Наследие Черной Воды 2 (СИ)
Много времени у Фебы отнимала переписка. Нам часто приходили формальные послания, требовавшие столь же формального ответа. Конечно, существовали шаблоны ответов и при необходимости можно было посмотреть образец в исходящих документах, но иногда текст следовало править. В дипломатической переписке важны нюансы, например, замена слова «счастлив» на слово «рад» означает охлаждение отношений, а упоминание в одном абзаце имен юноши и девушки, вне зависимости от контекста, свидетельствует о потенциальной возможности брака. Приходили письма от новых адресатов. Откровенные психи писали, сумасшедшие умоляли не погружать мир во Тьму или предлагали помощь в сём благом начинании, фанатики присылали оскорбления, подписавшись чужим именем. Все подобные писульки подшивались в папку и раз в месяц я возлагал их на алтарь, прося Отца Путей покарать авторов по справедливости.
Изредка приходил полный нестандарт.
Очередное послание, вызвавшее затруднение у Фебы, заставило задуматься. Некто Хетчисон, директор департамента магической поддержки Адмиралтейства, просил о помощи. На новейшем дредноуте «Виктория» возникли серьёзные проблемы с секретностью — вражеские видящие легко проходили сквозь скрывающие пологи и изучали машины, подслушивали разговоры матросов, пытались выяснить структуру важнейших узлов корабля. Специалисты валили на проклятье неизвестного типа. Учитывая возлагаемые на «Викторию» надежды и опасность, грозящую всему флоту Его величества, Адмиралтейство приглашало представителя Священного Дома, известного своими талантами по части проклятий, избавить корабль от напасти. Услуги, разумеется, будут соответствующим образом оплачены. С уважением, дата, подпись.
Очень странное письмо.
Начать следует с того, что о проводимой Черной Водой политике самоизоляции всем заинтересованным лицам известно. Последние два века мы ни во что не вмешиваемся до такой степени, что нас не то, чтобы начали забывать — мы плавно перешли в разряд сказочных персонажей. Этакая бабайка для взрослых. Как следствие, репутация у нас жутковатая, но расплывчатая, неопределенная. Ни один чиновник ориентироваться на неё не станет, им подавай бумаги, свидетельства, дипломы с печатями, подтверждения очевидцев. В особых случаях создаются комиссии, приглашаются маститые профессора, принимаются постановления, на ходу составляются инструкции. Иными словами, к несистемным спецам обращаются только если привычные способы испробованы, подвели и ответственные лица в отчаянии хватаются за любой, самый призрачный, шанс.
Адмиралтейство должно было сначала использовать внутренние ресурсы своих ведомств, потом, когда не получилось, обратиться за помощью в Министерство Чародейных Дел. Сомнительно, чтобы министерские волшебники не справились. Если же они и в самом деле опростоволосились, то разразился бы скандал, хотя бы в форме сплетен долетевший до меня.
Повернём вопрос иной гранью. Что в моей жизни недавно происходило такого, что могло вызвать появление данного письма? В принципе, событий немало. Я навестил Олдоакс, где меня наверняка опознали, пообщался там с милой девушкой Годивой из Дома, знаменитого своими посредниками. Демонстративно отказался помогать церкви, разыграл обиженку перед представителем местных спецслужб. С точки зрения стороннего наблюдателя — занят непонятной деятельностью, хожу, активность проявляю. Ксантиппа умерла, Лотарь исчез, один из старейшин Рогатых Масок приезжал с визитом. Не верю, что о последнем заинтересованные лица не узнали.
Вероятно, наблюдатели за Черной Водой встревожились и решили меня прощупать. Тогда это послание — не более чем первая ласточка. Если я откажусь, следующим ходом придумают что-нибудь ещё.
Отказываться не стоит. Соглашаться нет смысла.
На продумывание ответного шага потребовались сутки, в течение которых я бродил по поместью с видом озабоченным. Душа требовала сделать гадость, желательно попутно выгоду поимев. В принципе, порыв укладывался в семейную традицию взаимодействия с людским обществом, поэтому причин не поддаваться ему нет.
