Тебя больше нет (СИ)

Гриффиндорка вдруг вспомнила Малфой-манор. Вспомнила, как тело пронзало боль, а Беллатриса с наслаждением слушала крики девушки и с безумной радостью кричала все чаще Круциатус. Этот день останется с ней навсегда. Гермиона посмотрела на руку, где все еще алел шрам «грязнокровка». Шрам предательски заныл, будто был все еще свеж.
- Грязнокровка – это ты Беллатриса. Твоя кровь была поражена скверной, а теперь ты пытаешься влить эту тьму в меня.
Лестрейндж молчала.
- С кем это ты разговариваешь? – вдруг в одной из кабинок раздался писклявый голос Миртл.
- Привет, Миртл, ни с кем, сама собой, – ответила девушка, не отрываясь от зеркала.
- Даже в мире магов такие разговоры считаются признаком безумия, – самодовольно промурлыкал призрак девочки, проплывая над закрытым входом в Тайную комнату. – Хотя, ты выглядишь достаточно безумно. Тебя так напугало искалеченное тело Брайна Бродерика?
Миртл неуместно засмеялась над собственной шуткой. Но быстро поняв, что ее не оценили, мгновенно замолчала.
- Пивз говорит, что ты довела Джинни Уизли до психушки. Я отправилась посмотреть и представляешь, что увидела? – призрак девочки сделал паузу, ожидая заинтересованности, но не увидев ответной реакции, продолжил, – она орала и брыкалась, как взбесившаяся летучая мышь, крича, что ты зло во плоти! – Миртл снова засмеялась. – Или в твоей плоти живет зло. В общем, что-то такое. Но это было так смешно!
Гермиона Грейнджер наконец-то обратила на нее внимание.
- Элизабет, это не смешно, – сказала призраку девушка. После этого она пошла и села в угол, уткнувшись носом в коленки.
Миртл наиграно вздохнула и также наиграно разревевшись отправилась путешествовать по канализации, расплескав воду одного из бочков.
Через какое-то время она вернулась, застав гриффиндорку в той же позе и в том же месте.
- Я, конечно, не против, если ты останешься здесь, но мне кажется, что злой профессор Снейп и МакГонагалл тебя ищут, – призрак не дождался ответа, – как долго ты собираешься тут сидеть?
- Сколько нужно. Твой туалет – это последнее место, где они меня будут искать, если ты им не скажешь.
- Значит, я сделала правильно, что оправила их в заваленные подземелья, – Миртл визгливо захохотала.
- Что ты сделала?
***
- Хагрид, осторожно! Мисс Уизли не мешок с навозом! – прикрикнула на лесничего директор, когда он закинул брыкающуюся и пинающуюся Джинни на плечо. Под его глазом уже наливался кровью синяк, а нос съехал в сторону.
- Директор, я бы с превеликим удовольствием, но больно уж она строптивая, – мучительно отозвался великан, все еще пытаясь угомонить девушку.
МакГонагалл встревоженно на них посмотрела. Ей не хотелось применять никаких заклинаний к своей студентке, но все-таки держала палочку наготове. Она мужалась, понимая, что все проблемы только начинаются.
Мадам Помфри уже приготовила все необходимое, когда они вошли. Взгляд Джинни упал на кровать, в которой еще совсем недавно лежал Брайн. Тут силы покинули ее и Хагрид смог уложить девушку на постель.
Колдомедик стала проводить все необходимые процедуры. МакГонагалл и Хагрид ждали в стороне. Глаз великана уже совсем заплыл, а борода блестела от крови, льющейся из носа.
- Поппи, с ней все будет в порядке? – спросила директор, смотря грустным взглядом на девочку.
- С ней все будет хорошо, Минерва. Девочка перенервничала, ей требуется отдых и покой, – ответила мадам Помфри.
- Нужно сообщить о несчастном случае в министерство и… и Молли. Она должна знать, – едва сдерживая слезы, произнесла старая ведьма.
Укрыв Джинни одеялом, колдомедик взглянула на лесничего и неприятно поморщилась.
- Тебя тоже надо подлатать, Рубеус, – сказала она и взмахнула палочкой. Нос великана с хрустом встал на место. Поморщившись от неприятных ощущений, Хагрид громко вздохнул и присел на соседнюю кровать. – Так-то лучше. К глазу приложи лед и помажь мазью от синяков. Завтра будешь как новенький.
- Что уж я, – опечалено отозвался лесничий, – главное, чтобы с Джинни Уизли все было хорошо.
 
