну не могла же Гермиона сказать, что сама напросилась. – Я провела весь день с семьей Бенджамина Сахима.
МакГонагалл в удивлении подняла бровь.
- Сахим? А не его ли жена Айша обладает даром прорицания?
- Вы их знаете? – удивилась девушка.
- Да, встречала как-то раз, когда пришлось вместо Альбуса отправиться на всемирную Магическую конференцию. Мисс Грейнджер, вы что-то знаете о пророчестве профессора Снейпа? – вопросов было очень много и Гермионе пришлось напрячься, чтобы не сболтнуть лишнего.
- Пророчество?
- Да, пророчество, – требовательный взгляд директора говорил о том, что это уж точно не укроется от нее.
- Я правда не понимаю, о чем вы, профессор МакГонагалл, – удивление сыграть не получилось.
- Гермиона, если я тебе позволила что-то утаить, то здесь я потребую честности. Вчера, когда вы прибыли, Северус Снейп сказал мне о пророчестве, но изъясняться не посчитал нужным, – настаивала директор.
- Но я и пр…
- Я вижу по вашим глазам, что вы что-то знаете!
Прижатая к стенке, гриффиндорка не видела смысла что-то скрывать, тем более от чуткой, доброй и проницательной МакГонагалл.
- Я точно не помню, но судьба профессора Снейпа решится только в неком союзе, перед этим тьма должна забрать с собой троих… Директор, что вы от меня хотите, я не помню! – атмосфера давила, девушка посмотрела в потолок, еле сдерживая слезы. Фантомная боль от метки не давала покоя.
Минерва МакГонагалл откинулась в кресле, осознавая, что несколько переборщила. Этот учебный год давался тяжело не только ей, но и Гермионе. Профессору трансфигурации показалось, что она не знает и толики того, что происходит с девушкой, и от этого она была бессильна, так как не знала, как помочь.
***
Мертвое тело Брайна Бродерика покоилось на столе, подверженное термальной обработке. Казалось, что он спит. Если его потрепать по плечу, то он сонно откроет глаза и удивится, почему здесь столько людей. Но парень не спал.
- Джинни ценила его больше, чем других членов команды, – сказал Гарри, закатывая рукава мантии.
- Да уж, хороший был малый, – подтвердил Рон. – Давай быстрее разберемся с этим и сходим навестим Джин, а то она еще и на нас накинется, как на Гермиону.
Гарри поджал губы и взмахнул палочкой.
- Даже не верится, что такой жизнерадостный молодой человек мог так внезапно оборвать свою жизнь, – посетовала Гризельда, высмаркиваясь в платок.
Министр Кингсли молча наблюдал за происходящим. Йоргенсен, присев на стол, задумчиво смотрел на Северуса Снейпа, который также держался в стороне от происходящего.
- Это было не самоубийство, – подытожил Уизли.
Гарри записал что-то на отчетном пергаменте и, задумавшись, добавил:
- На него было наложено заклятие Империус. Профессор Йоргенсен, можем ли мы посмотреть его воспоминания?
 
- Боюсь, нет, мистер Поттер, – датчанин скрестил руки на груди, виновато улыбнувшись. – Смерть наступила мгновенно. Я тоже пытался выудить хоть что-то, но удар об землю был достаточно сильным. Не удалось выудить даже какие-то фрагменты.
- Это в корне меняет дело, – с сарказмом произнес Рон, почесав затылок.
- Нам придется обследовать все палочки в Хогвартсе, даже вашу, профессор, – Поттер посмотрел на Снейпа, который явно был этим не доволен.
- Не вижу в этом необходимости, – ответил зельевар.
- Северус, если ты не покажешь свою палочку, то первый попадешь под подозрение, – вмешался Кингсли.
- Вам ли меня подозревать, министр? – усмехнулся Снейп.
- Северус, не вынуждай меня. Просто покажи палочку.
Зельевар обвел всех ненавидящим взглядом и, вытащив палочку из рукава, брезгливо протянул ее Гарри Поттеру. В этот момент в кабинет ЗОТИ, через открытое окно ворвалась школьная сова и кинула письмо к ногам Северуса Снейпа. На конверте стояла печать Малфоев.
Как только Гарри забрал палочку, Рон кинулся к письму. Снейп резко носком туфли наступил на конверт, прямо перед усыпанным веснушками лицом.
- Вы все также продолжаете совать свой наглый нос не в свое дело, Уизли, – процедил зельевар.
- Даже если вас оправдали и выдали Орден Мерлина, то это не значит, что вам кинулись все доверять, мистер Снейп, – ответил Рон, сверля мага взглядом. Молодой аврор выпрямился и поправил мантию.
Северус Снейп, не наклоняясь, призвал к себе письмо.
- То, что меня связывает с Малфоями, это мое личное дело, министр, – также сквозь зубы ответил зельевар на мысли Кингсли. – Ну что, Поттер, вы убедились, что моя палочка не участвовала ни в чем ужасном за последние сутки? И да, мне кажется это абсурдным – проверять палочки сутки, а то и более, спустя!
На этом маг развернулся и вышел из кабинета ЗОТИ, стремительно хлопнув дверью.
- Да, не думал, что когда-нибудь соглашусь с профессором Снейпом, но проверять палочки действительно абсурдная идея, – заключил Абрахам Йоргенсен.
***
Ворвавшись в дом Малфоев, Снейп не удостоил никого приветствием, а сразу перешел к делу.
- Нарцисса, почему ты мне не сказала об этом еще вчера! – прикрикнул он на женщину, которая лежала в гостиной на диване, с приложенным к голове компрессом.
Ведьма мучительно села и посмотрела хмельными глазами на мужчину.
- Тише, Северус, моя голова разрывается от боли, – простонала Нарцисса Малфой.
- На, опохмелись, – маг с пренебрежением сунул в руку женщине флакон с зельем. Снейп предусмотрительно взял его с собой, предсказывая состояние подруги.
Дожидаясь, пока зелье подействует, зельевар молчал. Когда Нарцисса пришла в себя, она вытащила из кармана письмо и протянула Снейпу.
- Я испугалась, – произнося это, она вытерла влажным компрессом лицо.
- И чего же ты испугалась? – доставая письмо из конверта, спросил маг.
- Я испугалась того, что это могла быть она!
В письме была всего одна строчка:
Твои кошмары скоро станут явью.
Целую,
Трис
Снейп задумался над содержимым.
- Северус, это ее почерк. Почерк Беллатрисы! – Нарцисса была действительно напугана. – Я всегда боялась того, что она вернется, и она это знала.
- Драко знает? – будто не слыша ее, спросил зельевар.
- Нет! Я ни за что бы его не посвятила в это!
- Хоть где-то ты трезво мыслишь, – усмехнулся Снейп.
Ведьма обиженно промолчала. Его шуточки всегда ее напрягали.
 
- Нарцисса, Беллатриса мертва!
- А что, если нет? Вдруг она смогла выжить! – миссис Малфой укуталась в халат, будто в поместье стало холодно.
- После того, что с ней сделала Молли Уизли, должно было случиться чудо, чтобы она выжила, – маг хмуро посмотрел на Нарцииссу, вникая в ее мысли. Он ждал, что эта фраза могла спровоцировать ее, что дало бы ему понять, знает ли она о хоркруксе.