Продумав мелкие детали, я отправился на Перекресток. На Перекрестке можно найти всё, что угодно, в том числе подходящих для авантюры людей. В сущности, их там больше, чем где бы то ни было.
— Здравствуйте, Пафнутий.
— Да озарит свет Луны могущественного сына Черной Воды! Воистину счастливый день ждёт лавку, удостоенную его внимания! Чем ничтожный торговец может помочь вам, мистер Блэкуотер?
— Скажите, Пафнутий, вы разбираетесь в жизни Аксумского царства?
— О! — такого вопроса он явно не ожидал. — Зависит от того, что именно вы желаете знать, мистер Блэкуотер. Последний раз я был там лет десять назад.
Копт по происхождению, Пафнутий объездил весь Ближний Восток, добирался до Африканского рога, торговал с Кавказом и срединными африканскими племенами. Редкостный плут и очень умный человек, последние пять лет успешно выстраивающий отношения с оптовыми покупателями в Британии и Ирландии. Его предки поколениями женились на южанках, поэтому внешность у него не арабская и не европейская, лицо и кожа носят явные признаки смешанной крови. Самое то, что нужно.
— Вы говорите на амхара, понимаете бытовые реалии, знакомы с парочкой представителей тамошней знати?
— Конечно, мистер Блэкуотер! Пусть навыки несколько подзабылись, но уж такие-то мелочи я всё ещё помню!
— Прекрасно. — Я мысленно пробежался по пунктам плана, кивнул и предложил улыбающемуся торговцу. — В таком случае, как вы смотрите на перспективу немного пожить в роли аксумского принца? Сделать надо вот что…
Интермедия
Сэр Дэвид Рашуорт, Третий лорд Адмиралтейства, не любил сюрпризы. Особенно он не любил связанные с магией сюрпризы, ибо предсказать их последствия невозможно совершенно. И чемпионское место в его личном табеле нелюбви занимало всё, связанное со Священными Домами. С тех самых пор, как при подавлении Гармонического восстания в Китае один из местных вождей раздобыл изготовленный мастером Священного Дома Сверкающих Вод артефакт, отменявший возможность горения на определенной территории, и безумные сектанты вырезали два полка пехотинцев из-за невозможности использовать огнестрельное оружие. Сэр Рашуорт спасся тогда чудом, получив два ранения в руку.
Поэтому появление духа-вестника, принесшего письмо с печатью Черной Воды, лорд встретил с настороженностью.
Чтение послания и просмотр приложенных фотографий не заняли много времени, по прошествии которого сэр Рашуорт рванул ставший внезапно тугим воротник кителя, сделал несколько глубоких вздохов, успокаиваясь, и нажал на кнопку селектора. Замечательное изобретение, сплав чародейства и последних достижений низкой науки.
— Александр. Я сегодня видел в Адмиралтействе сэра Стэнли, капитана «Виктории». Вы не знаете, он ещё здесь? Прекрасно. Найдите его и попросите зайти ко мне. Да, прямо сейчас.
Отдав указания секретарю, лорд сразу нажал другую кнопку.
— Хетчисон. Зайдите, пожалуйста, ко мне. ДА, ПРЯМО СЕЙЧАС, ТО ЕСТЬ НЕМЕДЛЕННО! Спасибо.
Очень удачно для Рашуорта оба нужных ему человека подошли в приёмную одновременно. Впустив обоих в кабинет, сэр Дэвид приказал верному Александру плотнее прикрыть дверь и никого не впускать, разве что лично Его Величество заявится, после чего с кривой улыбкой обратился к предчувствующим неприятности офицерам.
— Итак, господа. У меня есть для вас потрясающая новость. Только что я получил письмо от Майрона Черной Воды из того самого Священного Дома, чьим содержанием я просто жажду поделиться с вами. Кстати, Хетчисон, почему вы ему писали?
— Мне рекомендовал обратиться к нему его преподобие Орвиль из канцелярии его милости архиепископа. Вы же знаете о проблемах «Виктории», а министерские чародеи не торопятся их решать. Вот я и подумал…
— Достаточно, Хетчисон, — прервал его лорд. — Вы подумали зря. Вот послушайте.
Он схватил со стола лист дорогой бумаги, расправил его и принялся читать: