Идеальный папа (СИ)
Он опустил голову. Молчал. Стоял в метре от меня и так не произнёс ни слова. Лишь едкая, съедающая изнутри тишина. Я зря пришел. Все зря…
Не выдержал, ударил кулаком по капоту, рядом стоящего авто, оставив заметную вмятину. Не покидает ощущение, что он врет. Стоит передо мной и нагло врет в глаза.
Разворачиваюсь, ухожу. С горьким осадком, с трещиной в душе. Не могу понять. Как же она могла. Как?!
Запираюсь в своем кабинете, пью и никого не хочу видеть. Сплю отвратительно, проваливаюсь куда-то глубоко в бессознательное. Понимаю, что все рухнуло. Разбилось на мелкие осколки и не восстановить. Все не будет, как прежде.
Пытаюсь ненавидеть водилу, пытаюсь стереть из памяти ее. Светлую, лучезарную. Вспоминаю, что она любит на завтрак, какую музыку слушает, какой кофе пьет. И какая нежная, словно шелк у нее кожа.
В чувства прихожу только на следующий день ближе к обеду, когда Анна приносит крепкий кофе и сообщает, что мой телефон со вчерашнего дня разрывается от звонков.
- Как вы думаете, Рита ветрена? – обращаюсь к ней.
Она ставит поднос с маленькими кружками на стол, проводит рукой по безупречно выглаженному фартуку и спокойно отвечает:
- Ничего не могу сказать по этому поводу. Но если вы об этом… Я видела их вместе.
- Видела?! – срываюсь на крик. Чувствую, как фальшиво звучит ее голос.
- Извините Герман Алексеевич. Просто не предала этому значения.
Спешно покидает мой кабинет. Понимаю, обстановка накаляется. По всей видимости, я слишком груб. Мне нужно просто успокоиться. Прийти в себя и постараться вычеркнуть ее из жизни. Но все напоминает о ней. Каждый угол, а в гостиной до сих пор витает аромат ее духов. Почему именно она? Она стала моим смыслом моей жизни.
Кофе остыл. Терпеть не могу холодный кофе. Переключаюсь на работу, планирую несколько важных встреч, все валится из рук. Наверное, это и есть любовь. Когда бессонница – лучший способ не думать о ней.
Ближе к вечеру еду в офис, встречаюсь с помощником, который сообщает, что меня искал ее бывший.
- Искал, вас. Бывший муж Маргариты. Наматывал круги возле парадной. Но естественно, его никто не пропустил.
- Что ему нужно?
- Сказал, что хочет переговорить с вами лично. Наедине.
- Хорошо, найди его. Договорись о встрече.
После ухода Риты из моей жизни – время потеряло привычный ритм. Договариваюсь о встречах, подписываю документы. А вокруг меня какой-то вакуум.
С ее бывшим я смог встретиться лишь через несколько дней.
Въезжаю на парковку бизнесс-центра. Глушу двигатель и вижу его. Этим морозным утром он, поправляя воротник своего пальто нервно поглядывает в мою сторону.
- Если честно, не думал, что согласитесь. Но решил попробовать. Рискнуть, - раздался его блеющий голос.
- Говори, что ты хочешь. У меня мало времени.
- Я хочу миллион. И я уеду. Навсегда забуду про Полину.
Удивленно, но внимательно смотрю на него. Решил, что со мной может срубить куш больше и не везти девочку за границу.
- Что-то дешево ты свою дочь продаешь.
- Мне нужны деньги, - холодно отвечает и старается не смотреть в мою сторону.
- Я дам тебе два. Два миллиона. И мы сейчас же едем к нотариусу. Ты пишешь отказную на ребенка.
- Хорошо, - протягивает мне руку для пожатия, но я никак не реагирую на его жест.
- Если вы думаете, что это все ради денег…
- А ради чего? – мне захотелось набить ему морду еще раз. – Хочешь сказать, что Полину ты хотел забрать ради отцовских чувств?
- Хм... Я рад, что у Поли будет такой отец. Образованный, умный, богатый. Почти идеальный, - тут он слегка замялся. Его лицо потускнело. Ловлю тот самый миг, когда он задумчиво переводит взгляд на серый асфальт. А потом резко говорит, словно ему что-то внезапно стукнуло в голову:
- Разреши увидеть ее. Полину. В последний раз, перед отъездом?
