Идеальный папа (СИ)
Наконец-то лифт останавливается. Мы выходим на пятом этаже и попадаем в просторную приемную самого главного нашей фирмы. Большие панорамные окна, кожаные диваны. Вечно зеленые растения с большими листьями. В приемной мне приходилось бывать всего лишь один раз. Когда мы скидывались на день рождение «царя» нашей фирмы, и я лично передавала деньги Веронике.
Сажусь на стул ожидания, возле его кабинета и жду, когда меня позовут. По коже пробегает табун мурашек. Почему-то я надеюсь на благополучный исход. Большинство наших сотрудников уверяют, что Герман Алексеевич – руководитель от Бога. Отзывчивый, понимающий и вообще, цены ему нет. Вот сейчас и посмотрим, какой он золотой.
Наконец-то меня приглашают. Двери открываются и я переступаю порог шикарных апартаментов, где витает изумительный аромат кофе и дорогих мужских духов.
Стильно, изыскано и со вкусом – вот так мне хотелось охарактеризовать кабинет. Дизайн его апартаментов выполнен в английском стиле. Белые тона в сочетании с классическим, яблочным локарно. Успокаивающий томный свет, заполненные книжные полки, а в углу большой глобус. Круто! Сейчас бы сесть в удобное кресло, закинуть ноги на лакированный стол и сказать: «Чё вызывал Шпагинсон?». Нет! Конечно, я так не сделаю, а вот моя подруга Лера – точно бы не постеснялась. Именно она придумала ему такое длинное прозвище: Шпагинсон - волосатая рука. До сих пор не знаю, что оно обозначает. И почему она выбрала для него именно такое прозвище?
Хозяин кабинета сидел за столом и подписывал документы паркером. Может быть не паркером, но очень похожим на него.
Я продолжаю стоять на пороге и дрожать, как осиновый лист.
- Маргарита Константиновна? – раздался его басовитый голос.
- Это я, - делаю шаг вперед.
После моего ответа, он встает из-за стола и теперь я могу разглядеть его лучше. Ему не больше сорока. Глубокий, но спокойный взгляд. Голубые глаза, хорошо уложенные темно-русые волосы. Высокий, крепкого телосложения. Легкая небритость ему только к лицу. Его темно-синий костюм идеально сидит на нем. На правой руке – дорогие часы, которые сразу бросаются в глаза. А руки у него, действительно волосатые.
- Сколько раз вы опаздывали на работу? – спрашивает он.
- Надцать.
- Сколько? – он легко приподнимает свою широкую бровь.
Понимаю, что от волнения сморозила полную глупость. И все потому что мне страшно. Страшно стоять и смотреть ему в глаза.
- Может двенадцать? Или шестнадцать? Надцать… Это какой-то новый разряд чисел?
- Понимаете, сегодня я попала в пробку, а потом меня остановила полиция, попросили подышать в трубочку…, - выложила я все как на духу. Я так волновалась, особенно когда он подошел еще ближе.
- Какой у вас насыщенный день. И часто вы ездите за рулем в нетрезвом виде? – грозно спрашивает и снова хмурит брови.
- Никогда! – восклицаю.
- А вчера? Почему вы опоздали вчера? - Герман Алексеевич заложил руки карманы своих брюк и медленно подошел к своему столу. – Вы опаздываете практически каждый день. Это ужасно безответственно.
Боже! Он что следит за мной? И откуда ему, слишком занятому человеку знать, сколько раз опаздывает его штатный сотрудник и в какое время я прихожу на работу.
- Понимаете, так складываются обстоятельства. У меня маленькая дочь…
- Не нужно прикрываться ребенком, - не дает мне договорить.
Стою, как истукан и не знаю, что и сказать. Отчитывает меня, как школьницу. Даже не смотрю на него. Мое внимание привлекает большущий глобус. И рыбки, так умиротворенно плавают в аквариуме. Только спокойствие Рита! Только спокойствие.
- Боюсь, что нам не нужны такие сотрудники, которые так халатно относятся к своей работе. Тем более вы – ведущий бухгалтер.
- Обещаю, что это последний раз. Это мое последнее опоздание.
- Боюсь, последнего раза не будет. Вы уволены!
Вот же… За одно короткое мгновение в моей голове проносится каждое утро рабочего дня. Вот я спотыкаюсь на ступеньках, а вот ломается каблук на этих чертовых ступеньках. И почему именно ступеньки? Я часто езжу в лифте. Потому что это моя последняя ступень в моей карьерной лестнице. Я действительно часто опаздывала. Не хочется стоять на коленках и молить о пощаде у этого... уже жутко неприятного типа.
