Алхимик. Том 2. Студент

– И? – глянул на сестру князь.
– Я всё сказала. Дальше тебе принимать решение.
– Ты вроде хотела уменьшить социальное напряжение между аристократией и обычными людьми.
– Хотела.
Князь снова кивнул, никак не поясняя, зачем это сказал. Ольгу такое поведение бесило, но поддаваться на провокацию и задавать уточняющие вопросы она из принципа не собиралась.
***
Моё заточение закончилось не совсем тем способом, которым я ожидал. Вместо того чтобы вывести через дверь, ко мне явился Игнат. В смысле раздвинул пространство, вошёл внутрь и позвал за собой.
Я подумал, как бы это не засчитали за побег, но пошёл за ним. Оказался в просторном зале, который так и дышал роскошью. Изящная мебель, картины, камин, где горели поленья, и… Ну да, это был князь. Он стоял у окна, смотрел вдаль и повернулся только тогда, когда Игнат толкнул меня к нему, а я сделал пару шагов и остановился.
Князь повернулся, оглядел меня и промолчал. Так и стояли, смотря друг на друга. Наверное, надо было как-то поклониться или поздороваться, но, во-первых, я не знал, как именно подобает обращаться к монарху, а во-вторых, раз не сделал этого сразу, то и с запозданием это выглядело бы глупо.
– Родители тебя не учили этикету? – поинтересовался он.
– Да как-то не успели. Я то в коме валялся, то в лаборатории прохлаждался.
Язык мой – враг мой.
До этого я князя видел на сцене. Сейчас, вблизи, он выглядел и ощущался гораздо опаснее, словно я повстречал в лесу медведя. Руки чесались замерить его индекс опасности, но это было бы ещё большей глупостью, чем дерзить главе государства.
– Тогда лучше изучи этот вопрос, – на полном серьезе кивнул он.
– Непременно, – пообещал я, гадая, зачем меня позвали.
– Скажи, Эдгард, чем ты собираешься заниматься?
– Для начала прояснить судьбу близких мне людей.
– Понимаю, родня, – благосклонно склонил он голову.
– Родня? – нахмурился я, отмечая, что она у меня всё же есть. – Нет, я про Гвоздевых. Ваш Родион угрожал им. Что их ждет?
– Гвоздевы? – князь нахмурился. – А-а… Не переживай, их никто не тронет.
– Благодарю.
Наверное, слово князя что-то да значит?
– Это всё, что ты собираешься делать? – приподнял он бровь, продолжая разглядывать меня с интересом.
– Я ехал в институт. Если позволите, хотел бы продолжить учиться. Правда, не знаю, может, меня уже выгнали.
Потому что кто-то держал меня взаперти.
– Это решаемо. Но есть одна дилемма. По документам ты простолюдин, но на самом деле аристократ.
– В чем проблема?
– Ты выиграл олимпиаду как простолюдин. А учиться должен как аристократ, – любезно пояснил князь.
– Наверное, обучение для аристократов стоит больших денег, – осторожно заметил я. – Не думаю, что могу себе это позволить.
– Действительно, – задумался князь. – Но, настолько я знаю, у твоей семьи остались средства на счетах, которые были заморожены. То, что лежало в банках, не досталось Коршуновым. Там есть свои нюансы, но их тоже можно уладить.
В моём понимании правители – это те, кого волнует лишь собственная власть. Им по должности не положено делать хорошие дела. Возможно, я ошибаюсь. Я уже видел хорошее от князя. Ту же олимпиаду организовал и дал детишкам пробиться по жизни. Пусть у него и были для этого свои мотивы. Может, и сейчас тоже есть? Вопрос в том, какие и чего мне это будет стоить.
– Простите, моё обучение хромает, – сказал я в ответ, стараясь подобрать слова и не выглядеть слишком наглым. – Я не знаю, как к вам правильно обращаться и наверняка нарушил сотню правил этикета. Также не понимаю, что именно вы хотите от меня или что предлагаете.
Я сам почувствовал, как криво выразился. Это всё от неуверенности. Начнись драка – и беспокойство исчезнет, но вести эти диалоги, в которых могут скрываться сотни смыслов, куда более нервное дело, чем схватка с пауком и ночная перестрелка в лесу.
