Наследие Черной Воды 2 (СИ)

— Ох, вы же помните, я собиралась пойти преподавать в школу для травников, — да, высказывала двоедушница такое намерение. — Получилось, устроилась учительницей истории в той, что под Плимутом. И вот год назад у нас началась государственная программа интенсификации обучения: ученикам предлагали принять участие в исследованиях, обещали усиление способностей в случае успеха. Те, у кого результаты были хорошие, отправляли в Канаду на углубленный курс. Поначалу всё шло хорошо, но потом я обратила внимание, что письма перестали приходить. Немного встревожилась, попросила знакомых о помощи. Выяснилось, что никто из молодых травников никуда не приезжал, их документы пропали и в канадском филиале о них ничего не слышали. Джером как раз был одним из пропавших.
Я пошла в полицию, подала заявление, мне сказали не волноваться. Ну как тут не волноваться? Обратилась в Министерство, к мистеру Макгрегору, с которым вы меня познакомили. Ребят стали искать, а на меня напали.
— Напали?
— Да, какие-то колдуны. Пытались стереть память, но что-то у них не сложилось. Я на всякий случай написала мистеру Кларку и сообщила всё, что знала, он приехал в Англию. Там долго рассказывать, много всего произошло. В общем, выяснилось, что подростков-травников со всей страны похищали и ставили над ними эксперименты, пытались выделить основу, позволяющую чаровать. Держали их чуть ли не рядом с открытым переходом на Изнанку и изучали мутации.
— Организаторов поймали?
— Не знаю, — с извиняющимся выражением лица ответила Беатрис. — Вроде бы младший персонал и нескольких ученых взяли, а верхушка ушла. Говорят, обязательно найдут. Их все ловят — и наше Министерство, и церковь, даже секретные службы участвуют. Только про них мне ничего не рассказывали.
— Понятно. То есть на Перекрестке ты прячешься?
— Нет, что вы, мистер Блэкуотер! Скорее, прячу мистера Кларка, ну и заодно Джерома. Мистер Кларк самовольно покинул часть, провел запрещенный ритуал поиска и совершил ещё ряд нарушений. Безусловно, рано или поздно обвинения с него снимут, но ближайшее время ему лучше не появляться там, где его могут опознать. Я обратилась к мистеру Мэхему и он был так любезен, что согласился предоставить моим друзьям убежище. Мы как раз к нему идем.
— Да, Старый Джо известен своей сентиментальностью, — не удержался я от подколки. Беатрис, воспользовавшись тем, что люди не видят её лица, слегка укоризненно на меня посмотрела. — Что же, не буду задерживать. Желаю удачи, господа, Беатрис.
Интересные события происходят на большой земле. Надо бы выяснить, какие именно. Конечно, мир не вертится вокруг одного конкретного представителя Дома Черной Воды, но вдруг обнаружится связь с нужными мне людьми? Что в Колчестере, что в рассказанной Беатрис истории уровень наглости и размах примерно одинаков. Некое сходство почерка в действиях чувствуется.
В самой ситуации с экспериментами над людьми нет ничего необычного. Смертные всегда жаждали колдовской силы и даруемой ей власти, не брезгуя в попытках получить желаемое никакими методами. Просто в разное время и в разных культурах попытки обставлялись тоже по-разному. Где-то действовали и сейчас действуют открыто, не стесняясь покупать на рынке рабов для опытов, а где-то организуют тайные лаборатории, прикрываясь высокими словами о всеобщем благе или государственной необходимости. Для жертв разницы никакой.
Скорее всего, исследования прикрывал кто-то влиятельный, больно уж размах велик. Отсутствие видимого успеха у альянса церкви, министерства чародейных дел и внутренней разведки подтверждает эту версию — впрочем, возможно, об арестованных фигурантах Беатрис просто не осведомлена. На счет попавшихся влиятельных фигур узнавать надо либо у Джо, либо у лорда Калма. Лучше у Калма.
Христианские священники, кстати, к идее пробуждения или передачи магического дара всегда относились отрицательно, видя в ней нарушение божественного промысла. У папы Сильвестра II экциклика этому вопросу посвящена, где он весьма доходчиво объясняет, что попытка прыгнуть выше головы к хорошему не приводит. Англикане и другие протестанты в целом позицию поддерживают, хотя и в менее резкой форме. Поэтому участие церковных структур в следствии объяснимо.