- Поймите, мне очень нужна работа.
- Я своих решений не меняю. Всего доброго! Завтра получите расчет.
Даже не смотрит в мою сторону. Садится за широкий письменный стол и продолжает подписывать бумаги, словно меня не существует.
- Я раньше всех сдаю отчеты, - пытаюсь хоть что-то предпринять. Как же не хочется терять работу из-за сущего пустяка. Ну, опоздала пару раз. Ну, с кем не бывает.
- Свое мнение я уже высказал. Покиньте кабинет или вам помогут.
- Вы еще пожалеете, что меня уволили! – моему терпению приходит конец. – Вы… Самовлюбленный грубиян!
Он резко встает из-за стола.
- Покиньте кабинет! В последний раз повторяю, - снова садится на свое место, а затем тихим тоном добавляет:
- Смотри, чтобы ты не пожалела…
Глава 3
Выбегаю из его кабинета, а на глазах наворачиваются слезы. Сволочь! Какая же он сволочь! Как же я его не ругала в своих мыслях. Ну почему я? Почему именно мне приходится получать главный удар на себя.
Пока спускаюсь по лестнице, стараюсь успокоиться. Нельзя чтобы кто-то видел мои слезы. Сотрудники нашей фирмы разные и своеобразные. Что ж, уволена, так уволена. На этой работе свет клином не сошелся. Найду другую. Хотя эта работа мне нравилась. Хорошая зарплата, прекрасные условия труда. Он хоть и скот, но часто поощряет своих сотрудников. Премии, подарки. А еще я буду скучать за девчонками. Мы так сдружились. Такой коллектив, я бы никогда не променяла ни на какой другой. Да, у каждого свои тараканы в голове. Но за последние два года совместной работы, они стали таким и родными. Жаль уходить.
Захожу в кабинет с кислым лицом, и на меня тут же набрасывается с вопросами Светка. Невысокая брюнетка, с выразительными глазами, которая мечтает сделать операцию на коленях, чтобы хоть как-то немного подрасти. Видимо, каблуки уже не в моде. Света старше меня, поэтому часто строит из себя главную. Теперь мое место освободилась и она может ее не строить, а быть ей по-настоящему.
- Что случилось? – тараторит она.
- Уволили меня, - подхожу к своему столу и начинаю собирать вещи.
- Это как? – ее глаза округлились. – Возмутительно!
- Согласна. Но ничего не могу с этим поделать. А еще я нагрубила нашему генеральному директору.
- Ты была у него? – Света задала вопрос и присела, широко открыв глаза. И спросила об этом так, словно я только что вернулась с концерта Димы Билана.
- Была, - достаю пустую коробку, начинаю складывать вещи. Не могу. Прикрываю лицо руками и сажусь на стул. Уходить тяжело. Не хочется.
- Ритусик! Все будет хорошо. Жаль…, еще перед самым Новым годом. Мы так будем скучать. Но мы на корпоративе хорошо отметим твое увольнение!
- Да, повеселитесь там на славу.
Не сдерживаю эмоций, обнимаю Свету. Самые теплые дружеские объятия.
- Все же я не понимаю, почему ты? У тебя же маленькая дочь. Ты только недавно пережила развод.
- Я просто невезучая, - отпускаю из своих крепких объятий Свету, подхожу к пустой коробке и кладу фоторамку с изображением своей маленькой дочурки.
- Мне кажется, тут что-то другое. Мне вот не выпадала честь бывать в кабинете у генерального директора. А он тебя и к себе вызвал. Не наш плешивый Кро тебе сообщил эту неприятнейшую новость. А он сам. Лично.
- Не могу понять, на что ты намекаешь? Без разницы, кто мне сообщит, что я уволена.
- Я не на что не намекаю. Просто странно это. – Света пожала плечами и снова села за свой стол, который завален бумагами.
Она всегда позже всех сдает отчеты. И это совершенно не вызывает ни у кого вопросов. А вот мои опоздания по ходу дела вызывают. И сразу увольнять. Может Света права и дело здесь совершенно в другом? Даже предположить не могу, чем я ему так не понравилась? Бывает же такое, когда увидел человека и невзлюбил. Ненависть с первого взгляда. Может так и со мной? А я еще ему и нагрубила. Двойной негатив. Сажусь за стол и начинаю в голове перебирать варианты, предложения по работе, которые поступали мне в последнее время. Ничего толкового. Куда можно податься перед самым Новым годом? После такого торжества большая часть населения отходит дней десять, поэтому если и искать работу, то желательно до Нового года. Иначе наступит супербезденежный месяц.