Князь сначала недовольно нахмурился, и я понял, что перегнул палку. Но потом его лицо расслабилось, он усмехнулся и сказал прямо.
– Будем считать это провинциальной непосредственностью. У твоей семьи остались накопления. Также твоя семья владела землей и предприятием. Так уж сложилось, что какая-то часть перешла ко мне во владение. Ты понимаешь, насколько важно владеть землей для аристократа?
 
– Предположу, что очень важно.
– Именно так. Я верну тебе землю. Тебя это удивляет?
– Я не понимаю, откуда такая щедрость.
– На то есть несколько причин. Назову тебе две. Первая – ты нам уже помог. Вторая – мне нужны преданные, талантливые молодые люди.
– Вы предлагаете мне службу? – удивился я ещё больше.
– Нет. Пока нет, – улыбнулся князь. – Учись, набирайся опыта. Чтобы твоё обучение не было ограниченным, будешь учиться на два института.
– Но…
– Легко не будет. Часть предметов пересекается, но побегать всё равно придется. Если ты хотя бы наполовину настолько талантлив, как о тебе говорят, проблем это не вызовет. Больших проблем, – уточнил он, глядя мне в глаза. А взгляд у него тяжелый, такой, что приковывает к полу. – В старшем московском пойдешь на факультет управления. Ты ведь последний наследник рода, на тебе лежит большая ответственность. В московском государственном сам выберешь факультет после первого года обучения.
– Но зачем? – всё же вставил я вопрос.
– Не все довольны созданием нового института, – ответил, как мне показалось, откровенно князь. – Я надеюсь, что ты как представитель двух сословий сгладишь некоторые углы. Что касается службы… – посмотрел он на меня пристально, – прояви себя. Докажи, что ты и правда талантлив. Учись, заяви о себе, устройся в городе. Изучи этикет.
Если вы никогда не видели, как усмехается медведь в теле человека, то и не видьте. Ваша психика от этого только целее будет.
– А там посмотрим.
Это посмотрим прозвучало как непонятное обещание. По многим причинам непонятное. Князь не предлагал ничего конкретного. Но нужна ли здесь конкретика? Я попробовал поставить себя на его место и прочувствовать логику сказанного. Первое, что приходило на ум, – князь решил сделать почти ничего ему не стоящий благородный жест, чтобы… Ну, не скажу, чтобы прямо меня на крючок подсадить, но заложить фундамент для хороших отношений – почему бы и нет? Я отдаю себе отчет, что слишком маленькая сошка для него и мы встретились скорее случайно, чем закономерно. Не благодаря моим заслугам, а благодаря проделкам Коршуновых. Но никто ведь не говорит, что князь так только со мной поступает. Это ведь разумная политика, поощрять тех, кто полезен, и наказывать тех, кто мешает.
– Тогда мне остаётся только поблагодарить за милость князя, – склонил я неловко голову, никогда этого раньше не делая.
– Можешь идти, – князь отвернулся и отошёл обратно к окну.
Из зала меня вывел Игнат. Он же провёл в другой кабинет, где велел садиться на стул. На столе уже ждали бумаги.
– Держи и изучай. Это счета и места, куда тебе надо обратиться, чтобы получить доступ к семейным накоплениям. Вопросы уже улажены, так что иди смело. Это твои новые документы. Настоящие, – тут он оскалился, ничуть не добрее, чем князь минутой назад. – Здесь документы на землю. Надеюсь, ты этим распорядишься подобающе.
– А что с институтом?
– А что с ним?
– Мне куда идти?
– Загляни в канцелярию, там дальше получишь инструкции. Ещё вопросы? – спросил так, что и дураку ясно, что не надо позволять себе больше того, что и так позволил.
– Нет вопросов.
– Я тебя выпущу в городе. Не надо пока никому знать, что ты был у князя. Дорогу-то найдешь?
– Разберусь как-нибудь.
– Твои вещи там, – указал он мне за спину.
Я повернулся и правда увидел свои котомки.
– Там больше, чем у меня было.
– Я добавил тебе пару костюмов. Или ты собираешься показаться перед аристократами в этом? – хмыкнул он. – Не самая разумная идея. Первым делом найди себе мастера этикета. Чем раньше это сделаешь, тем меньше бед навлечешь на свою голову.