 
Дальнейший мой путь прошел без задержек. Никто не попадался по дороге, не набрасывался с плохими намерениями и вообще народ старался держаться в стороне даже больше обычного. Не понимаю, но одобряю.
Белые Стены являются наиболее респектабельным районом Перекрестка. Обитающие здесь богачи могут позволить себе выстроить дома из легкого белого песчаника, чем невероятно гордятся. Хотели бы использовать для стройки материал побогаче, мрамор или гранит, да Совет запрещает — стабильность домена связана с весом построек. Тяжелый камень разрешен только на Рынке, в остальных местах налог настолько велик, что строят исключительно из дерева. Или, в редких случаях, из песчаника.
Посетителей в Белых Стенах мало и все они точно знают, куда направляются. Фланировать по улицам без дела не принято. Идут не торопясь, но целеустремленно, на ходу здороваясь со знакомыми, лишь изредка ненадолго останавливаясь, чтобы условиться о новой встрече для обстоятельной беседы. Исключением являются посыльные, не стесняющиеся бежать со всей возможной скоростью, иногда в прямом смысле нечеловеческой — ведь именно за неё им платят.
Ярких вывесок нет. Здесь работают лучшие и принимают они только по рекомендации, причем очередь расписана да недели вперед. Впрочем, Блэкуотеру достаточно уведомить о скором визите, и для него найдётся время. Можно прийти и без предупреждения, однако это уже посчитают хамством.
Мне требовалась консультация. Поэтому на стене возле двери, открытой мной, висела табличка с надписью: «Гектор и Ко. Консультационные услуги». И ничего больше.
Лично принявший меня господин Дитрих Гектор последние двести лет занимался решением деликатных вопросов. Драл очень дорого, зато от проблем избавлял с гарантией. Причем очень не любил простых методов, отчего убийство считал признаком непрофессионализма и некачественно выполненной работой. В силу специфики избранной профессии, господин Гектор прекрасно разбирался в жизни британской (и не только британской) элиты, несомненной частью которой являются различные тайные общества.
Мы долго с ним говорили.
Пожалуй, пора подвести кое-какие итоги. Промежуточные — до конечных ещё далеко.
На первом месте идёт семья. Тыл. Две уязвимых точки исчезли, одна окончательно, другая на время. Ксантиппу, если честно, жалко — по-своему она была хорошим человеком, только несчастным. Заботилась обо мне, как умела и могла. Кто знает, какой бы она стала, если бы не безумие? Она неимоверно раздражала меня при жизни, я мечтал о том времени, когда она перестанет пытаться контролировать малейшие мои поступки, а сейчас хотел бы, чтобы она вернулась. Если подумать, с ней можно было уживаться.
К Лотарю теплых чувств нет. Этот свою судьбу выбрал сам.
В общем, во внутреннем круге всё в порядке, разве что для Мерри надо найти наставников и подружек по играм. Задача сложная, даже не знаю, с какой стороны к ней подступиться. Буду думать.
Во внешнем мире дела обстоят далеко не так радужно. Статус Дома, и без того не особо высокий, после становления фактическим главой мальчишки упал ещё ниже. Черная Вода, вольно или невольно, попала в поле зрения человеческих группировок, чье внимание добра не сулит. Церковь при первой же возможности попыталась использовать меня для своей выгоды. У неё не получилось, но попытка знаковая. С другой стороны, под предлогом вмешательства святош удалось отказать Каммингу, тем самым избежав сотрудничества со спецслужбами. Постараюсь держаться от них подальше, больно уж народец хитрый.
Зато долгов почти нет. Текущие обязательство всего одно — разобраться с сектой, устраивавшей прорывы грани на Изнанку в Колчестере. Прямое нарушение Закона, игнорировать его я не имею права, иначе наказание свыше обеспечено. Другие посвященные в ситуацию Священные Дома вмешаться могут, но не хотят. Они видят связь секты и Черной Воды посредством рода Леро, поэтому считают секту нашей зоной ответственностью. А в том, что связь есть, я убедился вчера.