- Рубеус, я же сказала, что с ней все будет хорошо, – нервно ответила мадам Помфри.
В этот момент дверь в медпункт с грохотом открылась и в лазарет ворвалась черная фигура Северуса Снейпа. Минерва МакГонагалл в недоумении бросила на него взгляд и решительно подошла.
- Профессор Снейп, что вы тут делаете? Вы же должны были быть с мисс Грейнджер! – возмутилась она.
- Как видите, ее со мной нет, – ответил зельевар. Его голос был спокоен и невозмутим.
- Надеюсь, вы сможете объяснить, почему оставили ее одну. Сомневаюсь, что вы удостоверились, что с ней все в порядке.
- Грейнджер решила, что ей не нужна моя помощь и поспешно скрылась в неизвестном направлении. Я решил лично вас об этом известить, – ответил Снейп.
МакГонагалл свирепо окинула его взглядом и сквозь зубы сказала:
- Пойдемте со мной, Северус, – ей явно не хотелось отчитывать зельевара в медпункте.
***
Отойдя на значительное расстояние, директор, не сбивая шаг, сказала:
- Я не понимаю, как Альбус мог доверить вам целый факультет, если вы не смогли справиться с одной студенткой, – она явно негодовала.
- Я и сам задавался этим вопросом не раз. Прошу заметить – вы тоже предпочли вернуть меня на ту же должность и отдать мне место декана, – Снейп невозмутимо шел за ней.
- Девочке нужна поддержка. Она явно в нестабильном эмоциональном состоянии. Вы даже не смогли оказать и этого, – будто не слыша зельевара продолжила директор.
- Так почему вы не попросили Йоргенсена позаботится о Грейнджер, у него явно есть опыт в успокоении студенток, – язвительность, как и всегда, была с ним.
- На что вы намекаете?
- Ни на что, Минерва. Раз вы считаете, что я ни на что не способен, кроме преподавания, то почему доверили ее мне?
- Потому что вы с этим справлялись отлично.
- Было отлично, пока она в этом нуждалась сама, – процедил сквозь зубы маг.
Минерва МакГонагалл на ходу произнесла пароль грифонам и быстрым шагом влетела к себе в кабинет. Она положила палочку Джинни на стол и, пытаясь успокоиться, подозвала к себе графин с огневиски. Сделав внушительный глоток, ведьма смогла обуздать свои эмоции и вновь обратилась к зельевару.
- Сомневаюсь, что она отказалась от вашей помощи без повода. Она бы не ослушалась меня, – она посмотрела на мага поверх очков и добавила, – что произошло, Северус?
Северус Снейп достал из кармана мензурку и коснулся палочкой своего виска. Вытянув серебристую ниточку воспоминаний, он отправил ее во флакон и молча передал директору, намекая, чтобы та увидела все сама.
МакГонагалл нахмурившись открыла дверцы Омута памяти, перелила в чашу содержимое и опустила голову. Северус Снейп терпеливо ждал, пока директор закончит путешествие по его воспоминаниям. Он не боялся того, что узнает Минерва. Ему казалось, что все, что могло искалечить его морально, уже произошло.
Через долгие четверть часа Минерва МакГонагалл подняла голову. Женщина была очень зла.
- Как вы посмели? – тихо спросила она. – Северус, я не ожидала, что в вашем сердце есть место жестокости. Почему вы сказали ей, что ей никогда не сдать ваш предмет! Почему вы ей сказали, что все ее стремления, это иллюзии и фантазии!
Маг хитро улыбнулся уголками рта:
- Я не умею по-другому, директор. Не вы ли с Альбусом Дамблдором мне твердили, чтобы я не глушил в себе обиды, а высказывал их. Я не могу пересадить свои мозги Грейнджер. Из-за своей безрассудности она попадает в такие ситуации и создает проблемы. Если бы она не совершила глупость полгода назад, то сейчас бы не предстала монстром в глазах учеников.
 
Минерва МакГонагалл рассеянно посмотрела в чашу омута памяти. Казалось, что зельевар с одной стороны прав, но с другой – он поступил бесчеловечно.
- Нам нужно ее найти, – тихо и решительно сказала она. Казалось, что она обращается больше к себе, нежели к Снейпу. Потом директор посмотрела на один из портретов и произнесла: – Сэр Кэдоган, прошу вас, найдите, пожалуйста, мисс Грейнджер. Могу я на вас положиться?