Глава 52
А следующую субботу у меня «все включено». Машинка, утюг, плита. Проходит неделя за неделей и мой уклад жизни, становится обычным, привычным и более явным. Немного забываюсь благодаря полному погружению в домашние дела. В этом мне очень помогает Поля. С дочуркой, мы постоянно обнимаемся и десять раз на день признаемся друг другу в любви. Полина мой лекарь, мой целитель души. Как же я счастлива, что она есть у меня. Моя родненькая дочурка, пухленькие щечки которой -слаще меда.
Поля постоянно хватает телефон, подносит его к уху и шуточно разговаривает с дядей Германом. Рассказывает все без остатка, так наивно, но так искренно. С одной стороны радуюсь, что она пока не научилась набирать нужные номера. А с другой - хочется, чтобы она как можно реже произносила фразу: дядя Герман. Это дается ей с трудом, потому что последние яркие события связаны именно с ним. И не только у нее.
Берусь за маленькие заказы. Шью спецодежду, пришиваю пуговицы, штопаю старые дыры на чьих-то зимних куртках. Завтра еду в РОНО. Но моя поездка резко отменяется, когда с белым конвертом в руках в комнату забегает Лера и сообщает, что Полинка зачислена в один из самых лучших садиков нашего города.
- Смотри! Все оплачено, на год вперед! – восклицает, ее глаза загораются, как два падающих метеорита. Она теребит белый лист, почти танцует от радости.
Если честно, я думала, что письма уже никто не отправляет. Выхватываю из ее худощавых рук белый лист бумаги, бегло читаю и понимаю, что Герман сдержал свое слово. Сдержал! Как бы наши отношения не складывались. Сложно устоять против его великодушия или как это еще называется.
С одной стороны меня ранит, что Герман мне не поверил. Я готова была поклясться, что ничего не произошло. И то, что водитель проснулся в моей кровати – ничего не значит. Совершенно. Хотя ставлю себя на его место. Поверила бы я? Нет! Ни за что на свете. Мы привыкли доверять глазам, больше чем словам, чувствам, эмоциям. Нет, я его не виню. Это все обстоятельства. Обстоятельства нашей жизни.
Единственное, что беспокоит: почему не звонит Серега. Почему не требует, не возмущается? Затишье перед бурей? Зная своего бывшего мужа – он не передумает, не отступит. А после того, как Герман набил ему лицо – будет искать всяческие методы и способы потешить свое самолюбие. Вспоминаю его фразу: «И мстя моя страшна». К сожалению, я плохо разбираюсь во всех юридических делах, но догадываюсь, что если пропустить очередное заседание суда и это не сыграет мне на руку. Поэтому мы с Лерой действительно ждали письма.
Сейчас Вероника быстро доложит Сергею, при каких обстоятельствах мне пришлось расстаться с Германом. Кстати, этот факт тоже негативно отразиться, если его учесть в суде. Представляю, как они сейчас радуются. Все дружно. Лера говорит, что к ним обязательно прилетит возмездие. Большая такая ответочка. Как высказалась Лера: «Бумеранг еще не долетел». Хочу, чтобы Герман был счастлив. Со мной или без меня. Главное, чтобы у него все сложилось, тогда и на моей душе будет тепло.
Интересно такие люди, как мой бывший или как Вероника меняются в лучшую сторону? Лера постоянно твердит, что горбатого ничего не исправит и по ее мнению Вероника именно горбатая.
Лера готова хоть сейчас пойти и устроить «ведьме горбатой», а точнее Веронике, самые настоящие разборки. Понимаю, ее стремление, я сама готова пойти. Но сейчас любой неправильный поступок, исходящий от меня можно использовать в том же суде.
Поэтому я пока прекращаю идти против ветра. Для меня сейчас самое главное – Полечка. Мой лучик света. Хочется цитировать Чехова: «Дети святы и чисты. Нельзя их делать игрушкой своего настроения». Хочу в Европу забираю, хочу у родной матери отбираю…
Следующим утром мы едем в садик. Немного далеко от Леркиной общаги. Придется вставать раньше. Хорошо, что теперь я работаю дома. И спешить на работу, вечно опаздывать – уже точно не буду.
Меня сразу впечатляет интерьер. Бассейн, спортзал, большой аквариум, где плавают две черепашки. Новейшие кровати с ортопедическими матрасами, индивидуальное меню, а еще удивляет, что в группе два педагога, которые в совершенстве знают несколько языков.