Правильный подход (СИ)

— Я сейчас…
Закончить фразу, как и раздеться самому, Синчэнь не успевает. Его затягивает на кровать едва ли не вихрем; чужие руки на удивление ловко справляются со всеми молниями и застежками. А ему только и остается, что придерживать многострадальные очки, чтобы не потерять связь с реальностью. Видеть размытые пятна — не предел его мечтаний.
Сюэ Ян снова не сопротивляется, уступая ведущую роль в поцелуе, и, судя по приторному вкусу, к клубничной смазке, брошенной куда-то на кровать вместе с пачкой презервативов, он все-таки успел приложиться. Никакой логики или системы в его прикосновениях нет, но оттого они кажутся более волнительными и неожиданными. Можно ответить тем же и заодно полностью оценить на ощупь все части тела, до этого скрытые одеждой.
— Я тебя… — тяжело дыша, шепчет Сюэ Ян куда-то в шею Синчэню, и его распущенные волосы щекочут кожу. — Я тебя так оттрахаю, что ты сидеть еще неделю не сможешь…
Его рука одерживает верх в борьбе с резинкой трусов, приспуская их вниз. Пальцы ведут по бедру, слегка царапая, чтобы сжать ягодицу. Ощутимо, но не настолько, чтобы причинить боль. Скорее, будто обозначая границы территории.
— Да… — бездумно соглашается Синчэнь, вздрагивая от дразнящего прикосновения губ под ключицей, сменившегося зубами. И только через несколько секунд понимает смысл этих слов. — Стоп, что?
Он не без усилия отстраняет от себя Сюэ Яна, упираясь ему в плечо ладонью.
— Что? — тот непонимающе смотрит в ответ затуманенным взором.
— Во-первых: я хочу обойтись без травм, во-вторых: а почему это ты меня? — обескураженно спрашивает Синчэнь, садясь на смятой постели.
— А почему нет? — хлопает глазами Сюэ Ян.
— Мне кажется, нужно было обсудить этот вопрос заранее… — запоздало осознает очевидный промах Синчэнь.
— Ну, давай обсудим.
Сюэ Ян не выглядит довольным, тоже поднимаясь. Он возбужден и совершенно точно хочет получить разрядку не посредством задушевных бесед. Но он видит, что партнер не слишком вдохновлен происходящим, потому не настаивает на немедленном продолжении.
— Я, конечно, не против любого расклада, но… — начинает Синчэнь, поправляя очки, потому что ему куда-то нужно пристроить руки, и при этом не рядом с чьим-либо членом, иначе разговора точно не выйдет.
— Но?
— Я до этого был только с девушками, — не видит смысла скрывать он.
— Серьезно? — ошарашенно отшатывается Сюэ Ян. — Ты что, до этого на мужиков не западал? Я типа… Первый?
— Скажем так, с парнями у меня дальше рук дело не заходило, — немного смущенно признается Синчэнь. — И поэтому… Ты понимаешь.
— Ты хочешь быть сверху?
Прямо в лоб вопрос.
— А тебя это как-то напрягает?
Сюэ Ян многозначительно косится вниз, показывая, что именно его тут напрягает. Но он честно задумывается над ответом.
— Да, в общем-то, не особо. Но у меня все-таки опыта как-то побольше… — начинает он и замолкает. Чтобы спустя несколько мгновений радостно предложить: — А давай на «Камень, ножницы, бумага» решим!
— Это как-то… Ненормально! Ты еще соломинки предложи тянуть! — восклицает Синчэнь. Разыгрывать задницу в прямом смысле этого слова — верх абсурда! Но очень в стиле Сюэ Яна: его глаза уже горят азартом, а рука протянута вперед в полной боевой готовности.
— Зато никаких дурацких обсуждений! Кто выиграл, тот и сверху. Нет, ты не подумай, что быть снизу — это проигрыш… — мигом добавляет он, растягивая губы в улыбке. — Каждый рано или поздно там окажется!
— Ох, ладно, — Синчэнь, чувствуя себя невероятно глупо, тоже поднимает перед собой ладонь. — Раз, два, три… У меня «камень», у тебя «ножницы». Я выиграл, — констатирует он, усмехаясь.
— Зефирочка, ты совсем слепой? — с деланной жалостью вопрошает Сюэ Ян. — Это я выиграл. У меня «бумага», вообще-то.
— Как это?! — возмущается Синчэнь, хватая его за запястье и притягивая ближе к себе, чтобы рассмотреть.
— Мизинца у меня нет, а безымянный иногда клинит, вот тебе и почудилось! — не моргнув глазом, сообщает Сюэ Ян, демонстративно дергая полусогнутым пальцем, и теперь получившуюся фигуру действительно можно истолковать двояко.
 
