Системная ошибка. Любовь не по программе (СИ)

Ближе к вечеру компания медленно расползлась и мы с Аленкой остались одни.
— Не хочу давить, тебе явно и без меня плохо, — тихо сказала она. — Просто напоминаю, что тебе нужно решить насчет постановки. Чем быстрее, тем лучше. Если ты согласишься, начинать репетиции нужно уже сейчас…
Я сгорбилась и закрыла лицо руками.
— Не знаю, — прошелестела едва слышно.
— Что у тебя стряслось, можешь уже рассказать? — осторожно спросила наставница. — Я могу помочь?
И я решила рассказать.
— Я стою на распутье, — подняв голову, посмотрела на нее. — Один из моих преподавателей предлагает мне работу.
— И ты решаешь, что делать с танцами, — проницательно проговорила она.
— Да…
— Тебе не кажется ироничным, что судьба тебя второй раз ставит перед подобным выбором?
— Ироничным? — я нервно хохотнула. — Мне кажется, что меня, словно не усвоившего урок котенка, тычут мордочкой в лужу.
Аленка хмыкнула и сощурилась:
— То есть, ты признаешь, что бросать танцы и гробить всю себя в учебе, было плохой идеей?
— Признаю, — нехотя кивнула.
— Вот и думай, — внезапно свернула разговор она и сосредоточилась на своем пиве.
Я некоторое время сверлила ее взглядом, а потом не выдержала:
— И что, ты мне ничего больше не скажешь?
— Могу тебе сказать лишь то, что в вашем универе я последний год, — невозмутимо отозвалась Аленка.
— Что?.. — растерялась я от такой смены темы.
— Так же, как у тебя была Кармена, у меня есть свой наставник, — спокойно проговорила она, с усмешкой глядя на меня. — Он еще несколько лет назад, когда я училась, сказал мне, что танцовщица из меня довольно-таки средняя.
— Хорош наставник, — фыркнула я.
— Нет, он и правда отличный, — не согласилась Алена. — Потому что разглядел во мне то, чего я сама в себе не видела в упор. Слишком была сосредоточена только на танцевальной карьере… Но именно он предложил мне попробовать себя в качестве хореографа. Ты ведь заметила, что последние два года я практически не танцую?
— Заметила. И считаю, что ты зря его послушала.
— Не зря, — покачала головой наставница. — Потому что эти годы я училась ставить хореографию. Он занимался мной вплотную, потому то, что я сейчас могу — целиком и полностью заслуга моего наставника.
— Эм… — я не знала, что ей сказать.
— В этом году ему, наконец, предложили работу в столице, — меж тем продолжала она. — И он зовет меня с собой. Помощницей.
Я замерла с открытым ртом.
Кто же этот… наставник? Почему я его не знаю?
— Я согласилась, — Аленка мягко улыбнулась. — Но сначала попросила отсрочку, чтобы закончить два дела. И первое — это постановка Дюймовочки. Если мы выиграем — а я почти в этом уверена — это даст мне мощнейший плюс в дальнейшей работе.
— Вот теперь ты точно на меня давишь, — пробормотала, пытаясь управиться с бешено бьющимся сердцем.
— О нет, это я ещё не давлю, — усмехнулась она. — Но так и быть… На этом сегодня остановлюсь. И второе дело, связанное с тобой, расскажу, когда ты разберешься со своими тараканами.
— Слушай, кто так делает?! — возмутилась я. — Раз уж начала говорить — продолжай!
— Нет, — ангельским тоном отозвалась Аленка и шкодливо улыбнулась. — Впереди два дня выходных, как раз есть тебе время подумать, чего ты хочешь от жизни и как. На следующей неделе я жду от тебя ответ по постановке, — и, залпом допив пиво, встала. — Идем, проведу тебя до транспорта.
— Не уходи от разговора! — я схватила ее за руку. — Что это у тебя за дело такое, связанное со мной, из-за которого, в том числе, ты не поехала за наставником сразу?
Она снисходительно смотрела на меня снизу вверх и не отвечала.
— Аленка, блин, так не честно! — я обижено поджала губы. — Тебе не кажется, что я имею право знать?
— Имеешь, — согласилась та. — Но не сейчас. Поверь, когда придет пора, я тебе все расскажу. Но явно не сейчас, когда ты мечешься между разными вариантами и совершенно не знаешь, что делать. Некоторые пути, Лин, нужно проходить в одиночку.
Я поняла, что больше ничего от нее не добьюсь, и с безнадежностью в голосе спросила:
 
— Но ты хоть расскажешь мне?
— Конечно, когда придет время.
Она посадила меня на маршрутку, где я набрала Макса, чтобы тот меня встретил. А сама всю дорогу крутила ситуацию со всех сторон. Не уверена, сделала ли Аленка это нарочно, но теперь я ощущала ответственность за эту ее постановку. Ведь это так важно для нее… А для меня? Что это даст мне? Черт…
Не до конца осознавая, что делаю, я достала телефон и набрала Диму.
— Ого, — присвистнули на том конце провода, вместо приветствия. — Что такое крупное в лесу подохло, что ты мне внезапно сама позвонила?
— Ты можешь мне честно ответить на несколько вопросов? — тихо спросила я.
— Хм… — он задумался, а затем медленно произнес: — Смотря, что ты спросишь. В принципе, я готов быть откровенным, если это будет в моих силах.
— Вот ты… танцевал, играешь на гитаре, хорошо поешь и в принципе явно очень творческий человек… Почему ты выбрал именно специальность «хакеров»? — выдохнула и ощутила, как у меня замерло сердце.
Почему мне был так важен его ответ, я не понимала.
— Неожиданно… — пробормотал Дима. — Я тут ждал вопросов в стиле «Что ты делаешь вечером?» или «Какого черта ты отлыниваешь от репетиций?», но ты, как всегда, умеешь удивлять, старшекурсница Лина… Скажем так, возиться с компами я люблю не меньше, чем играть на гитаре и петь. Так пойдет?
— Вполне… Тогда второй вопрос: если бы стоял выбор, сосредоточиться на чем-то одном, что это было бы?
— О не-е-ет, — насмешливо протянул первокурсник. — Крайности, милая Лина, это по твоей части. Я предпочитаю совмещать и получать удовольствие от всего, что делаю.
— А если совмещать не получится? — настаивала я.
— Тогда надо поговорить с Сергеем Александровичем и найти способ совместить, — ласково-ласково проговорил он.
— Что? — растерялась я, не совсем понимая, что имеет в виду «хакер».
Не мог же он угадать?..
— Я правильно понимаю, ты сейчас мечешься между танцами и предложением работы от препода?
У меня почти натурально отвалилась челюсть. Он что, умеет мысли читать?! Да ну, бред какой…
— Откуда ты?..
— Слышал, как Сергей Александрович говорил по телефону об очень перспективной третьекурснице, которую хотел бы забрать на свою фирму. Я сразу подумал, что это о тебе, — хохотнул он. — Судя по твоим вопросам и реакции, попал прямо в яблочко.
— Тебе с такой проницательностью не на «хакера», а на детектива учиться надо, Шерлок, — желчно сказала я, невольно ощущая, как потеплело на сердце от осознания, что Дима думает обо мне.
Я безнадежна…
— Спасибо, нас и здесь неплохо кормят, — насмешливо фыркнул он. — Но если тебя интересует мое мнение… Старшекурсница Лина крута, но танцовщица Лина невероятна. Она полна страсти и полета. Пренебречь ею будет большой потерей. И я уверен, если Сергей Александрович увидит хоть один твой танец, он со мной согласится по всем пунктам.
Я ощутила, как щеки затапливает горячей краской. Похвала была неожиданной, но такой приятной. Даже и подумать не могла, что Диме понравится…
— Слушай, — встрепенулась я, — откуда ты знаешь, что я настолько хороша? Ты видел только один мой танец и то, спонтанный!
— Кто тебе сказал, что я видел только один твой танец? — из трубки донесся сдержанный смешок.
Что?.. Но где он ещё мог видеть?.. Да ну, нигде не мог! Или?..
— И где ты мог меня видеть? — с подозрением спросила я.
— Да так… — уже откровенно изводил меня этот поганец.
— Дима, твою налево! — воскликнула я. — Сознавайся!
 
— Ты такая забавная, — рассмеялся он и лукаво пропел: — Прости, старшекурсница Лина, но мне пора.
И отключился, гад такой!
— Нет, ну надо же быть таким нахальным уже на первом курсе?! — прошипела я, глядя на замолкшую трубку.
Та, конечно же, и не думала мне отвечать.