— А ты не хочешь сыграть правой рукой?
— А ты не хочешь прекратить издеваться над калекой?
Синчэнь понимает, что в эту игру выиграть на самом деле невозможно. Что бы он не выкинул, у Сюэ Яна найдется ответ. Но его театральная досада выглядит очень впечатляюще: припухшие от поцелуев губы приоткрыты, грудь вздымается от тяжелого дыхания, в глазах нездоровый блеск… Так, это уже не досада, но спорить с этим решительно невозможно.
— Хорошо, А-Ян, но больше я с тобой играть не стану. И в следующий раз я сверху.
— О, как скажешь, — отвечает он, легким толчком заставляя Синчэня вновь упасть на кровать.
========== Часть 26 ==========
Комментарий к Часть 26
Если вы думали, что я уложусь в одну главу - то будто вы меня не знаете.
Сразу предупрежу, что в планах у меня сначала дописать “(Само)обман”, а потом всем до конца воздать тут. Но совсем без проды я оставить вас не мог. Ну и мальчиков тоже.
У Сяо Синчэня склонившийся над ним Сюэ Ян вызывает стойкие ассоциации с второсортным злодеем, который сейчас вытащит из-за спины скальпель и избавит от парочки лишних частей тела. Выглядит это забавно, но не слишком возбуждающе.
— Ты не мог бы прекратить потирать руки? Это почти пугает.
— Это я по привычке, — спохватывается Сюэ Ян, мигом опуская ладони.
Не очень хочется уточнять, откуда у него подобные привычки. По крайней мере, не тогда, когда он упирается руками в кровать по обе стороны от головы Синчэня, и вклинивает свое колено тому между ног. Вот к чему у него точно нездоровая страсть — создавать ловушки, но против таких капканов сложно возразить.
К Синчэню возвращается томительное предвкушение, словно этой откровенно идиотской и нечестной игры не было. Хотя вот количество укусов на его многострадальной шее можно и поубавить. Ну или сместить их куда-нибудь, где следы легче спрятать. Будет вполне справедливым озвучить эту просьбу и, желательно, чем-то повесомее и разборчивее сдавленного стона.
— А-Ян, мне…
Почему-то эти слова действуют на Сюэ Яна, как ведро с холодной водой. Он резко отстраняется и шумно выдыхает. В ответ на недоуменный взгляд он восклицает:
— Блять, так ты же, получается… Целочка!
— Что? — выгибает бровь Синчэнь. Это еще что за эпитеты?
— Ну, девственник. Задницей, — поясняет Сюэ Ян, сокрушенно запуская пальцы в волосы. — И что мне с тобой делать?
— Кажется, у тебя был какой-то план, разве нет? И именно ты давил на свою опытность.
Синчэнь не может сдержать тяжкого вздоха. Он уже предполагает очередной крайне странный разговор, который собьет все с намеченного курса, и отчасти винит в этом себя. Ну, потому что знал, на что подписывается, ввязываясь в эти отношения. Наверняка, если бы он согласился на самое первое предложение Сюэ Яна, которое «по-быстренькому», никаких сомнительных бесед в процессе не жди.
— У меня был план, когда я был уверен, что тебе все понравится. А вдруг тебе не понравится?
Резонно.
— А обычно всем не нравится?
— Обычно меня это не касается.
Предположения Синчэня полностью подтверждаются. И он понимает, что ему весьма льстит, что его мнение в этом вопросе играет критическую роль.
— Да и с мужиками я как-то… — продолжает Сюэ Ян. — Не особо часто, я как-то больше по сиськам, а не членам. На члены меня тянет только на пьяную голову.
— Ах, ну теперь понятно, почему ты ко мне домогался в том баре, — хмуро заключает Синчэнь, приподнимаясь на локтях. Настроение стремительно катится вниз. Неуверенность партнера уже совсем не умиляет.
 
— Зефирочка, тогда я был трезвым.
Оу. Нужная реакция как-то не находится. Но Сюэ Яну она и не требуется, потому что он, не обращая ни на что внимания, продолжает говорить: